Жун Цзисюэ опустила взгляд, её пальцы машинально гладили Чу Линь.
— Есть ещё одно странное дело, — продолжила Се Янь. — Секту Цинсюй лишили титула Первой Секты Поднебесной по приказу императорского двора.
Услышав это, Жун Цзисюэ подняла глаза, в её взгляде промелькнул интерес:
— Император издал указ?
Се Янь кивнула:
— Повсюду вывесили императорские указы.
Чу Линь хлопала глазами, совершенно ничего не понимая. В те времена она стерла с лица земли немало сект, и, кажется, эта Секта Цинсюй тоже попалась под руку. Наверное, это была одна из обителей, находившихся под защитой Баци, но в памяти она почти не отложилась.
Жун Цзисюэ посмотрела на неё и вдруг легко улыбнулась:
— Я поняла. Возвращайся к себе отдохнуть, завтра мы выступаем в императорскую столицу.
— Слушаюсь, Старшая Сестра.
Чтобы не привлекать внимания раньше времени, это место находилось на некотором расстоянии от столицы. Если лететь на мечах, можно было добраться за четверть часа, но на повозке уйдёт дня два-три, не меньше.
Се Янь вдруг закралось подозрение, что Жун Цзисюэ просто привезла Чу Линь полюбоваться пейзажами. Се Янь покачала головой, отгоняя эту нелепую мысль.
Во всём виновата Старшая Сестра: вдали от глаз наставников она осмеливалась творить всё, что угодно.
Жун Цзисюэ, конечно, не знала, о чём думает Се Янь. Оставив Чу Линь, она занялась водой — проверила температуру, добавила в неё целебные травы и приготовилась сама ухаживать за купанием девушки.
Чу Линь наконец сообразила, что здесь не так. Раньше ей никогда не доводилось мыться вместе с Жун Цзисюэ.
Что… что происходит с Жун Цзисюэ?
— Старшая Сестра, — Чу Линь поднялась на ноги, чувствуя в душе странную, звенящую беспомощность. Сейчас она не могла ни сбежать, ни победить в драке; она одновременно ненавидела Жун Цзисюэ и против собственной воли погружалась в пучину этого чувства.
Как же она ненавидела себя такую.
В конце концов, всё сводилось к тому, что она была слишком слаба.
Жун Цзисюэ обернулась, её брови изогнулись в мягкой улыбке:
— Что такое?
— Я… хочу сама…
Произнести это было поистине стыдно.
На этот раз Жун Цзисюэ рассмеялась в голос:
— Сансан и вправду застеснялась?
Она подошла ближе и привычным движением принялась распускать завязки на одежде Чу Линь.
— Разве раньше Старшая Сестра не заботилась о Сансан точно так же?
Чу Линь нахмурилась, приняв свойственный Баци вид неподдельной серьезности:
— То было в детстве.
Слабо возразила она.
— Верно, — руки Жун Цзисюэ не прекращали движений. — Сансан ведь скоро исполняется двести лет.
После этих слов Чу Линь больше не стала спорить. На душе было тревожно: чем ласковей вела себя Жун Цзисюэ, тем сильнее сжималось сердце Чу Линь, словно кто-то намеренно сыпал соль на рану.
Температура воды оказалась идеальной, от поднимающегося пара щеки Чу Линь порозовели.
Жун Цзисюэ сидела у неё за спиной, воплощая собой образ чистой луны на ветру, и бережно протирала волосы девушки. Её пальцы легко массировали биологически активные точки, неспешно направляя внутрь потоки Духовной силы.
Вскоре Чу Линь одолела страшная дремота. После купания она едва открывала глаза, и Жун Цзисюэ подхватила её на руки — совсем как в далёком детстве.
Впрочем, если бы глаза Жун Цзисюэ не отливали краснотой, сходство было бы полным.
Глава 6. Демоническое существо
Чу Линь поджала губы. Ей доводилось слышать, что демонической природе свойственна распущенность, и в прошлом, находясь в Мире Демонов, она насмотрелась на подобное вдоволь. Со временем она задумывалась и о Жун Цзисюэ.
Кто бы мог подумать, что даже те, кто культивирует Бессмертие, способны на такое.
Хотя, если подумать, Старшая Сестра и впрямь была невероятно хороша собой.
— Старшая Сестра… — протянула Чу Линь, и её голос прозвучал мягко и жалобно. — Я так хочу спать.
Жун Цзисюэ накинула на плечи халат, заботливо завязала тесёмки на ночной сорочке Чу Линь, а затем с помощью заклинания высушила им обоим волосы и только после этого уложила девушку в постель.
— Спи, — тихо произнесла она, присаживаясь рядом со спокойным и мягким выражением лица.
Чу Линь закрыла глаза, но прежде чем она успела погрузиться в сон, её икры пронзила тупая боль.
Она резким движением распахнула глаза. Жун Цзисюэ сидела в ногах кровати, поддерживая её за голени и осторожно разминая мышцы. Заметив, что та проснулась, она нахмурилась и спросила:
— Слишком сильно?
— Старшая Сестра, — Чу Линь приподнялась, и в груди вновь заворочалось тягостное чувство. — Ты ведь тоже устала, давай ложиться вместе.
— Сансан никогда в жизни не ходила пешком так долго. Если хорошенько не размять ноги, боюсь, завтра ты не сможешь ступить и шагу, — ответила Жун Цзисюэ, смягчая нажим и проходя пальцами от икр до самых ступней. Маленькие белоснежные стопы Чу Линь выглядели невероятно прелестно.
Жун Цзисюэ слегка опустила голову, и Чу Линь не видела её лица, но та заботливая тщательность, с которой она выполняла массаж, была ощутима каждой клеточкой. В душе Чу Линь даже промелькнула искра растерянности: неужели этот человек — та самая Старшая Сестра, что разорвала помолвку и направила на неё острие меча?
— Старшая Сестра, — Чу Линь протянула руки, обняла Жун Цзисюэ за талию, не давая той продолжать массаж, и медленно прижалась щекой к её груди. — Ты всегда будешь любить Сансан?
Сердце Жун Цзисюэ забилось чаще, и тонкая ткань ночной сорочки уже не могла скрыть этот бешеный ритм.
— Буду, — ответила она. — Старшая Сестра любит Сансан больше всех.
Нет, не будешь.
Громко возразила себе в мыслях Чу Линь. Ты полюбишь того представителя императорского рода из Мира Людей, шаг за шагом взойдёшь на Великий Путь, а затем, повинуясь воле Небесного Пути, уничтожишь меня.
Таков Небесный Путь, и с самого начала он избрал именно Жун Цзисюэ.
На следующее утро девять человек разделились на две повозки и двинулись в сторону императорской столицы. Проехав большую часть дня, они заметили, что пейзаж вокруг начал странно меняться.
Восемь старших учеников Баци, причём двоим мужчинам-мечниканам досталась тяжёлая работа кучеров, разом осадили коней, заметив вдали клубящуюся до самых небес чернеющую демоническую ци.
— Старшая Сестра, в деревне впереди творится что-то неладное.
И дело было не просто в каком-то непорядке — даже в Мире Бессмертных им не доводилось видеть ничего подобного.
Чу Линь украдкой приподняла занавеску повозки и выглянула наружу. Хотя они находились еще очень далеко, чужеродная ци казалась настолько плотной, что её невозможно было игнорировать. Она расстилалась над землей сплошной, не рассеивающейся туманной пеленой, хищно и жадно притягивая к себе Чу Линь.
Сердце девушки забилось чаще — это знакомое дыхание приводило её в дикий восторг.
Се Янь высунулась из повозки и тоже не смогла скрыть изумления:
— Старшая Сестра, в этом месте явно завелось какое-то Демоническое существо.
Жун Цзисюэ сидела внутри повозки неподвижно, словно погруженный в медитацию монах.
Не дождавшись от неё ни слова, Се Янь была вынуждена втянуться обратно:
— Старшая Сестра, до императорской столицы отсюда далеко, наверное, с тамошними делами это никак не связано?
Жун Цзисюэ отвела взгляд от Чу Линь, невесомо перевела его на Се Янь и бесстрастно произнесла:
— Трудно сказать.
— Старшая Сестра, — выглянул с козел правивший повозкой младший соученик. — Я тоже думаю, что связи быть не должно. У нас есть срочное задание, может, просто объедем стороной?
— Никто не хочет вмешиваться? — голос Жун Цзисюэ звучал негромко, но, смешавшись с Духовной силой, отчетливо долетел до каждого.
http://bllate.org/book/28015/3392349
Готово:
