Так это… девятихвостая лисица, что ли?
Линь Ицин потнесла пальцами переносицу и озадаченно, но сурово спросила: — А ну выкладывай всё как на духу, ты вообще кто такая?
Будучи допрошенной словно какая-то преступница, Маленькая Лисичка чувствовала себя обиженной и очень опечаленной, поэтому в ответ лишь жалобно заскулила: — У-у-у…
— Не понимаю, говори по-человечески, — Линь Ицин постучала пальцем по краю кровати, проявляя твердость.
Кому понравится — по доброте душевной подобрать лисицу-оборотня, которая среди ночи норовит забраться к тебе в постель?
То, что она не сорвалась прямо сейчас и не выставила эту крошечную лису за порог, уже было проявлением величайшего великодушия.
Маленькая Лисичка присела на корточки перед Линь Ицин.
Линь Ицин насторожилась, внутренне готовясь к тому, что эта лисья нечисть вдруг изменится в лице и бросится на нее.
Стоило ей переменить тон, как это вполне могло пробудить в лисице свирепый нрав.
Но в следующее мгновение зрачки Линь Ицин резко сузились.
Приняв позу сидящей собачки, Маленькая Лисичка превратилась в человека, и в следующую секунду та самая красивая девушка, с которой они виделись всего раз, оказалась перед Линь Ицин, подогнув ноги и сидя на коленях.
И дело было вовсе не в этом, а в том, что…
— Почему ты без одежды!
Линь Ицин замерла, словно пораженная громом: от тела и до самых глубин души ее пронзило непередаваемо сильное потрясение.
Ее первой реакцией было отвернуться и закрыть глаза руками.
Казалось, не понимая, почему Линь Ицин отвернулась, миловидная девушка склонила голову набок, скопировав точь-в-точь то самое выражение мордочки, какое у нее было в облике лисы.
Затем она надула губки и тихонько захныкала: — Я тебе что, не нравлюсь?
Линь Ицин подавилась воздухом.
Да не то чтобы совсем не нравилась.
Но прежде чем она успела заговорить, из глаз Маленькой Лисички брызнули слезы, и она зарыдала с молниеносной быстротой: — Прости… но я не хотела тебя пугать…
Она всхлипывала и задыхалась.
Обиженная и жалкая.
Линь Ицин слегка нахмурилась: возможно, это маленькое создание и вправду не со зла.
— Ты сама притащила меня сюда, а теперь хочешь бросить, у-у-у-у-у, ну почему ты такая злая! — надрываясь, обвиняла ее девушка. — Все люди такие непостоянные?!
Линь Ицин: — …
С какой стати это вдруг стало ее виной?!
— Ты готовила такую невкусную куриную грудку, еще и кормила меня собачьим кормом, я всё стерпела, а ты всё равно хочешь меня бросить! У-у-у-у-у! Ну за что мне такая горемычная доля, уа-а-а-а-а!!!
На свете не было лисицы более несчастной, чем она!
У Линь Ицин от этого зрелища моментально разболелась голова.
Она еще и смеет жаловаться, что та плохо готовит!
Она же буквально привела в дом настоящую госпожу!
— Сначала оденься! — злобно бросила Линь Ицин, специально придавая лицу сердитое выражение.
Ее взгляд снова опустился на обнаженное тело девушки.
В ее собственной спальне перед ней стояла голышом красивая, чистая на вид девушка, казавшаяся студенткой колледжа — картина выглядела просто сюрреалистично.
Она чувствовала себя настоящим извращенцем!
Мучимая угрызениями совести, Линь Ицин с трудом подавила панику и не стала отводить взгляд.
В ссоре и противостоянии главное — это боевой дух!
Ей приходилось изо всех сил хмурить брови, чтобы этот боевой дух не рухнул.Девочка словно испугалась сурового и холодного выражения лица Линь Ицин, поджала губы, сдерживая слёзы, и жалобно поднялась на ноги.
Но она всё равно не решалась отпустить руки, смущённо прикрывая ими самые интимные места. И хотя она не произнесла ни звука, её слабый, жалкий взгляд, полный страха перед силой, чрезвычайно красноречиво выражал её внутренний монолог: что ты собираешься со мной сделать?
Линь Ицин едва не сжалась от неловкости и яростно почесала затылок.
Она наугад подхватила с изножья кровати какую-то из своих вещей и швырнула ей:
— Надень!
Девочка послушно кивнула и медленно, возившись добрую минуту, натянула на себя ту самую рубашку, которую Линь Ицин носила вчера.
Линь Ицин была выше девочки на несколько сантиметров, так что её рубашка оказалась на размер больше.
Мятая белая сорочка мешковато висела на девочке, пуговицы были застёгнуты кое-как, словно она совсем не умела ими пользоваться и всё перепутала.
На ней была надета лишь тонкая рубашка, а брюк не было вовсе.
Это до боли напоминало то, что бывает после…
Линь Ицин судорожно задрожала лицом, в висках запульсировало.
Уж лучше бы на ней вообще ничего не было — ни сверху, ни снизу!
Если бы девочка не стояла к ней лицом, Линь Ицин бы с радостью закрыла лицо руками и взревела к небесам: да что вообще происходит!
Нет, нет, нельзя сбиваться с темпа.
Линь Ицин дважды глубоко вздохнула, успокоилась, перевела взгляд на воротник девочки и спросила:
— Как тебя зовут? Ты человек, призрак или демон?
Девочка с покрасневшими глазами теребила край одежды, босые стопы свела носками внутрь, большой палец правой руки крутил большой палец левой, и она пробормотала:
— Меня зовут Шу Юсинь, я человек.
— Разве ты видела людей, которые превращаются в лисиц? — безжалостно прищурилась Линь Ицин.
— Откуда мне знать! — громко возразила Шу Юсинь. — У меня дома все такие!
Выходит, у тебя вся семейка — оборотни!
Мысленно выругалась Линь Ицин, но внешне всё же сохраняла подобающее хладнокровие, сменив вопрос:
— Тогда почему ты не идёшь домой?
Шу Юсинь мгновенно покраснела глазами, поджала губы и долго молчала.
Линь Ицин нахмурилась, чутко уловив, что этот вопрос, возможно, затронул сокровенную боль девочки.
Она уже подумала, что Шу Юсинь не станет отвечать, и раздумывала, не сменить ли тему, но сочла свой вопрос вполне уместным.
Шу Юсинь ей не родственница и не близкий человек, к тому же с сомнительным происхождением. Даже если она прямо сейчас выгонит Шу Юсинь, закон с неё ничего не спросит, да и с точки зрения морали она будет чиста.
Кто знает, какие неприятности могут навлечь на неё непредвиденные хлопоты, если она опрометчиво приютит лису-оборотня?
Выяснить обстоятельства и докопаться до сути — её неотъемлемое право.
Видя непоколебимую решимость Линь Ицин, Шу Юсинь обиженно шмыгнула носом:
— Мама умерла от болезни, а папа от меня отказался.
Линь Ицин: «……»
И впрямь такая несчастная.
Конечно, словам какой-то лисы не обязательно верить на слово.
Линь Ицин втайне убеждала себя не поддаваться жалости, а затем снова спросила:
— Почему ты сразу не раскрыла мне свою истинную сущность?
http://bllate.org/book/27945/3385919
Готово:
