— За건пей! — Группа молодых людей столпилась вокруг круглого стола, поднимая бокалы в честь праздника. Хозяин заведения поставил в самый центр огромный поднос с горкой острого пряного лангуста, и глаза семи-восьми человек тут же загорелись. Они набросились на еду, то и дело шумно причмокивая и постанывая от жгучего перца.
Лу Синь посмотрел на сиротливую горстку пустых стручков эдамамэ перед Ли Ичу, высунул язык и спроил:
— Чего это ты лангустов не ешь?
Ли Ичу ответил:
— Сначала закину в желудок пару жареных пельменей, чтобы хоть червячка заморить. Целый день во рту ничего не было, желудок совсем к позвоночнику прилип.
Сяо Фан, сидевший по правую руку от Ли Ичу, с улыбкой произвел:
— Братец Ли, ты сегодня часом не сильно нервничаешь? В обед даже к своему коробочному пайку не притронулся.
Ли Ичу усмехнулся:
— Никогда еще не подписывал контракты на такую сумму, конечно, нервничаю.
Лу Синь, наблюдавший за ним с приподнятыми бровями, подумал про себя, что они не зря приехали в Шанхай.
Немного подкрепившись, Ли Ичу отправился за другой стол — выразить уважение и сказать пару дежурных фраз остальным, и лишь после этого вернулся на свое место, чтобы как следует наброситься на еду.
Наконец, вдоволь наевшись и напившись, все гурьбой — кто под руку, кто поддерживая друг друга — поплелись к дороге ловить такси. Ли Ичу вместе с коллегами-мужчинами посадил девчонок по машинам, а затем поймал еще одну для себя, чтобы доехать домой.
Ли Ичу прислонился к пассажирскому сиденью такси и сквозь прищуренные глаза разглядывал пестрые фонари вдоль дороги. Налетевший в лобовое стекло ночной ветерок принес с собой прохладу, отчего его наполовину пьяная голова словно бы прояснилась. Четыре года назад они с Лу Синем приехали в Шанхай и сняли на двоих квартиру в старом жилом районе на окраине. Прошлым летом Лу Синь нашел девушку и съехался с ней, поэтому Ли Ичу расторг договор аренды и переехал в другую общину, сняв крошечную сорокамиметровую квартирку для себя одного.
Когда завален работой, время летит быстрее воды. Казалось, прошло всего мгновение, не дольше чем длится обычное похмелье, а минуло четыре года. Восемь лет, промелькнувших как один миг.
Понедельничное утро началось с планерки. Поскольку Ли Ичу вчера выпивал, он поутру случайно проспал и примчался в офис в мыле, когда несколько руководителей групп уже шествовали с блокнотами в конференц-зал на пятом этаже. Ли Ичу бросил взгляд на часы: до начала совещания оставалось еще целых двадцать минут. Чего это все вдруг такие исполнительные?
Он перехватил проходившего мимо начальника группы и поинтересовался:
— Совещание перенесли на пораньше?
Тот удивленно посмотрел на него:
— Заместитель генерального директора же еще на прошлой неделе предупреждал. Сегодняшняя летучка пройдет под руководством самого гендиректора, братец Ли, неужели забыл?
Ли Ичу, чья голова на прошлой неделе была полностью забита подписанием контракта, выветрил из памяти любые слова замдиректора, и лишь теперь, после подсказки, вспомнил, что сегодняшнее совещание и впрямь обещало быть весьма официальным. Он сбегал к себе за блокнотом и тоже поспешил наверх в конференц-зал.
Кабинет генерального директора Чэнь Ана находился там же, на пятом этаже, но звуконепроницаемые стеклянные стены надежно скрывали голоса говоривших внутри. Проходя с блокнотом мимо кабинета гендиректора, Ли Ичу боковым зрение мазнул по внутреннему убранству и заметил мужчину, беседующего с Чэнь Аном. Тот стоял к нему спиной, и большую часть его фигуры загораживало массивное кресло, но даже этого мимолетного взгляда хватило, чтобы сердце Ли Ичу забилось с дикой, неистовой силой. Он помимо воли повернул голову, пытаясь рассмотреть незнакомца получше, однако Лу Синь тут же дернул его за рукав в сторону конференц-зала:
— Через минуту уже всё начнется, чего ты тут столбом застыл?
Еженедельные планерки посещали руководители рангом не ниже начальника отдела, а за длинным круглым столом каждый занимал строго закрепленное за ним место — правило это давно превратилось в негласный закон. Лу Синь силой усадил Ли Ичу на его стул, и тот, нервно затаив дыхание, принялся барабанить пальцами по твердой обложке блокнота.
Пять минут спустя Чэнь Ан вошел в конференц-зал в сопровождении подтянутого, с благородной осанкой мужчины, и с улыбкой представил его собравшимся:
— А вот и наш технический директор, которого перевели из пекинского штаба — Лян Сюань. Приветствуем. — С этими словами он первым зааплодировал.
Лян Сюань обвел взглядом сидящих за столом, после чего сдержанно улыбнулся:
— Надеюсь на вашу помощь и поддержку в дальнейшей работе.
— Садись. — Чэнь Ан указал на свободное место по правую руку от себя, предлагая Лян Сюаню расположиться, и продолжил: — Директор Лян показывает выдающиеся результаты в головном офисе, к тому же у него есть опыт работы за рубежом. Высшее руководство направило его к нам, чтобы помочь поднять планку нашего технического отдела. Давайте сделаем так: сначала каждый из нас по очереди вкратце доложит текущую обстановку по своим проектам, чтобы директор Лян получил хотя бы общее представление о делах. Или, пожалуй, пойдем по старому добру обычаю, и первыми выступят сотрудники отдела продуктового планирования? Менеджер Ли, извольте.
Ли Ичу, сидевший по левую руку от Чэнь Ана, уже витал где-то далеко, и когда гендиректор неожиданно назвал его имя, он испуганно вздрогнул:
— А?
Чэнь Ан усмехнулся:
— Если ты не подготовился, может, расскажешь директору Ляну про проект, по которому контракт подписали как раз на прошлой неделе?
Словно деревянный, Ли Ичу кое-как развернул блокнот, сдавленно кашлянул и заговорил:
— Этот проект был запущен десятого июля текущего года, на его разработку ушло два месяца...
Лян Сюань развернул блокнот, вытащил чернильную ручку, зажатую под обложкой, надел колпачок на обратный конец стержня и, склонив голову, принялся записывать слова Ли Ичу.
Взгляд Ли Ичу случайно упал на его собственную правую руку, сжимающую ручку: точно такая же манера держать перо, точно так же надетый на хвост ручки колпачок.
— Ну почему ты вечно теряешь колпачки? Послушай меня, каждый раз, когда пишешь, сразу надевай его назад, чтобы потом не искать по всей комнате.
Когда это он произнес те слова? В первом или во втором классе старшей школы? Память уже подводила.
— Менеджер Ли?
Тихий голос коллеги справа вывел Ли Ичу из оцепенения. Он поднял глаза и обнаружил, что все сидящие за столом с недоумением смотрят на него. Ли Ичу растерянно опустил взгляд в свой блокнот:
— Я только что говорил о... Эм...
Он совершенно забыл, на чем остановился.
Ли Ичу уже собирался полистать блокнот сначала, но сидевший напротив Лян Сюань спокойно подсказал:
— Вы остановились на том, что за основу первоначального прототипа дизайна брали зарубежные сайты.
Ли Ичу торопливо закивал:
— Ах да, продолжаю. Этот сайт...
С запинками и заминками доклад подошел к концу, прошло уже минут десять, а Ли Ичу все так же упрямо смотрел в свой блокнот, потупив взор. Чэнь Ан повернулся к Лян Сюаню:
— У директора Ляна есть какие-то вопросы или неясности?
— Нет, продолжайте, — ответил Лян Сюань.
— Хорошо, тогда слово предоставляется менеджеру Хэ из операционного отдела.
Сотрудники интернет-компаний в массе своей были молоды, но здесь, на уровне руководителей отделов, возраст почти каждого перевалил за тридцать, из-за чего Ли Ичу и Лян Сюань, обоим из которых едва перевалило за двадцать, казались здесь белыми воронами, сидевшими во главе стола.
Совещание затянулось больше чем на два часа. За исключением отдела продуктового планирования, Лян Сюань подробно расспрашивал каждого менеджера по самым ключевым моментам докладов. Его ровный, лишенный эмоций тон и невозмутимое выражение лица контрастировали с вопросами — донельзя точными, не оставлявшими ни единого шанса на отговорки или пустые отписки. Всего одно собрание потребовалось коллективу, чтобы понять: молодой технический директор, прибывший из столичного филиала, обладает поистине железной хваткой и солидным багажом знаний.
После окончания планерки Ли Ичу вместе с коллегами спустился вниз. Его кабинет располагался на четвертом этаже: вместе с ним двадцать три сотрудника отдела планирования занимали просторное помещение площадью более двухсот квадратных метров, а личный кабинет менеджера ютился в дальнем углу. Войдя внутрь, Ли Ичу опустил жалюзи, отгораживаясь от суеты офиса, и бездумно рухнул в кресло за рабочим столом. Его не покидало ощущение нереальности происходящего — казалось, будто весь этот день ему просто приснился, а наяву ничего этого не было.
Стоило этой мысли промелькнуть в голове, как он горько и самокритично скривил уголки губ. Воспоминания, которые обычно то и дело всплывали в памяти сами собой, сегодня как назло испарились, оставив лишь четкий образ повзрослевшего и бесстрастного лица Лян Сюаня. Вроде бы тот почти не изменился со времен их юности, и в то же время неуловимо преобразился во всем.
В дверь постучали. Ли Ичу разрешил войти, и начальник первой группы, зажав под мышкой кипу материалов, принялся обсуждать с ним текущие вопросы. Ли Ичу сжал кулаки, силой возвращая себя в колею повседневных обязанностей. Последовали новые визитеры, сменяющие друг друга бесконечным потоком — понедельник сразу после завершения крупного проекта неизбежно тонул в бесконечных подведениях итогов и раздаче новых задач.
Ли Ичу просидел в кабинете почти до десяти вечера, пока наконец не разобрался со всеми делами. Заперев дверь, он на лифте спустился на подземную парковку к своей подержанной легковушке.
Стоянка была пуста. Стоило окинуть ее взглядом, как стало ясно — во всем помещении уцелело лишь две машины.
Машина Ли Ичу стояла в самом дальнем углу. Он шагал вперед, держа в руке сумку с ноутбуком, но когда поравнялся с соседним авто, его фары вдруг внезапно ожили, залив все вокруг ослепительным светом. Ли Ичу рефлекторно заслонился рукой от резкого сияния и вглядился в лобовое стекло.
Лян Сюань неподвижно сидел на водительском сиденье в полумраке салона и молча сверлил его взглядом.
Один находился во тьме, другой — на свету. Они безмолвно смотрели друг на друга через стекло автомобилей, словно между ними пролегла пропасть в несколько лет.
Вот только в их прошлые дни все было с точностью до наоборот — это Ли Ичу вечно оставался в тени.
Спустя долгое время Лян Сюань наконец заглушил мотор, вышел из машины и, приблизившись к Ли Ичу, протянул руку:
— Давно не виделись.
Ли Ичу пожал его ладонь:
— Давно.
Лян Сюань прислонился бедрами к капоту:
— Как жизнь? Все в порядке?
Ли Ичу выдавил подобие улыбки:
— Грех жаловаться. А ты?
Лян Сюань неторопливо ослабил узел галстука, выдержал долгую паузу и только потом ответил:
— Сам как думаешь?
Ли Ичу и раньше опасался этой фирменной полуусмешки Лян Сюаня, а теперь и вовсе чувствовал себя как на иголках. Бросив быстрый взгляд на эмблему иномарки, он тихо произнес:
— Выглядишь неплохо.
Лян Сюань кивнул:
— Неплохо. Просто в свое время меня слишком сильно пугала нищета, поэтому с первой же работы я пахал как проклятый ради каждой копейки.
Каким бы простофилей Ли Ичу ни казался со стороны, подтекст этих слов он уловил с полуслова. Прошлые события единым массивом хлынули в сознание, не оставляя времени на раздумья. Развернувшись на каблуках, он быстрыми шагами направился к своей машине — он не имел права оставаться здесь ни секунды, не мог позволить себе сказать Лян Сюаню больше ни слова. Ни единого.
Лян Сюань молча провожал взглядом удаляющуюся спину, и лишь когда Ли Ичу уже собирался взяться за ручку двери, окликнул его:
— Ли Ичу.
Рука Ли Ичу замерла на металле.
— Надеюсь... впредь на плодотворное сотрудничество.
Ли Ичу рывком распахнул дверцу и рухнул на сиденье. В этот момент ему отчаянно захотелось завести мотор и мчать без оглядки прочь из Шанхая. Он признавался себе, что бесчисленное количество раз представлял их новую встречу, но когда она наконец случилась, его единственным инстинктивным желанием стало бегство. Позади не осталось дороги к отступлению, а впереди не было никакого будущего.
http://bllate.org/book/27936/3384735
Готово:
