Поэтому Шэнь Сичжоу очень любил её руки, во время свиданий всегда держал их в своих и не позволял ей заниматься тяжёлой работой.
Стоило ей слишком долго просидеть с ручкой или за клавиатурой, как Шэнь Сичжоу непременно обнимал её со спины, брал её руки в свои ладони и мягко массировал, не давая продолжать работу.
Одно время она искренне верила, что очень важна для Шэнь Сичжоу, и он сам создавал у неё такое обманчивое впечатление. Он был нежен, заботлив, внимателен к каждой мелочи — любой бы утонул в такой нежной любви.
Лишь в день расставания Хэ Вань резко очнулась от этой грёзы и с изумлением осознала, что на самом деле Шэнь Сичжоу любил в ней лишь эти руки. Стоило его эстетическому восприятию этих рук пресытиться, как он являл миру своё холодное и безжалостное истинное лицо.
Хэ Вань с горькой усмешкой покачала головой:
— Хватит, великий дизайнер Шэнь, отпустите меня, я боюсь снова поддаться вашим чарам. Раз уж вы готовы тратить деньги ради того, что вам нравится, мне больше нечего сказать, дальнейшие формальности я улажу.
— Спасибо тебе, Вань Вань.
Они встали и снова обнялись. В душе Хэ Вань немного сочувствовала Чи Жаню: она понимала, что в глазах Шэнь Сичжоу тот — всего лишь вещь, точь-в-точь такая же, какой была она сама в прошлом.
Выйдя за дверь, Хэ Вань протянула Чи Жаню визитку:
— Это моя визитка, в любой момент жду звонка от продюсера. Приятно было поработать.
— Взаимно, — Чи Жань пожал ей руку.
Дождавшись, пока Хэ Вань уйдет, Чи Жань спросил Шэнь Сичжоу:
— О чём вы говорили? Мне показалось, она сомневалась, почему же она так быстро согласилась?
Шэнь Сичжоу ответил:
— Она сотрудничает с телеканалом, а я буду работать на неё бесплатно.
Чи Жань замер:
— Т-ты… как… почему? Разве ты не останешься в убытке?
— Ничего страшного, зато теперь ты можешь снимать сколько угодно. Кстати, нужно ли снимать момент выбора материалов? Мне как раз еще нужно найти кристаллы других цветов.
С этими словами Шэнь Сичжоу собрался уходить, но Чи Жань схватил его за руку и произнес:
— Постой, давай сперва разберем всё до конца. Телеканал изначально пригласил тебя участвовать в документальном фильме, как ты можешь жертвовать своей выгодой? Ачжоу, объясни толком, в чём причина?
Видя его настойчивость, Шэнь Сичжоу был вынужден вздохнуть, прямо заглянуть ему в глаза и сказать:
— Если уж тебе так непременно нужно знать, почему, то отвечу: ради тебя.
— …Ради меня?
— Да, потому что ты… — Шэнь Сичжоу сделал паузу. За этим моментом, оставлявшим такой простор для фантазии, он тихо произнес: — Потому что мы друзья. Будем считать, что я делаю тебе одолжение.
Эта короткая пауза заставила сердце Чи Жаня забиться вдвое быстрее. В ту же секунду его мысли спутались, и он выпалил без раздумий:
— Мои одолжения разве чего-то стоят?
Шэнь Сичжоу улыбнулся, забавленный его растерянным видом:
— Ещё как стоят. Тебе на телеканале уже давно пора поднять зарплату. Хватит витать в облаках, пойдём.
Чи Жань ещё долго не мог прийти в себя. Он был довольно медлителен, но этот внезапный прилив чувств устроил в его душе полный хаос.
Сотрудничество съёмочной группы со студией AL продвигалось гладко. Чи Жань только успел связаться с продюсером, как на следующий день стороны уже уладили все вопросы. Благодаря этому съёмочный процесс Чи Жаня возобновился без сучка и задоринки.
Шэнь Сичжоу по-прежнему работал над серией украшений под названием «Зыбь». Иногда, если днём у него не было настроения, он брал Чи Жаня с собой на прогулку, а возвращался к дизайну уже ближе к ночи.
Шэнь Сичжоу давно привык к такому перевёрнутому с ног на голову образу жизни.
А вот Чи Жаню пришлось несладко. Он всегда жил по строгому расписанию: просыпался ровно в семь утра, а если не засыпал до двенадцати ночи, у него начинала кружиться голова.
Но теперь, вставая в семь утра, он обнаруживал, что Шэнь Сичжоу ещё спит. Делать было нечего, и Чи Жань принимался монтировать видео в гостиной или отправлялся на съёмки натуры, и лишь к десяти часам утра удавалось наконец увидеть проснувшегося Шэнь Сичжоу.
По утрам Шэнь Сичжоу выглядел несколько несобранным: в шёлковой пижаме он усаживался за стол и, жмурясь, выглядел так, будто собрался вздремнуть после обеда. Чи Жаню приходилось напоминать ему, что он только что встал и ещё не ел, так что спать ещё вовсе не время.
Шэнь Сичжоу пропускал его слова мимо ушей, и тогда Чи Жань сам отправлял завтрак в микроволновку, чтобы разогреть.
Стоило Чи Жаню поставить тарелку в микроволновку, как сзади кто-то прижался к нему. Подобно человеку без костей, этот кто-то облокотился на его спину, положив подбородок на плечо, и его дыхание коснулось уха Чи Жаня.
Чи Жань от неожиданности напрягся всем телом, чувствуя себя так, словно его обняли со спины.
Но Шэнь Сичжоу лишь протянул руку, перевёл таймер микроволновки на три минуты и сонным голосом произнес:
— Спасибо, что подогрел мне завтрак. Прости, у меня совсем нет сил.
— Н-ничего страшного, — Чи Жань развернулся, в панике ускользнув из объятий, и, стоя неподалёку, сказал: — Ты слишком поздно ложишься. Садись скорее, я сейчас тебе всё принесу.
— Спасибо. — Шэнь Сичжоу зевнул и сонно поплёлся обратно к столу.
Чи Жань дотронулся до своего пылающего лица, не понимая, что с ним творится. Ведь Шэнь Сичжоу просто действовал по привычке, не вкладывая в это особого смысла, так почему же он сам так остро реагирует на любые приближения и прикосновения?
Весь день Чи Жань ходил как на иголках. Он одновременно наблюдал за Шэнь Сичжоу и боялся встретиться с ним взглядом: стоило их глазам пересечься, как у Чи Жаня потели ладони и учащалось сердцебиение, и ему оставалось лишь опускать голову, чтобы скрыть свою растерянность.
— В чём дело, ты плохо себя чувствуешь? — Шэнь Сичжоу заметил его странное поведение.
— Нет, занимайся своими делами, я пойду умоюсь, — поспешно ретировался Чи Жань.
Плеснув в лицо прохладной воды, Чи Жань посмотрел на испуганное отражение в зеркале, и в его сердце закралось нехорошее предчувствие.
Он вдруг осознал, что, кажется, начинает влюбляться в Шэнь Сичжоу.
С самой первой встречи его привлекали талант и обаяние Шэнь Сичжоу. Тогда он прекрасно понимал, что они принадлежат к разным мирам, а богатство и социальное положение Шэнь Сичжоу были для него недосягаемы, поэтому, несмотря на всё своё восхищение, он даже не смел о чём-то мечтать.
Однако Шэнь Сичжоу отбросил высокомерие, сам пошёл на сближение, окружил его заботой, дарил подарки и помогал справляться с трудностями.
И вот теперь росток в его сердце пробил почву наружу, и Чи Жань почувствовал, что имеет наглость испытывать к Шэнь Сичжоу самые романтические чувства.
Чи Жань никогда раньше не состоял в отношениях. В школьные годы он был примерным учеником и не смел думать о ранней любви, а после выпуска с головой ушёл в работу — времени на романы просто не оставалось.
Он понятия не имел, что такое любовь, и тем более не разбирался, где пролегает граница между нежными чувствами и обычной привязанностью. Влюбленность в Шэнь Сичжоу обрушилась на него слишком внезапно, и он даже не знал, означают ли хоть что-то все эти знаки внимания со стороны Шэнь Сичжоу.
http://bllate.org/book/27882/3380110
Готово:
