— которая зажата у него в кулаке.
Хочется, да только страшно.
Миновав Т-образный перекресток, они наконец добрались до манящей Весенней улицы. По обеим сторонам тянулись фасады под старину, а в проходах теснились разнообразные уличные торговцы. Чи Ино потянула Тун Хуайцина за собой в толпу. В субботний день здесь было людно, и розовая бисерная занавеска на входе в магазинчик, раскачиваясь, издавала звенящий шелест.
Чи Ино восторженно взвизгнула:
— Вот оно! Браслет из ракушек!
Тун Хуайцин не разбирался в модных трендах младшеклассниц, лишь поднял взгляд: небольшой магазинчик был забит девочками, которые носили разноцветные пластиковые заколки и усердно выбирали пестрые губные помады.
Он не слишком любил толкучку и молча отступил в сторону, встав там, откуда было видно Чи Ино и в то же время не привлекало к нему лишнего внимания.
Соседний стеллаж выглядел на удивление пустынным. Пока Чи Ино выбирала, сюда подошла лишь одна девушка с синими тенями на веках. Подняв глаза, она заметила Тун Хуайцина, мгновенно залилась румянцем и, испуганно отвернувшись, поспешно ударилась в бегство.
Тун Хуайцин от скуки наконец перевел взгляд на этот никого не привлекающий стеллаж.
На черном бархате, словно намеренно скрытые в тени, были в некотором беспорядке разбросаны красные веревочки с нанизанными на них мелкими украшениями: нефритовыми бусинами, узелками мира и монетами пяти императоров. Довольно симпатично.
Набедренные цепочки.
У Тун Хуайцина был один старшекурсник, помешанный на суевериях: он утверждал, что ношение такой штуки сулит несметные богатства. Во время выступлений танцовщицы исполняющие танец живота, тоже легко кружились, а серебряные цепочки на их талиях звонко позвякивали в такт движений. К тому же красный цвет отгоняет злых духов, так что носить красную нить — независимо от того, твой ли это год по зодиаку, — было самым обычным делом.
У него самого не было привычки носить украшения, и он безразлично отвел взгляд.
— Покупаешь? — ухмыльнулся стоявший рядом низкий плотный мужчина, сверкнув золотым зубом во рту. — Себе возьмешь?
Тун Хуайцин сохранил бесстрастное выражение лица и снова посмотрел на Чи Ино.
На него был направлен нескрываемый, изучающий взгляд.
Раздался отчетливый звук сглатываемого слюны, и мужчина, понизив голос, подался ближе:
— Ты… из этих?
Тун Хуайцин, по правде говоря, не расслышал, что именно тот сказал.
Потому что к нему уже подбежала Чи Ино:
— Ой, посмотри, какая красивая цепочка!
В то же время ввысь взлетели браслет из ракушек и лак для ногтей:
— Братик Тун-Тун, смотри, что я купила!
Неприятный взгляд незаметно исчез. Тун Хуайцин слегка опустил голову, разглядывая вещицу на ладошке девочки, и почти не обратил внимания на только что произошедший эпизод.
Он давно привык к тому, что за ним следят.
Будь то восхищение или раздражение — стоило ему сесть за фортепианный табурет и включить софиты, как весь мир принадлежал только ему одному.
Когда он играл, Тун Хуайцин вовсе не замечал ничего вокруг.
Зрители, судьи или журналисты с блокнотами в руках?
Кого это волнует.
Эта привычка перекочевала и в повседневную жизнь: он покачал головой в ответ на протянутые ему ножницы, совершенно не заметив, как у ведущего застыла на лице улыбка.
Именно так — отказаться от перерезания ленточки на глазах у публики.
Никаких прикосновений к острым предметам, никаких тяжестей, никаких изнурительных упражнений, требующих напряжения кистей рук.
Нужно беречь свои руки.
Манерный, задирающий нос — какими еще словами его потом честили в газетах?
Ах да, ранняя гибель таланта, как у Цюн Юя.
Маленькие разноцветные ракушки, нанизанные на нить, вместе с пузырьком неказистого лака для ногтей лежали на раскрытой ладони девочки, а Чи Ино, склонив голову набок, улыбнулась:
— Красиво?
Не успел Тун Хуайцин отреагировать, как рядом раздался приглушенный возглас:
— Ой, я разве не видела его по телевизору?
— И правда красавчик…
Тун Хуайцин опустил глаза и незаметно отступил назад.
Розовая бисерная занавеска снова зашуршала, в магазин хлынули новые покупатели. Чи Ино кто-то неожиданно толкнул, и то, что она держала в руках, со звоном упало на пол. Наклонившись, чтобы поднять вещь, она задела черный мягкий коврик — к счастью, на нем не было хрупких украшений, но продавец уже одарил ее свирепым косым взглядом.
Лицо его выражало крайнее раздражение.
— Что это тут падает? Сломаешь — придется покупать.
Тун Хуайцин помог подобрать красную веревочку и увидел, как Чи Ино, с чуть покрасневшими ушами, поднялась на ноги, уже сжимая в руке набедренную цепочку и собираясь идти к кассе.
Хотя в обычной жизни она была шумной и взбалмошной, домашнее воспитание у нее было довольно строгим.
У нее выработалась привычка: за совершенную ошибку нужно отвечать. Пусть даже веревочка не порвалась, но, упав на пол и испачкавшись в пыли, она послушно направлялась к прилавку, чтобы выкупить ее на свои оставшиеся карманные деньги.
Стиснув в пальцах слегка потрепанную купюру, Чи Ино встала на цыпочки, наблюдая, как продавец стучит по калькулятору, и тревожно гадая, хватит ли у нее денег. Но на прилавке уже легла новенькая красная банкнота. Широко раскрывши глаза, она подняла голову и увидела изящный подбородок и пару слегка изогнутых глаз.
— Братик Тун-Тун, я… — Чи Ино попыталась вернуть деньги обратно. — Я сама куплю.
Тун Хуайцин по-прежнему молчал. Он лишь слегка подвинул красную веревочку ближе к купюре и чуть кивнул.
Чи Ино тут же все поняла: Тун Хуайцин выручил ее и сам оплатил эту цепочку.
Конечно же, у ребенка нет никакой талии, к чему ей вообще ее носить.
— Эту берешь? — Продавец бросил на Тун Хуайцина странный взгляд, с минуту разглядывая его лицо, а затем с усмешкой принялся отсчитывать сдачу. — Это вообще-то набедренная цепочка.
Так она надевается на талию, дошло наконец до Чи Ино.
Что ж, и хорошо. У братика Тун-Тун талия тонкая, кажется, ее можно обхватить одной рукой, в такой цепочке он будет выглядеть просто потрясающе.
Выйдя из магазина, Чи Ино дернула Тун Хуайцина за подол:
— Пойдем съедим фруктового льда, здесь такое вкусное делают.
Тун Хуайцин едва заметно покачал головой и, взяв Чи Ино за руку, пошел обратно.
В этом пестром сброде людей было откровенно небезопасно.
Он только что заметил: тот самый мужчина с золотым зубом сидел на корточках на ступеньках через дорогу. Позади него находился магазинчик с розовой неоновой вывеской и плотно задернутыми тяжелыми шторами, а вокруг него кучками толпились молодые парни и девушки. Посмеиваясь друг над другом и зажав в пальцах дешевые сигареты, они то и дело бросали на них косые взгляды.
А Чи Ино всё еще наивно бормотала:
— Мы же с таким трудом сюда выбрались, неужели не попробуем? Мой брат обычно вообще не разрешает мне сюда ходить!
Можно было не спрашивать, почему Чи Е запрещал ей появляться здесь, ведь мужчина с золотым зубом уже потушил окурки и решительно двинулся в их сторону.
http://bllate.org/book/27807/3373032
Готово:
