Ху Цицин легкомысленно бросила на него быстрый взгляд, и режиссер тут же закрыл рот.
— Т-тамошняя… — робко начала девушка-ПД. — Потрудитесь, пожалуйста, три гостя, пройти в зону отдыха, нам ведь еще вести трансляцию, ну… зрители уже спрашивают.
Хунсунь вздохнула, сделала два шага вперед, взяла Ху Цицин под руку и направилась в сторону гостевой зоны отдыха, с беспокойством бросив взгляд на большой экран, висевший прямо напротив дивана.
Из-за их воссоединения большой экран разделился на три части: на одной показывали детей, играющих с сотрудниками, а на двух других транслировались комната-квест и эта зона отдыха.
В системе трансляции стоял звукоизоляционный барьер, поэтому недавний разговор нескольких человек, разумеется, не транслировался бы наружу, но стоило им дойти сюда, как они оказывались в зоне прямого эфира.
Как только они появились на экране трансляции, летящие комментарии тут же оживились:
Кто разозлил нашу кинозвезду? Но даже в гневе она прекрасней всех~
А кто еще мог, конечно, эта шлюха!
Шлюха? Что я пропустил? Кто шлюха? Только не наша сестрица Хунсунь!
Тьфу! У вас там в деревне только интернет провели? Конечно же, этот Шэнь Жухэн! Это он публично признался в любви на сетевой платформе, из-за чего и всплыла новость о тайном браке нашей кинозвезды. Сестрица Ху уже собиралась все обнародовать, а он взял и перехватил инициативу, какая гадость!
Еще больше злит то, что он прекрасно знал, что наш зятек женат, но все равно не отставал, на съемках пилотного выпуска даже собственного ребенка забросил, глаза вытаращил и увязался за нашим зятьком, до чего же противно, фу~
Сестрица, не сердись, посмотри на большой экран, съемочная группа как раз ставит этого третьего лишнего на место, давай-ка посмеемся и поедим дыню!
Ха-ха-ха, так его, этого третьего лишнего, хорошо отлупите, хвалю съемочную группу! Режиссер У отлично справился!
У Лу: Да нет же… правда не я, ОРЗ
На экране трансляции Шэнь Жухэн уже добрался вдоль книжного шкафа до письменного стола, проверил ногой прочность столешницы, легко запрыгнул на тумбу стола и подергал ящики.
Ящики оказались абсолютно пустыми.
Неужели его здесь нет?
Шэнь Жухэн нахмурился и перевел взгляд на огромные книжные шкафы, занимавшие три стены.
По отношению той женщины было легко понять: его нынешнее тело, скорее всего, никому не нравится, вот только он не ожидал, что настолько.
Этот квест-рум явно задуман для того, чтобы издеваться над людьми.
Он тайком вздохнул.
Хотя издевались не над ним самим, но раз уж он вселился в чужое тело, то должен хоть как-то за него отвечать, к тому же здесь находится ребенок, нельзя же его пугать.
Он подался вперед и оглянулся на Сяосяо, сидевшего в книжном шкафу.
Маленький дракончик сидел в шкафу с абсолютно прямым и серьезным видом, иллюстрированная книга лежала на его пухленьких ножках, и он казался погруженным в чтение.
Однако кулачки, свисавшие по бокам, были сжаты до предела, а в книге была открыта все та же страница.
Его пухленькое тельце наклонилось вперед, словно он хотел высунуться наружу, но боялся упасть, и его огромные глаза то и дело испуганно косились наружу и тут же быстро прятались назад — до чего же мучительное зрелище.
Шэнь Жухэн нашел это забавным, немного поборолся с собой, но не выдержал и с улыбкой спросил:
— Сяосяо боится?
Юнь Исяо торопливо поднял голову и встревоженно ответил:
— Не болю! Н-нет, не болю! Папа, аккуратнее!
Видя, что малыш даже сорвался на свой молочный голосочек, Шэнь Жухэн не удержался от смеха:
— Сяосяо просто молодец! Еще чуточку подожди, и папа придет!
— Угу, — маленький дракончик сжал кулачки и изо всех сил закивал, — папа, поднажми!
Успокоив малыша, Шэнь Жухэн перевел взгляд на огромный макет в центре кабинета.
Он уже давно чувствовал, что что-то не так.
Когда они только вошли в комнату, роскошная люстра, привлекшая внимание отца и сына, висела прямо под макетом. Гравитация в этой комнате была нормальной, материал люстры не казался слишком тяжелым, но особенно поражали те хрустальные подвески на нитях — они торчали строго вертикально вверх, будто их тянули невидимые нити.
Еще когда он дергал эти подвески, то почувствовал, что с воздухом между люстрой и макетом что-то не так.
А теперь прежний «потолок» полностью обвалился, но люстра при этом осталась в самом центре пропасти, не сдвинувшись ни на йоту.
Это значит…
Он медленно подполз к краю макета, одной рукой крепко уцепился за нижнюю часть стола, а другую протянул в самый центр макета.
Там возвышалась крошечная статуэтка, а на ее шее висела сверкающая медаль.
Вопреки всем законам физики, медаль парила прямо над статуэткой.
Ой, что это он делает?
Да ладно, разве сейчас время наживаться? Орден Почета и впрямь дорогая вещь, но разве это подходящий момент для стяжательства?
Ох уж эта жадность прежних людишек, вы разве не заметили? Теперь многие наши товары повседневного спроса производятся в районе для прежних людишек! Все честно заработанные деньги они загребают себе.
Тьфу, до чего же бессовестно! Интересно, кто вообще отец Сяосяо, приди сам и посмотри на свою жену, неужели такое еще можно терпеть?
Бьюсь об заклад, как только закончится этот сезон детского шоу, эта парочка точно развéдется! Иначе я встану вверх тормашками и съем клавиатуру!
Пока летящие комментарии кипели спорами, кончики пальцев Шэнь Жухэна уже коснулись статуэтки в центре макета и скользнули вверх по ее ноге.
Нащупав гладкую ленту медали, Шэнь Жухэн мысленно извинился:
— Прости, братишка, одолжу твой орден ненадолго.
Ловким движением пальцев он подцепил и дернул ленту, и та оказалась у него в руке.
Едва он успел отдернуть руку, как сиявшая внизу люстра издала грохот и камнем рухнула в пропасть, исчезнув из виду.
— Папа! — раздался неподалеку голос Сяосяо, полный тревоги: — Папа, папа, папа!
— Папа в порядке! Сейчас вернусь! — поспешил успокоить его Шэнь Жухэн, обматывая ленту медали вокруг запястья.
Тело словно стало намного легче, и Шэнь Жухэн, вцепившись в книжный шкаф, смог быстро передвигаться почти без всяких усилий. Задача, которая только что казалась невыполнимой, теперь обрела надежду.
— Сяосяо, смотри! — Шэнь Жухэн в два-три прыжка подполз к малышу. — Красиво?
Маленький дракончик поднял глаза, и две огромные золотые слезинки снова скатились по щекам:
— У-у… папа, у-у…
— Хороший мой, не бойся, — у Шэнь Жухэна потеплело на душе, и он решил поддразнить его: — Прости, Сяосяо, хрустальная люстра упала. Как только мы отсюда выберемся, папа найдет тебе другую.
http://bllate.org/book/27796/3371765
Готово:
