Женщина подошла ближе, прикурила сигарету, и струйка дыма из уголков её рта взметнулась к небу, чтобы тут же раствориться в дуновении ветра.
— Будешь? — женщина слегка приподняла пачку в руке.
Гу Ай покачала головой:
— Я не курю.
Сюй Ваньвань не стала настаивать и, оставшись стоять на перилах, продолжила курить. Вся её высокомерная и дерзкая манерность, с которой она держалась на званом вечере, куда-то испарилась. Её глаз коснулся чистый лунный свет; сама она была совсем близко, а сияние луны — так далеко. Томно виющиеся клубы дыма окутывали её легкой дымкой, и Гу Ай вдруг подумалось, что этот миг похож на кадр из какого-то фильма.
— О чём ты думаешь? — заметив на себе взгляд, Сюй Ваньвань повернула голову и с улыбкой спросила Гу Ай.
— Шумный банкет, одинокая терраса, Великий Гэтсби.
Вырвавшиеся слова заставили обеих тихонько рассмеяться.
— А вдруг это Шоу Трумана? — посмеявшись, с игривой усмешкой бросила Сюй Ваньвань.
— Ха? Неужели нынешняя луна настолько искусственная?
Словно не ожидая, что Гу Ай подхватит шутку, Сюй Ваньвань на мгновение замерла, а затем её улыбка стала еще шире:
— Какая же ты забавная. Не хочешь пойти ко мне работать? Будешь моим ассистентом?
Теперь настала очередь Гу Ай растеряться.
— Не хочешь? Разве работа ассистентом не лучше закаляет характер?
— Да нет же... я просто умею только туфли чинить... — Гу Ай замахала руками, пытаясь оправдаться.
Сюй Ваньвань оборвала её на полуслове:
— А сигареты прикуривать у тебя неплохо получалось.
— Тогда я подумаю.
Разве они только что не болтали о всякой всячине? Почему разговор вдруг круто повернулся и превратился в собеседование при приеме на работу? Причем она сама оказалась той самой кандидаткой, на которую положил глаз работодатель.
— Ты что, не знаешь, насколько сейчас тяжелая ситуация с трудоустройством? Или ты...
Увидев, что Гу Ай колеблется, Сюй Ваньвань качнулась ближе.
Испугавшись, что Сюй Ваньвань задаст еще какие-нибудь вопросы и пробудит дурные подозрения, Гу Ай торопливо прервала её:
— Я серьезно отношусь к любой работе, поэтому мне нужно всё обдумать.
— Тогда даю тебе на раздумья три дня.
Сюй Ваньвань с готовностью приняла объяснение Гу Ай.
— Хорошо.
Будто получив помилование, Гу Ай поспешно кивнула.
— Уговор в силе. Зажигалку оставь себе, на ней адрес моей компании. Мне скоро на самолет, брать её с собой неудобно.
С этими словами Сюй Ваньвань не преминула подмигнуть Гу Ай.
— Через три дня я буду ждать тебя.
Первый доклад
Ещё до того, как Фан Айго стукнул кулаком по столу, Гу Ай казалось, что она всё еще во сне. Она отправилась на банкет по заданию управления в поисках улик, а в итоге вернулась с предложением о работе? Такое не мог принять ни Фан Айго, ни сама Гу Ай. В кабинете Бюро по борьбе с контрабандой таможни Хайгана раздавались громовые удары кулака Фан Айго по столу. От звука ударов коллеги в коридоре вжалели головы в плечи, страшась, как бы этот гнев не перекинулся на них.
— Ах ты, Гу Ай! Умничаешь! Самовольничаешь! Не думаешь о последствиях! Дисциплине в полицейской академии тебя тоже Конан Эдогава учил?
Фан Айго закипал при одном виде подчиненной, замершей перед ним. Даже чай с хризантемой и ягодами годжи, только что заваренный в термосе, не мог сбить его давление.
Гу Ай обернулась, бросив взгляд на смутные силуэты за жалюзи, и боязливо окликнула:
— Шеф...
Она попыталась намекнуть, что ему не стоит так орать.
Конечно, эффект оказался нулевым.
— Какой я тебе шеф! Я твердил про осторожность и осмотрительность, просил не спугнуть спугнутой змеи, а ты отличилась — заявилась прямо к ним в номер! Да еще и...
Фан Айго отбил себе руку о стол и, скрестив руки на груди, рухнул обратно на стул, сверля Гу Ай яростным взглядом.
Гу Ай робко пробормотала:
— По крайней мере, я нащупала направление для расследования...
Эти слова стали поистине маслом в огонь. Просидевший и пары секунд Фан Айго снова подскочил как ошпаренный и, тыча в Гу Ай пальцем, разразился тирадой:
— Ого, мне тебе орден выдать? Может, мне уступить тебе моё кресло начальника отдела! Да кто ты такая, чтобы лезть к Сюй Ваньвань, ты даже не знаешь, кто она! Ты понимаешь, что едва не провалила операцию? Девушка-официантка, что была с тобой, сбилась с ног в твоих поисках, а мне пришлось подчищать за тобой хвосты. Ты заслужила доверие остальных парней из команды?
Видя, что Гу Ай молчит, Фан Айго продолжил:
— Думаешь, это плевое дело? Не стоит недооценивать дела Бюро по борьбе с контрабандой. Нам противостоят отчаянные преступники, и организованная преступность такого масштада — со сроками от десяти лет до пожизненного — куда опаснее, чем ты себе представляешь!
Гу Ай кивнула и тихо ответила:
— Капитан Фан, я буду действовать осторожнее.
И всё же, несмотря ни на что, факт оставался фактом: с точки зрения управления, Гу Ай, действовавшая самовольно, была неправа. Вспомнив свои поступки, она не могла отделаться от страха. Как говорил Старший Фан, это было слишком безрассудно и непредусмотрительно. И главное — впредь такое никогда не повторится. Слегка опустив голову, она искренне признала вину:
— Я виновата, капитан Фан.
Из-за какой-то случайной наводки вскрылся целый ряд тревожных симптомов, но, к счастью, операция не была сорвана. Видя искреннее раскаяние Гу Ай, Фан Айго наконец перевел дыхание и снова сел. Молодежь полна энтузиазма и склонна к импульсивности, он прекрасно это понимал — кто в молодости не совершал ошибок?
Когда Фан Айго только пришел в Бюро по борьбе с контрабандой, в глазах Ван Цюшаня он, пожалуй, тоже выглядел занозой. При этой мыслях он временно умерил свой гнев на Гу Ай, приподнял террасы с чаем, сделал глоток и применил к одумавшейся подчиненной методы воспитания, некогда использованные против него самого Ван Цюшанем. Слегка покашляв и сохранив на лице грызливое выражение, он значительно сбавил тон:
— С тебя объяснительная на две тысячи слов, без единого пропущенного знака, иначе катись обратно в полицейскую академию на пересдачу!
— Есть, капитан Фан, — в ужасе и трепете кивнула Гу Ай и попутно напомнила:
— Пора на совещание...
При упоминании совещания брови Фан Айго снова сошлись на переносице, образуя иероглиф «чуань». Он вздохнул и больше ничего не сказал, лишь подхватил термос и торопливо зашагал прочь.
Дверь кабинета с грохотом распахнулась, и без того тишина в Бюро по борьбе с контрабандой стала еще зловещей.
Стоило зайти речь о Ван Цюшане, как любой здравомыслящий человек мог уловить в поведении Фан Айго нотку детской послушности, совершенно не вязавшуюся с его солидным возрастом. Он детально доложил обо всех зацепках, которые принесла Гу Ай, выглядя совсем иначе, чем несколько минут назад во время бурного гнева. Напротив, он даже похвалил Гу Ай пару раз и даже позволил ей подать голос. Гу Ай не только онемела от изумления, но и почувствовала прилив благодарности: все коллеги знали, что у капитана Фаня острый язык, но мягкое сердце.
http://bllate.org/book/27736/3366289
Готово:
