Мо Цинсюй беззвучно горько усмехнулся, протянул руку, собираясь было коснуться нежной, подобной нефриту щечки девушки, но в самый момент перед прикосновением фигура девушки внезапно побледнела и в следующее мгновение исчезла прямо из воздуха. Вся её душа превратилась в крупицы бледно-белого сияния, которое, кружась, сделало небольшой кружок в полувоздухе и плавно упорхнуло прямо в Кроваво-красный нефритовый браслет на его левом запястье.
В тот самый миг, когда эти крупицы белоснежного сияния проникли внутрь, Кроваво-красный браслет внезапно вспыхнул и засиял алым, однако прошло всего лишь мгновение, как всё снова погрузилось в тишину и покой — казалось, будто только что всё, что выходило за рамки обычного человеческого понимания, никогда и не происходило.
Но стоило девушке оказаться внутри Кроваво-красного нефритового браслета, как Мо Цинсюй внезапно почувствовал легкое покалывание в ноге.
Мо Цинсюй невольно опустил взгляд, глядя на свои ноги.
Он помнил, что в прошлой жизни, когда его ноги окончательно отнялись, они полностью потеряли всякую чувствительность. По идее, и в этот раз его ноги к этому моменту уже тоже не должны были ничего чувствовать.
Неужели девушка уже принялась выполнять свое обещание? Очевидно, еще мгновение назад ей требовалась его ци удара, чтобы удержать форму, а это значило, что сама она не была такой уж сильной. Если ей нужны были подобные вещи вроде духовной энергии и удачи, то ведь и сама она получила их не так уж много, неужели она уже собралась лечить его ноги?
Изящная рука Мо Цинсюя коснулась Кроваво-красного нефритового браслета, он легко погладил его, и его взгляд на мгновение смягчился.
Этот Кроваво-красный нефритовый браслет был реликвией, оставленной ему матерью, и имел для него особое значение. Если вспомнить девушку в алых одеждах с улыбкой в уголках глаз, которая теперь забралась в его браслет да вдобавок знала многое о том, что происходит с ним самим...
Возможно... было бы не исключено, что девушка — это дух, родившийся в нефритовом браслете.
— А Сюэ, — глядя на браслет, тихо позвал он её дважды. — А Сюэ?
Никакой реакции.
Наверное, она окончательно уснула.
Мо Цинсюй успокоил мысли и, подняв руку, трижды качнул стоявший в углу письменного стола неприметный маленький колокольчик.
У оконной рамы промелькнул незаметный порыв ветерка, и в следующее мгновение перед Мо Цинсюем внезапно появился мужчина в черном, опустившись на одно колено и склонив голову в знак полнейшего почтения.
— Разыщи кое-кого: девушку из рода Цяо, что достигла возраста шпилек, но еще не вышла замуж, по имени Чжи Сюэ, — Мо Цинсюй слегка опустил взгляд, его голос звучал спокойно и холодно. — Жива она или мертва, о любых новостях немедленно доложи Первому министру.
Человек в черном почтительно кивнул в знак согласия и, заметив, как Мо Цинсюй махнул рукой, в следующее мгновение бесшумно растворился в темноте.
Мо Цинсюй снова посмотрел на браслет, который носил на руке — тот тихо и безмолвно хранил молчание.
Толкая инвалидное кресло, он выехал из кабинета и слегка прищурился, глядя на уже погружающееся в сумерки небо. Возвращающиеся в гнезда птицы пронеслись мимо, и их тени, словно мазки туши по бумаге, четко и ясно отпечатались в воздухе.
...
Когда Цяо Чжи Сюэ снова пришла в себя, то обнаружила, что больше находится не рядом с Мо Цинсюем, а очутилась в пространстве, которому не было видно ни конца ни края — в месте, какого она отродясь не видывала.
Цяо Чжисюэ потрыла виски: её взгляд, поначалу еще немного затуманенный, мгновенно прояснился, и она мысленно позвала свою Система Гармонии:
— Хэ Хэ, это где же я нахожусь?
Система Гармонии откликнулась на зов:
— Хозяйка, хозяйка, норма времени сегодняшних объятий с ключевым персонажем в два часа уже завершена, а первое поглощение удачи ключевого персонажа требует процесса слияния, поэтому я и перенесло хозяйку сюда, в Браслет Нин Чи ключевого персонажа, чтобы отдохнуть.
— Конечно же, в дальнейшем, когда хозяйке понадобится отдохнуть, она тоже сможет приходить сюда, в пространство браслета — это место равносильно личному пространству хозяйки.
— Браслет Нин Чи... О, я помню, в первоначальном сюжете о нем вроде бы упоминалось в нескольких местах, это же реликвия матери Мо Цинсюя, говорят, они даже парные: другой предназначался для суженой Мо Цинсюя, из тех, что надел — и уже не снимешь, — Цяо Чжисюэ припомнила описание этого браслета, а затем не удержалась от легкой улыбки. — Сдается мне, судя по такому описанию, было бы куда уместнее, окажись я нефритовым духом Браслета Нин Чи?
— Если бы ты была нефритовым духом, тогда кто же я? — позади Цяо Чжисюэ внезапно раздался чрезвычайно недовольный голос юноши. — Разве я какой-то демон?
Цяо Чжисюэ в удивлении обернулась на голос и увидела облаченного в алые одежды миловидного юношу, который скрестил руки на груди и смотрел на нее с предельно недовольным видом.
— Вау, — Цяо Чжисюэ окинула Нин Чи взглядом, полным восхищения, и всем ее видом сквозило изумление человека, впервые выбравшегося в свет и повидавшего виды. — В этом древнем мире даже есть элементы фэнтези, просто невероятно.
— Значит ли это, что если я выйду наружу, стану пускать пыль в глаза и повелевать ветром и дождем, то, глядишь, смогу затесаться в государственные наставники?
Глядя на бормочущую всякую чушь женщину перед собой, Нин Чи помрачнел еще сильнее и, скрипя зубами, потребовал ответа у Цяо Чжисюэ:
— Ты вообще что за создание? Зачем заняла мое место и подошла к моему хозяину?
— Если твой хозяин, о котором ты говоришь — это Мо Цинсюй, то не переживай, я не причиню ему вреда, я пришла сюда, чтобы помочь ему, — Цяо Чжисюэ пожала плечами. — А что до того, что заняла твое местечко — это вышло случайно, прошу прощения. Впрочем, уйти я пока не могу, так что позволь попользоваться твоим уголком какое-то время, ты ведь не будешь возражать?
Нин Чи недобро прищурился:
— А если я скажу, что возражаю?
— Хозяйка, не бойтесь! — внезапно подала голос Система Гармонии. — Я только что просканировало его: его нынешней культивации и духовной энергии недостаточно, он вообще не способен покинуть браслет и проявиться вовне, он не сможет одолеть хозяйку!
— Пф, — Цяо Чжисюэ не удержалась от смешка, а затем прикрыла кулаком губы, скрывая улыбку. — Ну хорошо.
Кто же знал, что Нин Чи, уставившись на парящий возле Цяо Чжисюэ ярко-белый комочек света, рассвирепеет еще больше:
— Ты еще что за штука! С чего это я не смогу одолеть эту женщину? Держу пари, я сейчас же вышвырну ее вон!
Цяо Чжисюэ моргнула, перевела взгляд с системы обратно на Нин Чи и тут же приподняла бровь:
— Ты не только видишь Хэ Хэ, но еще и слышишь, что оно говорит?
— Еще бы! — с досадой бросил Нин Чи. — Я тебе не слепой и уж тем более не глухой!
— Тогда давай сразимся, — Цяо Чжисюэ слегка склонила голову набок, улыбаясь с наивной и чистой беззаботностью. — Кто победит, тот и прав, как тебе?
— Хм, как раз по мне! — Нин Чи крепко сжал кулаки и тут же бросился в атаку. — Проиграешь — только не вздумай пускать сопли и жаловаться, что я обижаю женщину!
http://bllate.org/book/27609/3355897
Готово:
