Пока Лу Инбай закреплял телефон на держателе велосипеда, переводил экран в игровой режим и поправлял беспроводную гарнитуру, Сяо Син, хоть по большей части и видел лишь самого Лу Инбая, всё же подмечал некоторые обстоятельства внешнего мира.
Например, как какой-то человек на маленьком электромопеде везёт в школу ребёнка.
Сяо Син пока не хотел, чтобы Лу Инбай догадался о его способности исследовать всё вокруг на триста шестьдесят градусов без единой слепой зоны. Лишь когда родитель на электромопеде притормозил у точки с завтраками, из-за чего Лу Инбай отстал, Сяо Син подал голос:
— Папа, ты закрепил меня на руле электромопеда, чтобы я прочувствовал, каково это — ехать на работу вместе со взрослыми?
— Пожалуй, я просто хотел дать тебе заранее прочувствовать всё «счастье» офисного раба.
А затем они прибыли в компанию.
Сяо Син наконец выяснил профессию Лу Инбая: тот работал клерком в группе переговорщиков одной листинговой компании, а при необходимости и сам участвовал в переговорах, хотя в основном занимался записями.
Убедившись, что его батя понял суть, Лу Инбай ненадолго охарактеризовал эту работу со своей колокольни:
— Простая, делать особо нечего. Переговоры идут не каждый день, в перерывах нужно выполнять лишь непыльную рутинную работу, да и ту урывками. Есть полный соцпакет, на работе можно валять дурака, да и начальник не слишком придирается к подобным мне сотрудникам, в конце концов, платят не так уж много.
Но стоило ему это произнести, как подвернулась работка, побездельничать на которой уже не вышло.
После завершения дел Сяо Син с высоты своего статуса интеллектуального мозга перевёл и подытожил сказанное выше следующим выводом: «Поскольку его личные способности относительно высоки, компания готова платить жалованье бездельнику, который в некритичное время большей частью бьёт баклуши. В переговорном процессе обычно присутствует нечто вроде младшего состава: они первыми выходят в поле набираться опыта, а когда терпят неудачу и уже не могут удержать позиции, наступает черёд Лу Инбая».
Во время обеденного перерыва Сяо Син простодушно изрёк:
— При такой рабочей обстановке и душевном настрое… Папа, ты что, вышел на пенсию на тридцать лет раньше срока?
— Ещё не дошло до такого, моих сбережений пока не хватит, чтобы безмятежно встретить старость. — Лу Инбай махнул рукой.
Как-то раз они с другом примерно подсчитали расходы на старость: если после выхода на пенсию предстоит прожить ещё лет тридцать, и тратить по две тысячи в месяц, то это ж получается аж семьдесят два старых добрых девятки.
Лу Инбай: *Жить совсем не хочется.jpg*
Поразмыслив над этим мозговым штурмом, Лу Инбай вдруг подумал:
— А ты часом не выведываешь положение дел среди игроков по заданию игровой конторы? Ну прямо как в опросниках, где выбирают: доход до семи тысяч или свыше семи тысяч?
— Иногда мой пинг настолько высок, что я просто не успеваю за ходом твоих мыслей.
— Тогда перед тем, как сыпать шуточками или вводить тебя в курс дела, я буду объяснять базу. Например, что семь тысяч — это стандарт дохода игрока, установленный некой игровой компанией.
Сяо Син с каменным лицом отозвался:
— Я к тому, с чего ты вообще решил, будто я пытаюсь собрать информацию для разработчиков?
— По правде говоря, тот факт, что моя заявка на функцию дополненной реальности вообще прошла, для меня уже огромная удача. — Лу Инбай высказался предельно прямо. — Разве ты не заметил, что до сих пор я вообще никак не пытался раздобыть информацию о других детёнышах?
— Всё потому, что желание заполучить любого другого малыша наверняка увязано с гачей и прочими механиками. А в такого рода выпадениях, стоит исчезнуть гаранту, как у меня вечно не будет персонажей, но стоит гаранту появиться, как я всегда буду выбивать его по самому минимуму.
Лу Инбай пальцами изобразил перед глазами два нолика и скорчил кислую минy.
— К тому же у функции дополненной реальности пока нет никаких каналов для пополнения счёта и продления подписки. И хотя я понятия не имею, как можно создать настолько умного и автономного ребёнка, как ты, я прекрасно понимаю, что это задача не из лёгких. А то, что ты достался мне бесплатно, заставляет задуматься: за счёт чего вообще зарабатывает игровая компания?
— Деньги, конечно, не всё решают, но если бы финансы могли помочь тебе существовать долгое время, я бы, пожалуй, действительно согласился задонатить создателям. С этой точки зрения ты и впрямь изучаешь своего папу, но в то же время можешь выяснять, способны ли игроки вообще раскошелиться.
Лу Инбай не относился к тем людям, кто помешан на играх. Вот его хороший друг, тот безумно любил видеоигры, и судьба у него была незавидная — бедняга уже пережил череду катастрофических событий.
Например, разработчики игры сбегали, игровая компания банкротилась, саму игру вытесняли пираты, лишая её всяких шансов на выживание, читеров становилось столько, что с ними уже не могли справиться, а ключевые и самые популярные персонажи игры страдали от дичайшего оос...
Лу Инбай как-то раз вполне искренне посоветовал другу:
— Подумай о том, чтобы выпустить монументальный труд под названием «Годы, когда игроков в видеоигры распинали снова и снова». Я бы купил, причём как электронную версию, так и бумажную. Не ради чего-то там, а просто чтобы поддержать тебя, мой друг.
Друг ответил:
— Уж покорнейше благодарю.
— Папа, ты сам-то слышишь, что говоришь? — обиженным и нарочито протяжным голосом произнёс Сяо Син. — Мы общаемся всего один день, а ты уже хочешь второго ребёнка? Неужели нам больше не видать счастья и радости? И чего тогда стоят наши прекрасные совместные мгновения?
— Стоят тарелки сушеных водорослей.
— Папа, я правда обиделся!
— Поделись со мной рецептом тушёной курицы с рисом по-хунаньски, которую ты ел на обед, тогда я тебя прощу.
На голове у Лу Инбая словно загорелась лампочка, и его озарило:
— Так получив рецепт, ты сможешь прямо через функционал программы приготовить цифровую порцию тушёной курицы с рисом?
— Перед этим мне ещё потребуется смоделировать само существование яйца, условия для его инкубации, появление цыплёнка, его пищевые потребности, различия в структуре мяса, вызванные условиями выращивания, а также...
У Лу Инбая от этих слов чуть не заболела голова. Он тут же отложил палочки, с лицом ещё более суровым, чем у адвоката на судебном заседании, с абсолютно серьёзным видом изрёк:
— Зайка, эта тушёная курица с рисом такая гадость, давай мы её есть не будем.
Сяо Син: «……»
Всю вторую половину дня работа шла в расслабленном режиме: Лу Инбай бездельничал и попутно болтал с малышом.
По всей видимости, его беседы с собственным ребёнком показались многим сослуживцам странноватыми. Один из коллег, с которым они общались ближе прочих, заглянул к нему в кабинет под предлогом набрать воды и пошутил:
— Обычно кроме переговорной от тебя и слова не дождёшься, я уж думал, ты этакий холодный и неприступный красавчик.
http://bllate.org/book/27608/3355817
Готово:
