Говоря это, Цин Няо Сяомэй приняла самодовольный вид — искусство Цинняо выведывать тайны всегда славилось своей эффективностью.
Ди Цзян, услышав это, уставился на Цин Няо Сяомэй, не произнося ни звука и не задавая ни единого вопроса.
Улыбка Цин Няо Сяомэй стала натянутой, она вытерла несуществующие слезы и отступила: Ладно, сдаюсь, ты меня пугаешь. Карета направилась в Резиденцию князя Суна, за пределы Города Юйчэн, по дороге на восток.
Именно там находилась Резиденция князя Суна.
Слова Цин Няо Сяомэй еще звучали в ушах, но Ди Цзяна и след простыл — он двигался невероятно быстро, приходя и уходя, словно порыв ветра.
Убедившись, что Ди Цзян ушел далеко, Цин Няо Сяомэй наконец смогла перевести дух. Вытерев холодный пот со лба, она обернулась и позвала: Выходите.
Услышав голос Цин Няо Сяомэй, Древнее Дерево снова напряглось. Оно не понимало, что говорит собеседница, и не знало, к нему ли она обращается.
Конечно, факты доказали, что Древнее Дерево вновь приняло желаемое за действительное.
На сей раз появившиеся существа также не имели к Древнему Дереву никакого отношения. Из листвы показались две птичьи головы, и раздался тихий вопрос: Он уже ушел?
Ушел, даже следа не осталось. Скорее выбирайтесь, — ответила Цин Няо Сяомэй.
В этот момент чувства Древнего Дерева были крайне противоречивы: как-никак, оно было старым деревом с богатой историей, а теперь оказалось, что оно не понимает птичьего языка. Еще печальнее было осознавать, что в его ветвях прятались три необычные птицы, а оно не заметило их присутствия — сила этих существ была явно недооценена.
Две другие птицы опустились на землю и тут же приняли человеческий облик, превратившись в двух статных юношей. Второй старший брат Цин Няо вытер холодный пот и сокрушенно произнес: Какая опасность, нас чуть не разоблачили.
Первый старший брат Цин Няо лишь беспомощно вздохнул. Только что он по неосторожности задел второго брата, а хвост того, как назло, задел ветку. Этот шум привлек внимание Ди Цзяна, и ситуация стала критической.
Цин Няо Сяомэй с негодованием воскликнула: Вы задели ветку, а меня вытолкнули под удар, где же ваша братская любовь?
Изначально она действительно поддалась любопытству и решила тайно следовать за Ди Цзяном, чтобы разузнать, куда он направляется. Но с самого начала все договорились тщательно подавлять свою ауру и держать дистанцию, чтобы их не обнаружили.
Если бы не упорство братьев, желавших лететь как можно ближе, не случилась бы эта трагедия с раскрытием.
Первый и второй братья похлопали сестру по плечам. То, что вперед выдвинули именно Цин Няо Сяомэй, объяснялось хорошей привычкой Ди Цзяна — он не поднимал руку на женщин, и присутствие сестры давало им преимущество.
Они принялись ее утешать: Третья сестрица, ты пострадала из-за нас. Что хочешь съесть, надеть или получить? Только скажи, мы, братья, все тебе купим.
Цин Няо Сяомэй с презрением взглянула на них и твердо заявила: В этом году все драгоценности, дарованные Си Ванму, будут моими. Иначе я немедленно расскажу Ди Цзяну, что вы следили за ним вместе со мной.
Первый и второй братья, побледнев от досады, тут же перевели взгляд на Древнее Дерево позади.
Дерево прошибло холодным потом — на этот раз оно точно не ошиблось, взгляд незнакомцев был направлен прямо на него. Оно задрожало: Я ничего не видел, ничего не слышал. Какая сегодня чудесная погода.
Древнее Дерево сказало чистую правду: птичий язык, на котором они болтали, оно не понимало ни на йоту.
Первый старший брат Цин Няо хлопнул ладонью по стволу, напугав Дерево так, что у него едва не опали годовые кольца. К счастью, у него не было охоты заниматься рубкой, и он оставил деревяшку в покое.
Поскольку их след был раскрыт, Три Синие Птицы больше не осмеливались преследовать Ди Цзяна. Когда у Ди Цзяна хорошее настроение, он — прекрасное, услаждающее взор создание, но когда он в дурном расположении духа, он становится воплощением разрушительной красоты.
Не провоцировать Ди Цзяна было поистине мудрым решением. Пошептавшись немного, Три Синие Птицы улетели.
В это же время Ди Цзян, последовав словам Цин Няо Сяомэй, поспешил к Резиденции князя Суна за восточной окраиной города и обнаружил у боковых ворот карету.
Ди Цзян уставился на боковой вход, колеблясь.
Ему было крайне неприятно входить в Резиденцию князя Суна через боковую дверь. Кто он такой? Почему он должен входить через черный ход? Что за шутки? Даже в Небесном Дворе он всегда входил через главные ворота, а тут какая-то княжеская резиденция — как он может так унижать свой статус?
Поэтому Ди Цзян направился прямо к парадному входу.
Он скрыл свой облик, чтобы люди не видели его и не возникло лишних проблем.
Однако прилежные стражники не пускали никого. Вдруг один из них увидел перед собой вспышку ослепительно-красного цвета и героически преградил путь: Кто идет? Смеешь вламываться в...
Стражник не успел договорить, как свалился от удара Ди Цзяна.
Увидев это, второй страж закричал: Демон, какая наглость...
Он тоже не закончил фразу, рухнув на землю от удара Ди Цзяна.
Мгновением позже оба стражника стояли по бокам от ворот и с глубоким почтением кланялись Ди Цзяну: Почтенный господин, прошу, проходите.
Ди Цзян слегка приподнял подбородок, наслаждаясь положенным ему приемом. Вот это другой разговор. Он не мошенник и не разбойник, просто пришел в княжескую резиденцию узнать, как там И Мин, так зачем же зря вставать у него на пути?
Ди Цзян с невозмутимым видом вошел в главные ворота и, оглядываясь по сторонам, стал искать И Мина.
Вскоре он его нашел.
И Мин находился в большой комнате, на нем не было видно никаких следов увечий, и Ди Цзян немного успокоился.
Князь Сун пригласил И Мина, чтобы тот написал картину. Ранее князь уже посылал человека с просьбой, но И Мин отказался, поэтому в этот раз князь просто приказал схватить его и доставить в резиденцию.
Князь хотел, чтобы И Мин написал портрет его драгоценной дочери. Ди Цзян взглянул на наследницу князя и понял, что задача у И Мина будет не из легких.
В глазах Ди Цзяна зеница ока князя вовсе не была человеком — она выглядела как комок черного тумана. Сердце девушки уже давно было под контролем Пожирателя Сердец, и, вероятно, исправить это было уже невозможно. Однако в столь тяжелой ситуации обычные люди ничего не видели, замечая лишь слабое здоровье юной девы.
Ди Цзян подошел к Пожирателю Сердец и помахал рукой перед его лицом, но тот даже не заметил движений Ди Цзяна. Ди Цзян невольно скривился: такие низшие демоны до сих пор вредят людям, а стражники в этой резиденции, должно быть, совсем ни на что не годны, раз позволяют даже призракам проникать внутрь.
http://bllate.org/book/27562/3351138
Готово:
