Тан Сяокэ была ещё больше ошеломлена. Она взглянула на экономку Ли, потом на Цзюнь Шишэна, стоявшего рядом. Да, она пережила тяжёлое душевное потрясение, но всё же не настолько, чтобы устраивать из этого целую драму и вызывать Цяо Ижаня ухаживать за собой.
К тому же Цяо Ижань был её непосредственным начальником.
Тан Сяокэ не была настолько глупа, чтобы этого не понимать. Она вспомнила, как в прошлый раз, когда она простудилась, Цзюнь Шишэн даже отправился в больницу «Жэньань», чтобы привезти Цяо Су и осмотреть её. В этот раз, несомненно, всё устроил именно он.
— Цзюнь Шишэн?
— Да, — подтвердил он, не видя смысла отрицать очевидное.
Тан Сяокэ посмотрела на бесстрастного Цяо Ижаня — в его глазах, казалось, мелькнула насмешливая искорка. Она наклонилась к Цзюнь Шишэну и таинственно прошептала ему на ухо:
— Цзюнь Шишэн, ты вообще понимаешь, что он мой непосредственный начальник?
Цзюнь Шишэн нахмурился, перевёл взгляд с Цяо Ижаня на Тан Сяокэ.
— И что с того?
— Как начальник может ухаживать за подчинённой? Это же полный переворот всего!
Тан Сяокэ закатила глаза. Цяо Ижань был язвительным до мозга костей, и она была уверена: как только вернётся в больницу «Жэньань», он непременно отомстит ей при первой же возможности.
Цзюнь Шишэн приподнял бровь, его чёрные, как уголь, глаза устремились на Цяо Ижаня.
— Почему бы и нет?
— …
Тан Сяокэ прикусила губу и махнула рукой на Цзюнь Шишэна. С этим упрямцем невозможно договориться — раз уж он что-то решил, переубедить его невозможно.
Цяо Ижань стоял на месте, наблюдая за выражением лица Тан Сяокэ. В его ясных, как вода, глазах мелькнуло удивление.
Похоже, он, всемирно известный высококлассный врач, был только что отвергнут начинающим доктором.
Он слегка приподнял бровь и снял с плеча медицинскую сумку.
— Доктор Тан, вы меня презираете?
Экономка Ли стояла рядом и чувствовала, что доктор Тан и профессор Цяо явно знакомы. Она посмотрела на Тан Сяокэ и Цзюнь Шишэна: врача прислали по приказу Третьего господина — Лэй Но и Фэн Мин действовали строго по его указанию.
— Доктор Тан, это лучший врач во всей провинции.
— Я знаю.
Тан Сяокэ посмотрела на экономку Ли. Она прекрасно знала, насколько компетентен её начальник. Но мысль о том, что Цяо Ижань будет ухаживать за ней, вызывала у неё внутреннее сопротивление.
— Доктор Тан, вы так и не ответили на мой вопрос, — настаивал Цяо Ижань, не собираясь отступать.
Впервые в жизни его отвергла женщина. Это серьёзно ударило по его самооценке.
Тан Сяокэ покачала головой. Цяо Ижань был её начальником, и если она прямо скажет, что презирает его, то в будущем ей придётся туго. В этом она была достаточно умна.
Взгляд Цзюнь Шишэна перемещался между ними. Он понял слова Тан Сяокэ. Но, увидев внешность Цяо Ижаня, Третий господин почувствовал лёгкое давление. К тому же всё внимание Сяокэ было полностью приковано к Цяо Ижаню.
— Сяокэ…
Экономка Ли не могла сдержать улыбки, наблюдая, как Цзюнь Шишэн капризничает и пытается вызвать жалость.
— А?
Тан Сяокэ не понимала, о чём думает Цзюнь Шишэн, и повернулась к нему.
— Сяокэ…
— Да.
— Сяокэ…
— Я здесь.
— Сяокэ…
— Цзюнь Шишэн, тебе не надоело ещё?!
Цзюнь Шишэн замолчал, глядя на неё с невинным видом. Его глаза на мгновение метнули в сторону Цяо Ижаня с лёгкой враждебностью. Он всего лишь хотел, чтобы Сяокэ чаще смотрела на него, а не на Цяо Ижаня.
— Сяокэ…
У Тан Сяокэ был мягкий характер, но даже у неё хватило терпения только до определённого предела с таким парнем, как Цзюнь Шишэн.
Она поняла, что с каждым днём становится всё менее сдержанной в общении с ним.
— Цзюнь Шишэн, можно ли передумать и забрать свои слова о признании?
Лицо Цзюнь Шишэна мгновенно стало серьёзным.
Он крепко сжал запястье Тан Сяокэ, но, боясь причинить ей боль, осторожно регулировал силу хвата. Несмотря на это, его тревога всё равно доставляла ей дискомфорт.
Она чувствовала: Цзюнь Шишэн не злился — он боялся.
Да, Цзюнь Шишэн действительно боялся.
Он так долго был один, что уже привык думать, будто так и будет до конца жизни. Но он не знал, что в его жизнь ворвётся эта глупая женщина — Тан Сяокэ.
Цзюнь Шишэн крепко держал её запястье, боясь, что она вдруг исчезнет из его жизни.
Тан Сяокэ смотрела на него и вдруг словно поняла, что творится у него в душе, — и забыла сопротивляться.
Она никогда не думала, что Цзюнь Шишэн может так бояться.
Она подняла свободную руку и нежно коснулась его щеки, сквозь боль в запястье улыбнулась и почувствовала трогательную боль за его постоянный страх.
— Ну и повезло же мне в прошлой жизни, раз в этой мне довелось встретить Цзюнь Шишэна.
Услышав её слова, он немного успокоился. Осознав, что вышел из-под контроля, он тут же отпустил её запястье и осторожно помассировал место, где уже проступил красный след.
— Прости, Сяокэ.
Он понимал, что не может совладать со своими эмоциями, особенно когда дело касалось Тан Сяокэ. Его страх был настолько сильным, что чувство потери полностью овладевало им.
Тан Сяокэ смотрела на него с болью в сердце. До чего же он должен бояться, раз так осторожно обращается с ней?
— Не бойся, Цзюнь Шишэн. Я, Тан Сяокэ, раз уж выбрала человека — это навсегда.
Её слова прозвучали твёрдо и ясно, заставив сердце Цяо Ижаня слегка дрогнуть.
Даже экономка Ли была тронута до слёз. Как женщина, она восхищалась смелостью Тан Сяокэ — мало кто из женщин готов провести всю жизнь с человеком, страдающим аутизмом.
Цяо Ижань взглянул на Цзюнь Шишэна и едва заметно усмехнулся.
Неудивительно, что дед Цзюнь так спокойно передал управление корпорацией «Цзюньго» в его руки. Не зря дела в корпорации идут так гладко под его началом.
Несмотря на аутизм с детства, его ум и талант действительно делают его легендой в деловом мире.
Поведение Цзюнь Шишэна перед Тан Сяокэ — с одной стороны, это попытка вызвать у неё жалость, с другой — демонстрация силы перед ним, Цяо Ижанем.
С точки зрения психологии людей с аутизмом, это их способ самозащиты. Из-за сильного страха они выбирают зависимость. Но в то же время они испытывают чувство вины.
А выражают вину тем, что становятся ещё добрее и заботливее.
Такая нежная атака, скорее всего, никогда не придет в голову Тан Сяокэ с её простым мышлением.
Цзюнь Шишэн смотрел на Тан Сяокэ, и уголки его губ тронула ослепительная улыбка.
Лэй Но поднялся по лестнице и постучал в дверь.
— Третий господин, звонок от деда Цзюнь.
Цзюнь Шишэн отпустил Тан Сяокэ и вышел из комнаты. Улыбка на его губах ясно говорила о прекрасном настроении. Тан Сяокэ сразу поняла: Цзюнь Шишэна иногда тоже нужно ласково уговаривать.
— Профессор Цяо, не могли бы вы осмотреть её?
Экономка Ли поклонилась Цяо Ижаню и тоже вышла.
Цяо Ижань поставил медицинскую сумку на стол и одним взглядом оценил степень её травм.
Хотя Тан Сяокэ и пережила похищение и едва не погибла, на самом деле она получила лишь поверхностные раны, которые требовали лишь спокойного отдыха.
— На самом деле, доктор Тан, ваше состояние вовсе не требует моего присутствия.
Тан Сяокэ тоже так думала. Это были всего лишь царапины, да и её организм быстро восстанавливался. Инцидент с Янь Мином уже в прошлом, и она не хотела больше об этом думать.
— Я тоже считаю, что это излишне, но Цзюнь Шишэн упрям, и я ничего не могу с этим поделать.
Она пожала плечами и развела руками, копируя обычные жесты Цяо Ижаня.
— Доктор Тан, вы что, флиртуете?
Цяо Ижань рассмеялся. Он не ожидал, что у неё такая высокая способность к восстановлению: всего пару дней назад она едва избежала смерти, а теперь уже полна сил и энергии.
Тан Сяокэ промолчала, но уголки её губ предательски выдавали счастье, которое невозможно скрыть.
— Если профессору не нравится, он тоже может найти кого-нибудь, с кем пофлиртовать.
— Мне интересно, доктор Тан, чем всё это для вас закончится?
Цяо Ижань спросил без злорадства, а скорее как сторонний наблюдатель и как начальник, высказывая профессиональное мнение.
Цзюнь Шишэн, несомненно, страдает аутизмом. Что ждёт обычного человека, который решит провести всю жизнь с аутистом?
К тому же семья Цзюнь — не такая простая, как кажется на первый взгляд.
Тан Сяокэ, похоже, уже глубоко погрязла в этой трясине, и в будущем она может утонуть в ней с головой.
— Профессор Цяо, что вы имеете в виду?
Тан Сяокэ всегда думала просто. Она посмотрела на Цяо Ижаня, чувствуя, что тот намекает на что-то большее.
Цяо Ижань улыбнулся, и в его улыбке чувствовалась прохлада, способная развеять летнюю жару.
Отбросив в сторону сложности семьи Цзюнь, он вспомнил поведение самого Цзюнь Шишэна. Он видел немало людей с аутизмом, и все они проявляли чрезмерную, порой даже патологическую привязанность к тем, кого считали «своими».
Цзюнь Шишэн — не исключение.
Судя по враждебности, которую тот только что проявил, Цяо Ижань понял: быть «избранным» таким человеком для наивной Тан Сяокэ — неизвестно, к лучшему это или к худшему.
— Доктор Тан, вы никогда не задумывались, что для Цзюнь Шишэна вы — всего лишь объект зависимости?
Как пациент зависит от своего врача.
Тан Сяокэ поняла его. Цяо Ижань считал, что Цзюнь Шишэн зависит от неё, а не любит её по-настоящему. Она сама думала об этом, но всё равно не жалела о своём признании.
Она просто знала: она действительно любит Цзюнь Шишэна.
— Я просто считаю, что если любишь — нужно говорить об этом.
Её жизнь была простой, такой же простой была и она сама. И её характер тоже был таким.
Цяо Ижань с изумлением смотрел на Тан Сяокэ. Он не ожидал, что она скажет нечто подобное — просто потому, что любит, она решилась всё высказать.
Такая любовь без расчёта последствий, возможно, не пойдёт Тан Сяокэ на пользу.
Но, возможно, и пойдёт.
— То, что говорит профессор, имеет смысл. Я прекрасно понимаю, насколько сильно Цзюнь Шишэн зависит от меня. Но я хочу однажды услышать ответ от него самого.
Пока она не узнает этот ответ, она будет рядом с Цзюнь Шишэном и сама найдёт на него решение.
Её улыбка была такой чистой и ясной, что даже её простое, ничем не примечательное лицо сияло неземной красотой.
Похоже, влюблённые женщины и правда переживают самый прекрасный период в жизни.
Цяо Ижань молча сжал губы. Раз Тан Сяокэ так упрямо идёт по этому пути, ему нет смысла её отговаривать.
Тан Сяокэ не заметила, как на кровати засветился её телефон, тихо мерцая изящным светом.
— Эх, похоже, профессору Цяо пора завести роман.
Тогда он поймёт, что такое любовь — ведь никто не может ни остановить её, ни контролировать.
Как и она сама: она даже не заметила, как влюбилась в Цзюнь Шишэна.
Эта любовь, в которую вступаешь, не думая о последствиях, заставляет тебя, осознавая всё, всё равно бросаться в неё с головой.
Тан Сяокэ могла объяснить это лишь одним: магнетизм Цзюнь Шишэна слишком силён, и она не в силах ему противостоять — просто сдалась.
— Всё виноват мой Цзюнь Шишэн — он слишком обаятелен.
Цяо Ижань молча смотрел на неё, испытывая презрение к её попыткам свалить вину на другого. Ведь это она сама добровольно прыгнула в яму, вырытую Цзюнь Шишэном, а теперь винит его.
— Доктор Тан, а вы сами-то не признаёте, что вы влюбчивы?
— Правда?
— Неужели вы можете сказать, что совершенно равнодушны к внешности Третьего молодого господина Цзюнь?
— Похоже, что действительно нет.
Тан Сяокэ почесала подбородок и с лестью согласилась с Цяо Ижанем.
— У профессора Цяо тоже немало поклонниц. Вы вполне могли бы зарабатывать на жизнь своей внешностью.
— …
Цяо Ижань уставился на неё, не зная, что ответить. Женщины-пациентки в больнице и правда выглядели так, будто пришли не лечиться, а на свидание.
— Как же грустно: у доктора Тан даже одного поклонника нет.
Тан Сяокэ нахмурилась и сердито посмотрела на Цяо Ижаня.
http://bllate.org/book/2754/300500
Готово:
