Он стоял перед зелёной лужайкой у церкви, бережно прижимая к груди свиток пергамента. С благородным видом, слегка опустив подбородок, он смотрел на мир светло-золотистыми глазами, полными всеобъемлющей доброты и готовности к самопожертвованию.
Он был настолько чист и свят, что казался самим божеством.
Он был настолько красив — до умопомрачения, до совершенства, — что сердце Ду Бина невольно забилось чаще.
И именно этот стук сердца заставил Ду Бина осознать нечто, в чем он прежде никогда не был так уверен.
Он — действительно, как и говорила Анна, — женщина.
***
Воспоминания на этом закончились.
Ду Бин утёр лицо, покрасневшее, казалось, от жара печи, и, справившись с необъяснимым волнением, предложил Анне:
— Посетителей в лавке совсем мало. Пойду пройдусь по улице, позову народ, может, удастся кого-нибудь заманить.
Анна бросила взгляд на очаг и кивнула. Запас выпечки уже был велик, и заставлять Ду Бина продолжать стоять у печи, выпекая хлеб, который неизвестно удастся ли продать, действительно не имело смысла.
Ду Бин взял стопку рекламных буклетов, лежавших у входа, и толкнул дверь Пекарни «Сладость». Дверной колокольчик отозвался звонким «дзинь».
Он поправил широкий воротник своей одежды и подставил лицо навстречу тёплому ветру.
В Стране Ветра погода круглый год стояла мягкая и ласковая, поэтому в каждом уголке цвели бледно-лиловые гиацинты, слегка покачиваясь на ветру.
Такая красота вызывала улыбки у многих путешественников, прогуливающихся по улицам.
Поэтому, когда Ду Бин подходил к ним с дружелюбной улыбкой, большинство людей охотно останавливались, чтобы выслушать его.
— Если вы ищете место для отдыха, я искренне рекомендую вам Пекарню «Сладость» на углу улицы. Это самое уютное место во всём Городке Фэнлин. Вы сможете насладиться фирменными десертами наших мастеров и специально заваренным чаем, а обстановка в лавке такая спокойная и приятная…
— Спасибо, — путешественники вежливо улыбались, но все как один отказывались: — Мы подумаем, но сейчас у нас есть дела поважнее, чем отдых.
Ду Бин продолжал держать на лице дежурную улыбку, провожая их взглядом, но в глубине души не мог скрыть разочарования.
Он понимал, что это звучит странно, но его нынешнее мужское тело было весьма недурно сложено — крепкое и статное, и раньше зазывание клиентов приносило отличные плоды. Но почему-то в последнее время он раз за разом натыкался на отказ.
Он сжал в руках остатки буклетов. Ему слабо верилось в отговорки про важные дела: стоило прохожим вежливо отказать ему, как они продолжали лениво бродить по улице, ничуть не походя на людей, занятых чем-то срочным.
Если что-то идёт не так, значит, в этом замешана магия.
Он оглянулся на вывеску Пекарни «Сладость» неподалёку. Понимая, что продолжать зазывать клиентов или просто вернуться ни с чем — бесполезная трата времени, он решил встать в тени и понаблюдать за теми, к кому только что подходил, чтобы докопаться до причины.
Долго ждать не пришлось: по улице разлились мелодичные звуки флейты, и путешественники восторженно закричали: «Началось! Началось!»
В тот же миг неизвестно откуда появились несколько девушек из расы эльфов. Взмахивая руками, они вызвали на площади Городка Фэнлин гигантских орлов и трёх огромных единорогов.
Эти существа не были дикими зверями — это были редкие птицы и звери, прирученные и привыкшие к людям, понимающие приказы своих хозяев.
Вскоре они уже везли на спинах счастливчиков из числа зевак, даря им захватывающий полёт над городом.
Ду Бин наблюдал за этим без особого удивления: он знал, что это обычный трюк Театра «Соловей», а девушки из расы эльфов — всего лишь сотрудники труппы.
Подобные представления разыгрывались на этой улице почти каждый день, чтобы продавать билеты в театр.
Однако то, что для местных стало обыденностью, для путешественников, впервые попавших в Городок Фэнлин, было настоящим чудом.
Так вот оно что… вот почему они не хотели идти в пекарню, а слонялись снаружи?
Ду Бину стало скучно, он тяжело вздохнул и собрался уходить.
Но стоило ему обернуться, как он тут же наткнулся на разъярённое лицо Анны.
— А… Анна, прости, я виноват… — пойманный с поличным, Ду Бин поспешил оправдаться.
Но, к счастью, Анна скрипела зубами не из-за него.
— Ну конечно! Я-то думала, почему в последнее время торговля идёт так плохо! Оказывается, Театр «Соловей» перехватывает всех клиентов!
Она не обратила внимания на извинения Ду Бина и, глядя, как прекрасные эльфийки весело общаются с толпой, от злости аж побагровела.
Но вскоре она перевела взгляд на Ду Бина и хитро улыбнулась:
— Раз так, у меня есть идея. Мы тоже устроим представление на улице! Сделаем шоу, которое будет ещё ярче и эффектнее, чем у Театра «Соловей»!
Ду Бин почувствовал, как по спине пробежал холодок от её странной улыбки, но, поскольку он действительно провалил задание, ему пришлось позволить Анне утащить себя обратно в Пекарню «Сладость».
Внутри Анна принялась рыться в сундуках и шкафах, пока наконец не выудила розовое платье. Она приложила его к Ду Бину:
— Для выступления это подойдёт, размер как раз подходящий, тебе должно быть в самый раз.
Лицо Ду Бина исказилось. Он наконец понял, какое именно представление задумала Анна.
— Это… я могу отказаться?
Он знал, что в душе он женщина, и глядя на эти пышные кружева и ленты, чувствовал странную ностальгию, но он прекрасно осознавал, что его нынешнее тело — всё ещё мужское.
— Если я надену это, меня примут за извращенца, — категорично заявил он.
Но у Анны не было ни малейшего желания заботиться о его чувствах:
— У тебя нет права на отказ. Я твоя хозяйка, и ты должен меня слушаться. К тому же, ни одна хорошая девушка не сможет устоять перед искушением надеть красивое платье. Скажи мне, Ду Бин, ты ведь всё ещё хочешь вернуться в женский облик?
Ду Бин почувствовал, что в словах Анны кроется какой-то подвох, но поскольку он действительно ломал голову над тем, как решить проблему со сменой пола, он всё же нерешительно кивнул.
http://bllate.org/book/27506/3341906
Готово:
