Женщина в кровавых одеждах (часть 2)
Нельзя не признать, что эта угроза была ужасна.
Цзян Цин практически сразу же пошел на попятную и без лишних слов ответил:
— Хорошо.
Цзю Цяньсуй не унимался:
— Поклянись!
Цзян Цин поднял руку, прикрывавшую лицо, и поклялся небесами:
— Отныне мы будем вместе есть леденцы на палочке, вместе спать в пещерах и вместе тесниться в одной бадье для купания.
Цзю Цяньсуй остался весьма доволен, разжал хвост и скомандовал:
— Пошли!
Когда все трое добрались до города Цзиян, прошло уже несколько дней.
Чтобы Цзю Цяньсуй своими глазами увидел Мир Людей и при этом не привлекал лишнего внимания, Цзян Цин нанял лошадей, и они поехали в город верхом.
Изначально он взял трех коней, планируя, что каждый поедет на своем. Кто же знал, что, увидев лошадей, Цзю Цяньсуй придет в такое бурное волнение, а забравшись в седло, заволнуется еще сильнее!
Причина была банальна: он до ужаса боялся свалиться вниз.
Меньше всего на свете Цзян Цин ожидал, что обладающий столь великой магической силой Господин Бог Лисиц совершенно не умеет держаться в седле. Волей-неволей пришлось вернуть одну лошадь и ехать с Цзю Цяньсуем вдвоем.
Всю дорогу Цзю Цяньсуй сидел впереди, а Цзян Цин придерживал поводья сзади. Он был намного выше Цзю Цяньсуя, поэтому каждый раз, когда Юй Вэй бросал на них взгляд, ему казалось, что в этом зрелище есть нечто необъяснимо гармоничное.
Проведя в пути немало дней, в час сюй троица наконец прибыла в город Цзиян.
Город Цзиян оказался на редкость оживленным: на улицах повсюду висели яркие фонари и толпился шумный народ.
Незадолго до этого Юй Вэй отправил своим верным друзьям письмо, в котором сообщил, что вовсе не знаком с той женщиной, а также вкратце попросил их подыграть ему в небольшом спектакле.
Хотя друзья Юй Вэя получили послание в полном недоумении, они всё же были готовы поверить ему и оказать поддержку.
Не зная точного времени прибытия, они заблаговременно приготовили угощения и ожидали у постоялого двора.
Вскоре в толпе неподалеку показался мужчина в черных одеждах верхом на лошади. Заметив его, молодые люди замерли от удивления — казалось, им еще никогда не доводилось встречать столь холодного и красивого человека.
Самого Цзян Цина они не знали, зато спутника, следовавшего за ним, узнали сразу же. Стоило ему появиться, как они тут же, не раздумывая, толпой обступили его, с невероятным энтузиазмом принялись забирать вещи из его рук и помогли спешиться. Увидев это, Цзян Цин опустил взгляд на сладко спящего в его объятиях Цзю Цяньсуя.
Незадолго до въезда в город Цзю Цяньсуй отчаянно заскучал, закутался в плащ, свернул хвост калачиком и, устроившись на груди у Цзян Цина, мгновенно заснул.
Теперь же, прибыв на место, Цзян Цин огляделся по сторонам, а затем посмотрел на мирно спящую в его объятиях маленькую лисичку под шляпой и внутренне заколебался: будить или не будить?
Пока Цзян Цин хмурился в нерешительности, Юй Вэй мягко улыбнулся и обратился к поддерживавшему его юноше:
— Цзышу, спасибо тебе.
Юноша по имени Цзышу широко распахнул глаза. Он резко раскрыл веер и пару раз взмахнул им перед грудью:
— А-Вэй, я же тебе давно говорил: между нами не нужно слов благодарности.
Юй Вэй усмехнулся и, подняв руку, представил спутника, застывшего в нерешительности на спине коня:
— Это мой добрый друг, с которым я познакомился в миру, его зовут Сюнь Итянь.
Юноши дружно поклонились Цзян Цину:
— Приветствуем молодого господина Сюня.
Цзян Цин слегка кивнул.
Юй Вэй продолжил:
— А тот, кто сидит у него на руках — его младший родной брат, Сюнь Исуй.
Цзю Цяньсуй спал, а державший его Цзян Цин вовсе не походил на человека, желающего того будить, поэтому остальные просто кивнули.
Затем Юй Вэй вкратце познакомил Цзян Цина со своими друзьями, и стороны в общих чертах составили друг о друге представление.
Цянь Цышу — тот самый юноша, что помогал Юй Вэю спешиться, — отличался невероятным гостеприимством. Опасаясь, что с ношей на руках Цзян Цину будет неудобно слезать, он поспешил вперед:
— Братец Итянь, может, я подержу твоего младшего брата? Иначе тебе будет неудобно спускаться...
Цзян Цин бросил на него взгляд, уверенно соскользнул с лошади, прижимая к себе Цзю Цяньсуя, причем все его движения были настолько плавными и слаженными, что у присутствующих отвисли челюсти.
Цянь Цышу немного растерялся:
— ...У брата Итяня отменная сноровка.
Придерживая Цзю Цяньсуя за талию, Цзян Цин ответил:
— Благодарю за похвалу.
При входе на постоялый двор Цянь Цышу и Юй Вэй шли позади всех. Глядя на идущего впереди Цзян Цина, Цянь Цышу искренне восхитился:
— Как же завидно смотреть на отношения брата Итяня и его младшего брата.
Юй Вэй:
— ...Угу.
Войдя внутрь, все уселись вокруг стола. Цзян Цин сначала хотел уложить Цзю Цяньсуя на кровать, но, подумав, решил взять его с собой к столу.
Почуяв аромат еды, Цзю Цяньсуй слегка заворочался в его объятиях. Один из юношей мягко произнес:
— Младший брат брата Итяня, должно быть, моложе всех нас?
Цзян Цин кивнул:
— Мм, в этом году исполнилось восемнадцать.
Юй Вэй, только что сделавший глоток чая, внезапно поперхнулся.
Цянь Цышу протянул руку и принялся похлопывать Юй Вэя по спине, помогая ему прокашляться, а сам перевел взгляд на Цзян Цина:
— Восемнадцать? Совсем еще ребенок.
Стоило прозвучать слову ребенок, как Цзю Цяньсуй открыл глаза. Сознание его еще было затуманено, и он долго всматривался, пока наконец не разглядел бледное и красивое лицо Цзян Цина. Узнав его, Цзю Цяньсуй машинально замахал спрятанным под одеждой хвостом.
Словно опасаясь, что хвост высунется наружу, Цзян Цин обхватил его одной рукой за ноги, прижав непокорный отросток.
Лишившись возможности двигать хвостом, Цзю Цяньсуй отвел взгляд от Цзян Цина и обнаружил, что шесть или семь пар глаз удивленно уставились на них.
Цзю Цяньсуй приветливо помахал им:
— Всем привет.
Все остолбенели. Придя в себя, Цянь Цышу сказал Цзян Цinu:
— Братец Итянь, твой младший брат такой милый и красивый.
Цзян Цин не стал возражать:
— Я знаю.
Покончив с этим, Юй Вэй сменил тему:
— К слову, Цзышу, что там за история с той девушкой?
Когда зашла речь о самом главном, атмосфера за столом посерьезнела. Цянь Цышу положил веер на стол и слегка нахмурился:
— Я толком и сам не пойму. Мы случайно встретили ее на Мосту Шанхэ, и она сходу заявила, будто приходится тебе возлюбленной. Сначала мы, конечно, не поверили, но она описала твой характер с поразительной точностью, до мельчайших деталей, так что у нас просто не осталось поводов для сомнений.
Кто-то другой подхватил:
— Если бы мы не росли вместе с тобой и не знали, какой ты на самом деле, то и сами решили бы, что ты бессердечный негодяй, обидевший бедную девушку.
Юй Вэй тяжело вздохнул:
— Неужели она и вправду всё описала так точно?
Цянь Цышу подтвердил:
— Абсолютно точно. Пожалуй, даже если бы сказали, что вы вместе выросли с пеленок, и то не показалось бы преувеличением.
Юй Вэй покачал головой:
— Но у меня отродду не было никаких возлюбленных, и ее я в глаза не видел. Впрочем, раз уж она заявляет подобное, пусть будет так. Вам нужно лишь разыграть со мной этот спектакль.
Кто-то обеспокоенно уточнил:
— А-Вэй, а она точно тебя не узнает?
О том, что эта женщина, возможно, вовсе не человек, Юй Вэй никому не рассказывал — он лишь мягко сочинил историю о давней вражде их родителей, намекнув, что та особа могла явиться за местью.
Поэтому после вопроса друга Юй Вэй украдкой коснулся лежащего за пазухой камешка, подаренного Цзян Цином, и, заметив, что Цзян Цин с Цзю Цяньсуем смотрят на него, почувствовал себя еще спокойнее. Он тут же поспешил успокоить товарища:
— Не переживайте, она меня ни за что не узнает.
Юноши заметно расслабились.
Всё то доброжелательное участие, с каким они относились к Юй Вэю, вся их тревога и готовность защищать его — всё это отразилось в глазах Цзю Цяньсуя. Он искренне завидовал тому, что у Юй Вэя есть столько верных друзей. Впрочем, зависть завистью, а пусть его собственный круг знакомств и не шел ни в какое сравнение с окружением Юй Вэя, но пока рядом был Цзян Цин, ему хватало и этого.
Подумав об этом, Цзю Цяньсуй ухватился за полу чужой одежды.
Цзян Цин, как и говорил Сяньди, при всей своей холодности обладал удивительным свойством согревать других.
Словно прохладный, но мягкий лунный свет, несущий в себе тепло.
Сцену их взаимодействия как раз застал Цянь Цышу. Он с умилением наблюдал за ними, искренне восхищаясь столь глубокой братской любовью, как вдруг ощутил на себе чей-то тяжелый, леденящий взгляд. От неожиданности он тут же испуганно завертелся, пытаясь отыскать источник этого чувства!
http://bllate.org/book/27495/3340861
Готово:
