Спасатель отреагировал быстро, сообразив, что это шанс искупить вину. Он торопливо присел перед Мэн Ли и сказал:
— Господин Мэн, давайте я вас понесу, отдохнете немного.
Мэн Ли покачал головой и негромко произнес:
— Просто поддержи меня.
— Хорошо!
Когда спасатель и Мэн Ли удалились, Шэнь Хуэй равнодушно глянул на Лян Цзинфаня, перевел взгляд на Сяо Фэна, отрывисто бросил: «Я пойду провереню его», — и тоже ушел.
И лишь тогда свирепость в глазах Сяо Фэна полностью рассеялась.
— Кто толкнул?
— Я.
Пока парень с крашеными волосами дрожал от страха, Лян Цзинфань ответил с абсолютно невозмутимым видом.
Сяо Фэн смотрел на него безэмоционально. В его взгляде читалось такое равнодушие и мрачная злоба, каких Лян Цзинфань не видел уже очень давно.
Лян Цзинфань усмехнулся и насмешливо бросил:
— Я всего лишь преподал ему урок, с чего ты так всполошился?
Сяо Фэн был высок, обладал крупным, крепким телосложением, а резкие черты лица и многолетний опыт ведения дел в деловых кругах после совершеннолетия придали ему властную решительность и суровую холодность, от которых становилось не по себе и на которые не решались смотреть прямо.
Сяо Фэн стоял перед ним словно высокая стена, и падающая от него тень несла в себе тяжелое ощущение удушья.
— Я не говорил, что тебе позволено его трогать.
Сяо Фэн смотрел на Лян Цзинфаня сверху вниз, в его глазах не было ни единой эмоции, и именно это безмятежное, нетронутое рябью выражение заставляло волосы на теле вставать дыбом.
— Трогал я его или нет, а я уже прикоснулся.
У Лян Цзинфаня и без того было скверное настроение, а равнодушный взгляд Шэнь Хуэя только что задел его за живое, и теперь давящая холодность Сяо Фэна, похожая на допрос, породила в глубине души лихорадочную тревогу и импульс пуститься во все тяжкие.
Сяо Фэн сжал кулаки и, больше не колеблясь ни секунды, с глухим стуком врезал Лян Цзинфаню в щеку.
Лян Цзинфань не стал уворачиваться и принял удар в полную силу. Вытерев кровь в уголках рта и превозмогая боль в скуловой кости, от которой казалось, будто она треснула, он усмехнулся Сяо Фэну в лицо:
— Ты ведь и правда все еще любишь его.
Сяо Фэн больше не обращал на него внимания. Оглянувшись и заметив сжавшегося в комок паренька с крашеными волосами, который прятался за его спиной, он грубо выдернул того за шиворот.
— Сяо-гэ, я не специально...
Не успел тот договорить, как с громким всплеском Сяо Фэн со злости пихнул его прямо в воду.
— Пусть поплавает. Поплавает до конца вечера.
Стояла глубокая осень, воздух уже отдавал предзимним холодом, и бассейн для вечеринки планировался лишь как красивый антураж. Даже несмотря на систему подогрева, в здравом уме никто бы не стал переодеваться в купальный костюм и лезть в уличный бассейн посреди зимы в разгар чужого торжества.
Однако тон Сяо Фэна был ледяным и равнодушным, не оставляя никому ни малейшего шанса замолвить словечко. Сказав это, он развернулся и ушел, не оглядываясь и оставляя после себя полный беспорядок.
Сяо Фэн собирался навестить Мэн Ли, но стоило ему войти в холл, как он увидел Мэн Шианя, который бежал к нему, прижимая к груди длинный меч, и с преувеличенным испугом закричал:
— Папа! Ты что, купался? Почему ты весь мокрый?
Сяо Фэн замер, свирепость в его взгляде немного улетучилась. Он потрепал мальчика по голове и сказал:
— Да. Я пойду переоденусь, а ты сходи к своему папе.
Мэн Шиань сообразил мгновенно и сразу понял, что речь о Мэн Ли. Сяо Фэн впервые сам, по собственной воле предложил Мэн Шианю проведать Мэн Ли. Мальчик радостно кивнул и бросился бежать к комнате Мэн Ли.
На душе у Сяо Фэна было тревожно. Сама того не зная почему, с той самой минуты, как он вытащил Мэн Ли из воды, на сердце словно лежал тяжелый камень, не дающий вздохнуть полной грудью.
Почти в лихорадочной спешке переодевшись в первые попавшиеся вещи и кое-как просушив волосы полотенцем, он спустился вниз. Он собирался навестить Мэн Ли, но, дойдя до лестницы, увидел, что Мэн Ли уже ждет его в холле, словно поджидая именно его.
Мэн Ли был в чистой одежде, его волосы еще наполовину не высохли, а щеки и губы пугали своей белизной, на них не было ни капли крови.
В последнее время его лицо вообще выглядело нездоровым.
Сяо Фэн подумал: злиться на прошлые обиды — это одно, но сегодня он перенес столько потрясений, надо бы под каким-нибудь предлогом отвезти его в больницу на осмотр.
Спускаясь по ступеням, Сяо Фэн с хмурым видом окинул взглядом хрупкую фигуру Мэн Ли и только сейчас заметил, что с момента их встречи Мэн Ли словно становился все тоньше и тоньше. В юности у него был капризный желудок: стоило ему поесть чуть хуже обычного, как он тут же слегал с болезнью. Кто бы мог подумать, что спустя столько лет он научится переносить тяготы до такой степени, что будет впахивать на трех работах сразу, а в еде останется таким же разборчивым.
В прошлые разы Сяо Фэн сдерживался и не вызывал для него врача, велев лишь дворецкому дать ему лекарства. И ведь он вроде бы не морил его голодом, но Мэн Ли так и не набрал ни грамма веса.
Когда он поднимал его на руки пару минут назад, тот казался невесомым, легким как пушинка.
Сейчас в холле толпилось немало людей, повсюду сновали гости. Заметив, что он спустился, они тут же обступили его.
Сяо Фэн раздраженно поморщился и жестом велел Мэн Ли пройти с ним в гостевую комнату на первом этаже.
Оказавшись в гостевой, они наконец-то уединились в тишине, но внутреннее беспокойство Сяо Фэна от этого ничуть не улеглось.
— Скоро я отправлю тебя в больницу на осмотр, велю кому-нибудь отвезти, — бросил Сяо Фэн, стоя к Мэн Ли вполоборота.
Мэн Ли поджал губы и ответил:
— Не нужно.
Сяо Фэн нахмурился и глухо произнес:
— Это они потеряли всякие берега, все расходы я беру на себя.
Затем, словно боясь, что тот поймет его неправильно, он добавил:
— Если с тобой что-то случится, ничего хорошего из этого не выйдет ни для семьи Сяо, ни для Сяо Ши.
Мэн Ли чуть скривил уголки губ и негромко произнес:
— Господин Сяо, я пришел уволиться.
Голос Мэн Ли звучал глухо и хрипло, вид был совершенно спокойным, и в его словах не было ни намека на шутку.
Сяо Фэн приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но слова застряли в горле горьким комом, который ему пришлось сглотнуть.
Звукоизоляция в гостевой была настолько безупречной, что Сяо Фэн отчетливо слышал собственное участившееся дыхание. Впрочем, ступор длился всего секунду-другую, после чего он снова принял холодный и собранный вид:
— Мэн Шиань за тобой не пойдет.
Мэн Ли на удивление спокойно отреагировал на мысль о разлуке с Мэн Шианем и ровным голосом произнес:
— Ну и ладно, ему все равно придется уйти от меня.
Сяо Фэн замер, а затем помимо воли произнес:
— Он решит, что это я тебя прогнал.
Мэн Ли, казалось, понимал все его опасения, и ответил непринужденно:
— Я уже сказал ему, что ухожу, и поговорил с господином Шэнем. Он еще мал, а с тобой и господином Шэнем рядом он в один прекрасный день перестанет меня помнить.
С тех пор как они с Мэн Шианем оказались в доме семьи Сяо, они виделись все реже и реже. Казалось, Сяо Фэн давным-давно подготовил для отца и сына сеансы десенсибилизации: шаг за шагом, постепенно Мэн Шиань привык к тому, что отец уезжает надолго, и теперь мог спокойно попрощаться с Мэн Ли.
Поэтому Мэн Ли думал, что ему и вправду следовало уйти раньше; уйди он раньше, возможно, мальчик забыл бы его еще быстрее.
Вот только отпустить до конца не получалось, сердце все равно болело.
Но теперь даже если бы он не хотел уходить, ему все равно пришлось бы.
На этот раз Сяо Фэн молчал добрую половину минуты, прежде чем поднять на него взгляд. В глубине его глаз таилось нечто такое, чего Мэн Ли не мог разгадать. Наконец он заговорил, чеканя каждое слово, и в его тоне слышалось едва ли не раздражение:
— Собери свои вещи и катись.
Мэн Ли опустил глаза и тихо вымолвил: «Хорошо». Но когда он развернулся, чтобы уйти, то снова услышал голос Сяо Фэна:
— Раз уж уходишь, даже не смей больше думать о встрече с ним.
Его шаги лишь на миг замерли, после чего он ушел, больше не останавливаясь ни на секунду.
Мэн Ли ушел через черный ход, прихватив с собой единственный полотняный чемодан на двадцать четыре дюйма, с которым когда-то сюда приехал. В разгар шумного и пышного празднования помолвки он одиноко шагал прочь через служебный выход.
Его никто не провожал, и, пожалуй, кроме пары посвященных, никто даже не догадывался об его уходе.
Мэн Ли, разумеется, не знал, что по ту сторону панорамного стекла, скрытого от его глаз, Сяо Фэн стоял и неподвижно смотрел на то, как его фигура удаляется и уменьшается, пока окончательно не растворилась в густой непроглядной тьме.
Глава 7
Территория Юньван была огромна, к тому же располагалась глубоко в горах. Выбравшись из воды и едва придя в себя, Мэн Ли вряд ли смог бы в одиночку покинуть пределы Юньвана, исход выдался бы более чем сомнительным.
Если с Мэн Ли что-то случится, Мэн Шиань снова наверняка возложит вину на него.
Успокаивая себя этими мыслями, Сяо Фэн вскоре после ухода Мэн Ли отправил за ним водителя, приказав отвести его туда, куда тот пожелает, и заставить сесть в машину, хочет он того или нет.
На душе у Сяо Фэна по-прежнему скребли кошки, оставалось жуткое ощущение пустоты — словно чего-то не хватало, хотя причину он назвать не мог.
Сделав вид, что ничего не произошло, он спустился вниз и, заприметив дворецкого, вспомнил про Мэн Шианя, поинтересовавшись, где тот находится.
Интересно, что именно Мэн Ли сказал ему по поводу своего ухода?
Выпалил все напрямую?
Или же, перед тем как расстаться с ним много лет назад, перед самым банкротством семьи, засыпал его самыми ядовитыми, жестокими словами?
Спустя мгновение дворецкий привел Мэн Шианя к Сяо Фэну.
Все оказалось совсем не так, как представлял себе Сяо Фэн.
Мэн Шиань не плакал и не выглядел особо огорченным. Когда Сяо Фэн увидел мальчика, тот даже вертел в руках пульт от радиоуправляемого самолета и увлеченно играл.
Сяо Фэн нахмурился и спросил:
— Где твой папа?
При упоминании Мэн Ли Мэн Шиань надул губки и недовольно, с силой надавил на кнопки пульта.
— Папа опять злится из-за этого маленького глухого! Он заставлял меня извиниться перед ним, говорил, что если я не извинюсь, он больше никогда со мной не станет играть! Но я ведь хорошо относился к этому глухому! Я не давал другим обижать его, дарил маленькие игрушки и даже приводил к нам домой поиграть. А перестал звать, потому что остальные мои друзья его недолюбливают, я просто боялся, что они станут над ним издеваться, поэтому и не брал с нами играть. К тому же я послушался папу и попросил дядю-водителя отвезти его домой, но папа все равно разозлился и заявил, что больше не хочет со мной водиться! Ну и ладно, тогда я тоже не хочу с папой водиться!
Сяо Фэн почувствовал, как в груди застрял ком. Желая проявить отцовскую строгость, он мрачно произнес:
— Мэн Шиань, ты мои слова тоже мимо ушей пропускаешь? Что ты мне обещал, когда я велел тебе пойти и извиниться?
Мэн Шиань опешил. Он никак не ожидал, что теперь и Сяо Ши встанет на сторону Мэн Ли. Мальчику стало одновременно обидно и страшно, и он забормотал себе под нос:
— Но я же извинился перед ним...
Сяо Фэн провел с Мэн Шианем уже достаточно времени и прекрасно знал о его вредном характере. Он потер переносицу, чувствуя, как начинает болеть голова, и в то же время не мог представить, как Мэн Ли в одиночку вырастил его до такого возраста.
И без того растрепанные нервы Сяо Фэна окончательно сдали, и он резко приказал:
— Мэн Шиань, марш в свою комнату.
Уставившись на пульт от самолета в руках, Мэн Шиань с беспокойством покосился на двор и нерешительно протянул:
— Папа, мои друзья ведь все еще ждут меня...
http://bllate.org/book/27479/3339064
Готово:
