Растерянный учитель литературы начал урок с совершенно ошарашенным видом.
Только Линь Мао, притворяющийся спящим под капюшоном, знал правду: его уши уже пылали от жара.
«Чёрт, что за чушь творится? — думал он про себя. — Так быть не должно, Линь Мао!»
*
В учительской Ли Хайчжи только что отчитала нескольких шалопаев и теперь, глядя на табель успеваемости Шэнь Иньъяо, задумчиво нахмурилась.
— Ли Лаоши, что с вами? — спросила коллега из математического отделения, с которой Ли Хайчжи была в хороших отношениях. — С самого утра вздыхаете, будто мир рушится?
Ли Хайчжи тяжело выдохнула:
— Отчего нынешние дети так упрямы? Один за другим липнут к тем, кто учиться не хочет. Что в них такого привлекательного? Неужели в таком возрасте уже только внешность и важна? Вот эта новенькая, Шэнь Иньъяо — даже не дождалась, пока я её посажу, сама уселась рядом с Линь Мао. Разве это стремление к учёбе?
На лице Ли Хайчжи читалось явное недовольство — ей не хватало лишь прямо сказать: «Она явно пришла сюда ради ухаживаний».
Её коллега рассмеялась:
— Да вы зря её осуждаете, Ли Лаоши. Новенькая — не простая школьница. Говорят, директор сообщил, что её специально привезли из столицы по заказу отца Линь Мао, чтобы она занималась с ним дополнительно. Куда ей ещё садиться, как не рядом с ним?
Ли Хайчжи удивилась:
— Правда?
— А как же иначе? Иначе разве такая отличница попала бы именно в ваш класс? Даже завуч первого класса не возражает. Деньги правят миром, знаете ли.
Линь Яофэн был одним из самых богатых людей в Юйсяне. Он щедро спонсировал стипендии в частной школе, и именно поэтому Линь Мао мог позволить себе почти всё, не опасаясь последствий.
Ли Хайчжи, конечно, знала, что семья Линь богата, но не ожидала, что Линь Яофэн пойдёт так далеко — нанять талантливую ученицу из столицы в качестве репетитора для сына. Она лишь покачала головой, вздохнув: «Вот уж правда — деньги решают всё», — и вернулась к подготовке урока.
*
Четыре урока прошли без единого слова между Линь Мао и Шэнь Иньъяо. Линь Мао всё утро спал — сначала притворялся, а потом и впрямь провалился в сон.
Когда Вэй Чжун толкнул его, чтобы разбудить, в классе почти никого не осталось — все уже пошли обедать.
Парень, ещё сонный, оглянулся и увидел, что на соседней парте аккуратно лежат четыре тетради и ручка. Самой девушки рядом не было.
Линь Мао потёр плечо, снял капюшон и направился к выходу.
Вэй Чжун тут же заторопился за ним:
— Мао-гэ, Шао Цзяюнь сегодня угощает! Пойдём в новое место, отведаем чего-нибудь вкусненького, а потом заскочим в интернет-кафе?
Линь Мао засунул руки в карманы:
— Куда именно?
— Новое кафе у ворот школы. Открытие, скидка двадцать процентов сегодня. Погнали?
Линь Мао не ответил, но всё же спустился по лестнице к школьным воротам.
Тем временем Шэнь Иньъяо стояла в школьной столовой, с трудом сдерживая приступ тошноты. На лбу выступила испарина. Наконец, немного придя в себя, она нашла очередь в тихом углу. Но когда подошла к раздаче, ей вежливо объяснили: в частной школе столовая работает только по карте, наличные не принимаются.
Шэнь Иньъяо смущённо убрала деньги и, кивнув, собралась уйти.
— Шэнь Иньъяо, — раздался за её спиной робкий голос.
Девушка обернулась и встретилась взглядом с высоким, очень бледным юношей в чёрных очках.
Увидев, что она смотрит на него, парень покраснел, опустил глаза и заикаясь произнёс:
— Шэ-Шэнь Иньъяо… мою… мою карту… можешь… можешь взять.
Собрав всю свою храбрость, он протянул ей карточку.
«Иногда нужно принимать чужую доброту», — подумала она.
Шэнь Иньъяо долго смотрела на карту, а потом уголки её губ тронула вежливая, тёплая улыбка:
— Спасибо.
Она набрала себе еду, подождала, пока юноша тоже пообедает, подошла к нему и вернула деньги через «Алипэй». После этого ушла в укромный уголок, чтобы спокойно поесть.
За стеклом столовой Линь Мао всё это время наблюдал за происходящим.
Вэй Чжун, стоявший рядом, недоумевал:
— Мао-гэ, ты чего смотришь?
Он уже собрался спросить, но Линь Мао опустил глаза:
— Пойдём.
Вэй Чжун промолчал. Весь обед Линь Мао провёл в молчании, почти ничего не ел.
Во второй половине дня Линь Мао не появился в школе — вместе с ним исчез и Вэй Чжун. Без «босса» одноклассники тут же начали знакомиться с новенькой.
Шэнь Иньъяо отвечала холодно: кивала или, в крайнем случае, произносила пару слов.
Мальчишки, увидев красивую новую одноклассницу, сначала обрадовались и окружили её, надеясь вызвать хоть немного живого общения. Однако быстро поняли: девушка — ледяная глыба. Как ни спрашивали, ответов почти не добиться. Парни разочарованно отстали, а девушки решили, что она просто напускает на себя важность.
Шэнь Иньъяо делала вид, что не замечает перешёптываний, и упорно читала свою книгу.
Перед окончанием занятий Ли Хайчжи вошла в класс, сделала замечание нескольким ученикам и передала школьное объявление:
— С завтрашнего дня все обязаны носить форму! Не хочу, чтобы из-за вас сняли баллы с класса. Если поймаю кого-то без формы — домой! Завтра утром раздадим учебники. Сейчас назову несколько мальчиков — вы приходите на пятнадцать минут раньше. Остальные — следите за внешним видом: чёлка не должна закрывать глаза. С завтрашнего дня староста составит график дежурств. Время дежурства остаётся прежним. Ещё я сейчас назову нескольких человек…
Раздав последние указания, Ли Хайчжи отдельно вызвала Шэнь Иньъяо и вручила ей комплект формы, после чего ушла.
Шэнь Иньъяо аккуратно сложила форму в рюкзак и вышла через заднюю дверь.
— Шэнь Иньъяо!
Девушка остановилась.
Это был Вэнь Шэн — тот самый юноша, который одолжил ей карту. Он был очень миловиден и улыбался мягко:
— Как тебе первый день? Устроилась?
Шэнь Иньъяо на мгновение опустила глаза, скорректировала выражение лица и подняла взгляд:
— Нормально.
Вэнь Шэн не обиделся на её скупость:
— Хорошо. Если что-то понадобится — обращайся. Я староста по учёбе, лучше всех разбираюсь в математике.
Шэнь Иньъяо слегка приподняла бровь, кивнула:
— Хорошо. До свидания.
Это можно было считать согласием.
Лицо Вэнь Шэна вспыхнуло. Он, наверное, первый, кому новенькая сказала «до свидания»!
Сердце его сладко забилось. Увидев, что девушка уходит, он поспешил добавить:
— До завтра!
Шэнь Иньъяо не ответила. Она пошла по тому же пути, по которому пришла утром, и вдруг, проходя мимо одного переулка, остановилась. Прислушалась. Глаза её засияли.
Запах красных бобов!
Сегодня она заслужила маленькое лакомство.
Шэнь Иньъяо пошла по запаху, свернула три-четыре раза и, наконец, нашла лавку с пирожками из красной фасоли.
Продавала их добрая пожилая женщина. Увидев, какая милая девочка перед ней, она положила немного больше, чем обычно. Шэнь Иньъяо ничего не сказала, но её лицо озарила тёплая, детская улыбка.
Аккуратно завязав пакет, чтобы пирожки не остыли, она двинулась обратно.
Но тут возникла проблема.
Она заблудилась.
Жилой район был настоящим лабиринтом из узких улочек и дворов. Шэнь Иньъяо свернула несколько раз и теперь с растерянным видом смотрела на знакомые дома.
Кажется, она уже проходила здесь?
Или нет?
Руки и ноги стали ледяными. Девушка крепко прикусила губу, прогоняя страх, и попыталась вспомнить ориентиры.
Внезапно в ушах зазвенело — металлический лязг, грохот и хор грубых голосов, выкрикивающих ругательства.
Среди этого хаоса она чётко узнала голос Линь Мао.
Брови её нахмурились, лицо побледнело. Она двинулась на звук и через несколько шагов увидела драку: две группы подростков бились в узком переулке. В центре стоял Линь Мао.
Юноша в капюшоне молча, с плотно сжатыми губами наносил удар за ударом. Его кулаки были в крови. Он бил без особой техники, но с такой яростью, что противники корчились на земле, стонали и хрипели.
Шэнь Иньъяо взглянула на их форму — на спине чётко выделялось «Тринадцатая школа».
Драка закончилась быстро. Все из Тринадцатой школы лежали на земле. Линь Мао схватил за воротник одного парня с ярко окрашенными волосами и мрачно спросил:
— Сдаёшься?
Тот упрямо молчал.
Линь Мао врезал ещё раз.
Парень плюнул кровью:
— Линь Мао, чёрт тебя дери! Ты же ушёл оттуда — чего лезешь не в своё дело?!
— Заткнись, — вмешался Вэй Чжун, вытирая кровь с носа. — Е Нань, ты совсем охренел? Грабить учеников частной школы? Да ты хоть понимаешь, за кем здесь всё стоит?!
— Да пошёл ты! — плюнул Е Нань. — Болтай сколько влезет. Убей меня сегодня — если осмелишься!
Линь Мао уже занёс кулак для нового удара, но вдруг заметил что-то белое в углу переулка.
Подняв голову, он увидел Шэнь Иньъяо. Та стояла, пристально глядя на него сквозь стёкла очков. Выражение её лица было нечитаемым, но, казалось, она недовольна.
Автор примечает:
Линь Мао: «Что делать?! Моя невеста видела, как я дерусь! Теперь точно злится!»
Шэнь Иньъяо: «…Да нет же.»
Я: «Поверь мне, она просто посмотрела. Не драматизируй. Будь хорошим мальчиком.»
——————————
Завтра, наверное, будет записка?
Глава шестая (с исправлениями)
Среди извилистых переулков, словно в лабиринте, юноша с кулаками в крови смотрел на девушку, случайно забредшую сюда.
Лёгкий ветерок тронул пряди волос Шэнь Иньъяо.
Первым опомнился Вэй Чжун:
— Ого! Новенькая, ты как здесь оказалась? Ты что, живёшь рядом?
— Новенькая? — прищурился Шао Цзяюнь и внимательно оглядел девушку, заметив лишь её необычайно бледную кожу.
— Неплохо выглядит, — оценил он.
— Ещё бы! — гордо ухмыльнулся Вэй Чжун. — Это же соседка Мао-гэ по парте.
Увидев, что Линь Мао всё ещё держит Е Наня за шиворот, Вэй Чжун испугался, что новенькая испугается, и поспешил вмешаться:
— Мао-гэ, хватит! С этим уродом разберёшься и потом. Не пугай новую одноклассницу!
Линь Мао перевёл взгляд с Шэнь Иньъяо на Е Наня.
С отвращением он отпустил того:
— Вали отсюда.
Ученики Тринадцатой школы быстро поднялись и бросились прочь. Е Нань тоже, шатаясь, отступил, но перед уходом ещё раз обернулся и посмотрел на Шэнь Иньъяо.
— Чего уставился? — рявкнул Вэй Чжун. — Хочешь, чтобы я вырвал тебе глаза?
Е Нань испуганно отпрянул и исчез.
Когда все ушли, Шэнь Иньъяо заметила, что у Линь Мао всего четверо: он сам, Вэй Чжун и ещё двое незнакомцев.
Четверо против целой толпы — и победили! Девушка мысленно оценила их боевые навыки и почувствовала, как по спине пробежал холодный пот.
Если бы утром он решил напасть на неё, она бы даже не успела защититься. Один удар — и она снова лежала бы в больнице неделю или две.
Пока она думала об этом, юноша уже стоял перед ней.
— Ты как здесь оказалась?
Он был высокий, смотрел сверху вниз, загораживая свет. В голосе слышалась лёгкая раздражённость.
Шэнь Иньъяо инстинктивно прижала к себе пакет. Пирожки ещё были горячие.
— Заблудилась, — тихо ответила она, сделав маленький шаг назад.
Заблудилась?
Линь Мао взглянул на пакет в её руках. Этот аромат он знал — пирожки бабушки Су.
Их нелегко найти. Новенькая оказалась не такой уж беспомощной.
Вспомнив, как утром она путала лево и право, Линь Мао понял: у неё плохое чувство направления. А этот район — настоящий лабиринт. Неудивительно, что она не может выбраться.
Она живёт у него дома, а он бросил её одну? Цзай Ийсинь точно сдерёт с него шкуру.
Линь Мао посмотрел на неё, как на неприятность, и равнодушно бросил:
— В следующий раз не приходи сюда.
Шэнь Иньъяо помедлила, потом нерешительно произнесла:
— Линь Мао…
— А?
Он чуть приподнял брови. Впервые она назвала его по имени.
Девушка указала на его лицо:
— У тебя кожа содрана.
Линь Мао: «…»
Он думал, она скажет что-то важное. Ну, подрался — кожа содралась, что в этом такого?
Он пожал плечами:
— Обычная драка. Царапины — дело житейское. Не переживай.
«Ну конечно, — подумал он с лёгкой усмешкой. — Теперь она ведёт себя как влюблённая. Даже беспокоится».
Шэнь Иньъяо: «…»
http://bllate.org/book/2746/299958
Готово:
