Сегодняшний лунный свет кажется особенно чарующим. На Горе Тушань бушует зелень, повсюду расцветают цветы, и несметные стаи светлячков резвятся в гуще лесов. Огромные белые камни, вросшие в отвесные скалы, безмолвно взирают на шумный мир людей внизу.
В лесу раскинулись десятки хижин, укрытых увитыми цветами изгородями, которые отделяют это место от остального света — здесь обитает большая часть клана лис с Горы Тушань.
Вернувшись из Царства Жизни и Смерти, Сяо Вань сразу же передала Жемчужину Дракона Призрачному лекарю. Тот покрутил артефакт в руках, взглянул на Хэлянь Чжэна, который уже много дней лежал без сознания, а затем перевел многозначительный взгляд на Сяо Вань.
— Невероятно, — проговорил он с ноткой недоумения. — Ты действительно смогла вернуться из Царства Жизни и Смерти живой.
Сяо Вань промолчала, лишь молча стоя в стороне.
Призрачный лекарь не знал, что у нее на уме, да это было и неважно. Его связывала с Хэлянь Чжэном некоторая дружба, но не настолько крепкая, чтобы жертвовать ради него собственной жизнью. Теперь, когда Сяо Вань добыла Жемчужину Дракона, он, разумеется, спасет Хэлянь Чжэна.
Однако в глубине души Призрачный лекарь не мог не испытывать любопытства: сколько одаренных талантов сложили свои головы в Царстве Жизни и Смерти? Как же Сяо Вань удалось выйти оттуда невредимой?
Впрочем, Гора Тушань стоит в Мире бессмертных уже тысячи лет, и нет ничего удивительного в том, что у клана лис имеются свои тайные способы, недоступные обычным людям. Отбросив лишние мысли, Призрачный лекарь сосредоточился на лечении Хэлянь Чжэна. Сяо Вань помогала ему, поддерживая барьер, и трое суток напролет не смыкала глаз. В конечном счете ее духовные силы оказались почти исчерпаны, лицо стало бледным как полотно, и она едва держалась на ногах.
К счастью, жизнь Хэлянь Чжэна удалось спасти.
Жемчужина Дракона восстановила его разрушенный Даньтянь, но сейчас тело все еще было слишком слабым, чтобы он мог сразу прийти в себя — требовалось длительное лечение редкими духовными травами и цветами.
На Горе Тушань подобных запасов хватало, к тому же друзья Хэлянь Чжэна, узнав о его тяжелом ранении, прислали множество ценных лекарственных ингредиентов.
Призрачный лекарь собирался оставить рецепты и откланяться, но в день отъезда застал Сяо Вань за приготовлением отвара в аптекарской хижине. Он тут же пришел в ярость и полчаса кряду метал громы и молнии прямо на пороге.
Сяо Вань, будучи главой клана на Горе Тушань, занимала высокое положение и никогда не занималась подобными делами. То, что она вызвалась сама готовить лекарство, было уже поступком из ряда вон выходящим. Однако Призрачному лекарю было плевать на чины — он не был одним из тех маленьких лисят, что бегают за Сяо Вань, заглядывая ей в рот. Он ни капли не выказал ей почтения: когда после долгого пребывания в дыму и копоти она наконец сварила отвар, лекарь лишь понюхал его и тут же выплеснул на землю.
У Призрачного лекаря был скверный характер, он был задирист и остер на язык. Но в этом мире никто не желает наживать врага в лице искусного врача. Даже если он поливал человека грязью, тому оставалось лишь успокаивать самого себя: потерпи, не унизительно побыть в роли покорного внука перед целителем.
Как видно, в нынешние времена владение мастерством высшего уровня значит очень многое.
С тех пор как Сяо Вань стала главой Горы Тушань, никто не смел разговаривать с ней в подобном тоне. Но перед Призрачным лекарем ей приходилось подавлять гнев. Когда тот закончил ругаться, она с холодным лицом позвала расторопного лисенка, чтобы тот убрал остатки испорченного отвара, и принялась варить новый.
Лисенок был совсем юным, с посредственным талантом и еще не успел обрести человеческий облик. Он сидел у печи, сжимая в лапках огромное веерное опахало, и вскоре пушок на его груди посерел от сажи.
Проходя мимо окна аптекарской, Призрачный лекарь увидел эту сцену и издал насмешливый смешок.
Сяо Вань глубоко вздохнула и уже хотела что-то сказать, как вдруг снаружи примчался треххвостый рыжий лис. Встав на пороге в позе поклоняющейся луне лисицы, он сообщил Сяо Вань, что Хэлянь Чжэн пришел в себя.
Сяо Вань уже было направилась к выходу, но внезапно остановилась. Она сказала треххвостому лису:
— Я поняла. Иди и скажи ему, что я скоро буду.
Лис убежал, а Сяо Вань вернулась к печи. Мягкий закатный свет пробивался сквозь резные оконные рамы, золотистые пылинки медленно кружились в лучах, и ее тень ложилась на белую занавеску позади.
Сяо Вань засучила рукава и приложила запястье к раскаленной печи. Нежная кожа моментально покраснела от ожога, но она даже не дрогнула.
Готовивший лекарство лисенок раскрыл рот и принялся бешено махать пушистым хвостом. Это был наивный, ничего не видавший в жизни лисенок, который не мог постичь того, что творилось в сердце главы клана.
Наступили сумерки, сгустились вечерние тени. Хэлянь Чжэн слегка приоткрыл глаза, наблюдая, как алый закат постепенно угасает, и комната погружается во тьму.
— Ты наконец очнулся.
Сяо Вань в простом одеянии толкнула дверь, вошла внутрь и подошла к постели, склонившись над Хэлянь Чжэном.
Некоторое время они молчали. Наконец Сяо Вань протянула руку и коснулась его лба.
Хэлянь Чжэн только пришел в себя, его сознание было затуманено, он плохо понимал, что произошло за это время. Он просто смотрел на Сяо Вань, не проронив ни слова, и выглядел при этом немного глуповато — точно медведь, объевшийся дурман-травы. Возможно, это была та самая слепота влюбленного, но Сяо Вань показалось, что в таком виде Хэлянь Чжэн по-своему мил.
Она редко видела его таким.
Когда Сяо Вань убрала руку, Хэлянь Чжэн тихо проговорил:
— Прости, кажется, я доставил тебе немало хлопот.
Сяо Вань покачала головой, ответив, что все в порядке. Однако треххвостый лис, стоявший позади, возмущенно воскликнул:
— Да наш глава ради вас, господин Хэлянь, отправилась в само Царство Жизни и Смерти, она чуть не…
Не дав ему закончить, Сяо Вань обернулась и ледяным тоном оборвала его:
— Сяо У, закрой рот.
Лицо Сяо Вань помрачнело, взгляд стал острым как клинок. Треххвостый лис почувствовал, как по спине пробежал холодок, и поспешил замолчать, после чего услышал приказ:
— Уходи.
Больше не смея перечить, он послушно покинул комнату.
Теперь в помещении остались только Сяо Вань и Хэлянь Чжэн. Он безмолвно смотрел на нее, и в его глазах, казалось, читались тысячи невысказанных слов. После того, что сболтнул лис, если бы он не догадался о происходящем, то ему стоило бы просто найти дерево и удариться об него головой.
Он знал, что Сяо Вань приложила немало усилий, чтобы спасти его от этой напасти, но никак не ожидал, что она решится ради него войти в Царство Жизни и Смерти.
Разве могло место вроде Царства Жизни и Смерти покориться уровню культивации Сяо Вань? Даже самые великие мастера нынешней эпохи, попав туда, не смогли бы выйти невредимыми.
— Ты… — начал Хэлянь Чжэн, но не зная, как подобрать слова, спустя долгое время лишь тихо спросил: — То, что он сказал… это правда?
http://bllate.org/book/27350/3319913
Готово:
