Она накрутила прядь волос на палец и медленно произнесла: — Скучно.
Привыкший к эксцентричности матери, Лу Цзэ лишь промолчал. Он самостоятельно закончил: — Дед меня ждёт, я пойду.
— Постой, Лу Цзэ. — Лин Юэси окликнула его, мгновенно став серьёзной, словно речь зашла о чём-то крайне важном: — Я видела того, с кем тебе предстоит заключить брачный союз. Шэнь Унь, верно?
Лу Цзэ остановился и обернулся. В его жизни, несмотря на невероятную занятость матери, она никогда не пропускала по-настоящему важных событий.
— Что ты о нём думаешь?
Лин Юэси изогнула губы в улыбке: — Моё мнение не должно влиять на твой выбор, но, по правде говоря, он весьма приятен.
Лу Цзэ коротко кивнул, глядя на неё, и дал сдержанную оценку: — Дед повидал на своём веку немало людей, он не ошибся бы.
— Ты должен всё хорошо обдумать. Тебе с Шэнь Унем жить всю жизнь. Семья Шэнь не чета другим знатным родам, здесь нельзя относиться спустя рукава, и пути назад не будет. — Лу Цзэ с детства был молчалив и не по годам рассудителен. Лин Юэси не боялась, что он не справится, но её тревожило, что он слишком рационален: на вершине холодно, и без поддержки и понимания близкого человека можно остаться совсем одному.
Лу Цзэ долго молчал. Бесцельные размышления — лишь пустая трата времени. Выбрать из нескольких вариантов всегда проще, чем заполнять пропуски, и если уж необходимо на ком-то остановиться, то Шэнь Унь — лучший кандидат.
Он поднял взгляд и произнёс: — Мы уже виделись, я планирую основательно поговорить с ним во время ужина.
Лин Юэси не стала больше его отговаривать, понимая, что это решение — результат его глубоких раздумий: — Ну что ж, хорошо. А как вы вообще столкнулись?
Лу Цзэ взялся за дверную ручку, остановился и, слегка повернув голову, бросил через плечо: — Цветы прислал он.
В комнате осталась лишь Лин Юэси. Она отвела взгляд и с напускным высокомерием пробормотала себе под нос: — Подумаешь, нашёлся тут хвастун.
***
До начала банкета было проведено немало мероприятий, и всё это время Шэнь Унь сопровождал мать, наблюдая за происходящим до самого конца.
Выступления были захватывающими, и Шэнь Унь получил истинное удовольствие. Изначально он не питал интереса к подобным вещам, но стоило признать: гостеприимство семьи Лу было на высоте.
По мере того как гости расходились, в зале воцарилась тишина.
— Ну вот, мне пора найти твоего отца. Хочешь составить мне компанию? — спросила Су Нинъи, обращаясь к сыну.
Шэнь Унь на мгновение замешкался. Он не знал, как сейчас обстоят дела у Лу Цзэ. Если тот уже ждёт в Павильоне Ягэ, заставлять его ждать было неудобно, но если встреча ещё не закончилась, прийти туда одному тоже выглядело бы невежливо.
— Я…
— Госпожа Шэнь, господин Шэнь. — К ним подошёл мужчина в чёрном костюме с безупречно вежливой улыбкой: — Я дворецкий генерал-полковника, Янь Чжи. Генерал-полковник поручил мне проводить вас.
Шэнь Унь запомнил это имя — Лу Цзэ упоминал его в саду, оказывается, это и был дворецкий.
Он перевёл взгляд на мать.
Су Нинъи мягко произнесла: — В таком случае, иди с управляющим Янем. — Затем она добавила, обращаясь к Янь Чжи: — Беспокою вас, управляющий Янь.
— Никаких беспокойств, это мой долг.
Павильон Ягэ располагался в западной части главной усадьбы. По пути им встречались причудливые нагромождения камней, изумрудные заросли бамбука и журчащие ручьи.
Павильон был одноэтажным, выполненным из тёмно-красного резного дерева — изящный и роскошный. Деревянный пол, покрытый узорами, был безупречно чист. Со всех сторон павильон был открыт, и лёгкие шторы развевались на ветру, а лучи заходящего солнца проникали внутрь, окрашивая всё в оранжево-красные тона.
В тени деревьев у окна сидел Лу Цзэ, разливая чай по чашкам.
Услышав шаги, он поднял взгляд и жестом пригласил: — Садись.
Шэнь Унь подошёл, присел и, взяв чашку, посмотрел вдаль, слегка улыбнувшись: — Прекрасное место.
В такой обстановке вести переговоры было куда легче, без лишнего напряжения и скованности.
Лу Янь очень переживал за Лу Цзэ, боясь, что тот из-за своего неумения вести светские беседы всё испортит, поэтому ужин был специально организован в Павильоне Ягэ.
Как оказалось, приготовления деда были не напрасны — Шэнь Унь выглядел вполне довольным.
Служанки одна за другой вносили блюда.
Шэнь Унь до этого съел немало десертов, поэтому был не особо голоден и ел мало. Лу Цзэ же, напротив, был, вероятно, утомлён прошедшим днём: хотя ел он с присущей ему грацией, делал это довольно быстро.
Шэнь Унь несколько раз поймал себя на том, что пристально разглядывает собеседника, и его мысли унеслись вдаль.
Глава вторая, раздел второй из книги «Культура и искусство омеги».
Достойная омега должна уметь готовить, мастерски владея любыми способами обработки продуктов, ведь путь к сердцу альфы лежит через его желудок.
Этот метод должен сработать с Лу Цзэ. Надо будет как-нибудь поэкспериментировать и проверить, правдива ли книга.
Похоже, его взгляд был слишком заметным. Лу Цзэ на мгновение замер и спросил: — Не по вкусу?
Шэнь Унь подумал, что наконец-то удалось завязать разговор. Он взял салфетку, слегка промокнул губы и пояснил: — Мне очень понравились десерты на банкете, просто не смог удержаться. — Через несколько секунд он смущённо улыбнулся: — Это одна из моих слабостей.
Лу Цзэ кивнул, хотя по его глазам невозможно было понять, что он чувствует.
После такого не слишком натянутого начала атмосфера стала куда более дружелюбной.
Пусть Лу Цзэ был немногословен, но, будь то из уважения или искреннего интереса, он неизменно откликался на слова Шэнь Уня.
Шэнь Унь рассказывал интересные случаи из студенческой жизни, незначительные, но занятные происшествия из повседневности, а также делился своими успехами и неудачами.
Он говорил плавно, неторопливо, и слушать его было сплошным удовольствием.
Лишь малую часть времени говорил Лу Цзэ. В его жизни, кроме военной службы, мало что происходило, и редко кто из омег проявлял интерес к оружию и битвам. Однако Шэнь Унь слушал внимательно и время от времени высказывал своё мнение.
Шэнь Унь мягким голосом спросил: — А сколько противников ты можешь одолеть в одиночку?
— Не считал. Когда обучал новобранцев, мог противостоять целому отряду. — Лу Цзэ ответил равнодушно, словно для него это и вовсе не было задачей. Величие сильной личности проступало в каждом его слове.
Шэнь Унь, держа в руках горячий чай, утвердительно кивнул: — Очень впечатляет.
В детстве он часто бегал на тренировочную площадку. Старший брат и отец упражнялись на помосте, а он стоял внизу, хлопал и болел за них. Если времени было достаточно, они звали братьев, уходивших на поле боя, для совместных тренировок, и тот, кто побеждал, получал в награду сладости, приготовленные старшей сестрой.
http://bllate.org/book/27347/3319290
Готово:
