— Отец, это тоже твое решение?
Юй Циюнь перевел взгляд на главу семьи — человека, который, хоть прежде и не был особенно добр к нему, все же выполнил свой долг по его воспитанию.
Юй Сянмин улыбнулся старшему сыну так же ласково, как и прежде, и произнес:
— Сяо Юнь, ты теперь не только вырос, но и обзавелся семьей, пора тебе попытаться жить самостоятельно, не полагаясь на семью Юй.
Сидевший рядом Цинь Хуай услышал эти слова и невольно приподнял брови.
Этот господин Юй, похоже, еще не знал, что его так называемая дочь уже разоблачилась перед ним, раз у него хватает совести нести подобную чушь.
Однако сама Юй Циюнь, казалось, уже привыкла к такому обращению, и лишь ее взгляд чуть заметно потускнел.
Цинь Хуай издал короткий звук, собираясь высказаться, но Юй Циюнь опередила его, открыв рот.
Взяв со стола ручку, она расписалась на документе, а затем, поднявшись и глядя на сидящую напротив семью, произнесла:
— С этого момента зовите меня Цзян Хань.
Сказав это, она повернулась и направилась к выходу, а Цинь Хуай тут же последовал за ней.
Он-то рассчитывал посмотреть хорошее представление: в таких богатых кланах, когда дело доходит до раздела имущества, родственники грызут друг другу глотки так, что не разлучишь. Он еще никогда не видел, чтобы все происходило так легко и просто.
Однако зрелища не вышло, и теперь он немного беспокоился за душевное состояние человека, шедшего рядом.
Говорят, те, кто обычно молчит в тряпочку, взрываются страшнее всех.
Неужели эти издевательства со стороны семьи Юй не смогли заставить его сорваться?
Все внимание Цинь Хуая было сосредоточено на том, чтобы разгадать выражение лица Юй Циюнь. Ах да, теперь его звали Цзян Хань.
При звуке этого имени у него в голове шевельнулось смутное ощущение, будто он где-то уже слышал его.
Семья Юй, судя по всему, тоже не ожидала, что всё пройдет так гладко, поэтому они просто молча смотрели, как те двое направляются к выходу, даже не сообразив, что сказать.
Лишь Юй Роу, когда фигуры уходящих уже почти скрылись, быстрыми шагами бросилась за ними.
Цинь Хуай озадаченно посмотрел на женщину, преградившую им путь, заподозрив, не перепутала ли она чего: разве останавливать нужно не того, кто стоит рядом с ним?
Однако стоило Юй Роу открыть рот, как он понял, что заблуждался.
Это была вовсе не попытка удержать кого-то, а банальное желание увести чужого мужа из-под носа.
— Цинь Хуай, почему ты в прошлый раз не принял меня в WeChat? На досуге могли бы вместе сходить выпить!
Цинь Хуай покосился на Цзян Ханя, но тот выглядел так, будто ничего не слышал — никакой реакции, никакого желания вмешиваться.
— О, правда? Наверное, добавляющих меня в друзья слишком много, просто не заметил.
Бросив эту увертливую отговорку, Цинь Хуай обошел преградившую им дорогу Юй Роу, намереваясь догнать того, кто уже успел уйти вперед.
Заметив, что идущий впереди человек и не думал его ждать, ему пришлось громко окликнуть:
— Жона, подожди меня, не бросай!
Юй Циюнь давно хотела спросить у Цинь Хуая, как ему удается без малейшего внутреннего дискомфорта называть мужчину женой.
Он казался донельзя привыкшим к этому слову и ни капли не сомневался даже после того, как узнал, что его супруга на самом деле переодетый мужчина.
Не обращая больше ни на кого из семьи Юй внимания, спортивный автомобиль Цинь Хуая резко рванул с места.
В зеркале заднего вида Юй Роу со злостью топнула ногой, после чего подоспевшая госпожа Юй увела ее обратно.
— Скажи честно, у тебя припасен какой-то козырь? Иначе почему ты так легко подписал эти бумаги?
Этот вопрос крутился в голове у Цинь Хуая с самого начала, и теперь, когда они покинули дом Юй, у него наконец появилась возможность его задать.
Юй Циюнь с некоторым недоумением посмотрела на парня, который даже за рулем умудрялся выглядеть так, будто красуется, и в свою очередь озвучила мучивший ее вопрос:
— Почему тебя так интересуют дела нашей семьи?
В конце концов, даже если бы она действительно была женщиной, между ними не было никаких эмоциональных оснований!
На этот вопрос Цинь Хуай ответить не мог. Он и сам не понимал, почему его так тянет возиться с делами Цзян Хань.
Особенно после того, как он увидел ее в мужской одежде, у него возникло странное, ничем не объяснимое чувство близости, заставлявшее инстинктивно тянуться к ней.
— Да так, ничего особенного. Просто люблю зрелища, особенно когда богатые семейства грызутся между собой. Разве это не увлекательно?
С этими словами он повернулся к собеседнику, ожидая поддержки.
Но он совершенно забыл, что человек, сидящий рядом, — непосредственный участник этой мышиной возни.
И без того холодный голос Юй Циюнь стал еще тише. Чуть разомкнув губы, она произнесла всего три слова:
— Ни капли.
Похоже, Цинь Хуай тоже понял, что сболкнул лишнего. В салоне повисло тяжелое молчание, и, чтобы разрядить обстановку, Цинь Хуай просто включил магнитолу на полную громкость, отчего пространство заполнилось оглушающей музыкой.
Заметив, что дорога всё сильнее отклоняется от маршрута к ее дому, Юй Циюнь была вынуждена нарушить молчание:
— Куда мы едем?
— О, учитывая, что настроение у тебя сейчас явно паршивое, этот молодой господин решил вывезти тебя развеяться, — небрежно бросил Цинь Хуай.
Изначально он даже хотел добавить, чтобы Цзян Хань не слишком сильно растрогался от такой заботы, но, судя по лицу спутника, тот воспринял это совсем иначе.
Откинувшись на спинку сиденья, Юй Циюнь устало произнесла:
— Спасибо за заботу, но я хочу домой. Можешь высадить меня вон там впереди.
Цинь Хуай не отвел глаза на ее слова. Проехав еще немного, он резко развернулся на перекрестке.
Не понимая, что у того на уме, Юй Циюнь снова заговорила:
— Высади меня здесь, я сама как-нибудь доберусь.
Цинь Хуай бросил на нее мимолетный, ничего не выражающий взгляд, вытащил сигарету, зажал ее в зубах, но спешить поджигать не стал.
В конце концов он все же довез ее до дома. Выбравшись из машины, Юй Циюнь хотела поблагодарить его, но стоило ей обернуться, как перед глазами мелькнули лишь клубы дыма из выхлопной трубы.
Цинь Хуай, судя по всему, обиделся. Это Юй Циюнь прекрасно понимала, однако ей действительно не улыбалось тащиться с ним развлекаться.
Её состояние трудно было назвать подавленным — скорее, внутри зияла пустота, и ей просто хотелось вернуться домой и, натянув одеяло на голову, проспать до утра.
А машина Цинь Хуая с ревом вылетела со двора и вскоре замерла у обочины.
Он впервые в жизни решил о ком-то позаботиться, вызвался поднять человеку настроение — и в итоге получил отказ.
http://bllate.org/book/27277/3307939
Готово:
