Шэнь Линьчуань поднял глаза:
— Выспался?
— Ты когда вернулся?
— Только что.
Лу Чжи потер нос и подошел ближе:
— Ты освободился?
— Ничего срочного, вот и вернулся пораньше, — ответил Шэнь Линьчуань.
Эта компания была основана Шэнь Линьчуанем вместе с его однокурсником по университету. Конечно, семья оказала значительную поддержку, иначе она не смогла бы развиться так успешно и быстро за столь короткий срок. По логике, как партнер, Шэнь Линьчуань обладал относительной свободой в планировании своего времени, но он был трудоголиком с большими амбициями, и сверхурочная работа стала для него обычным делом.
Обед сегодня не задался, и мысли Лу Чжи были заняты лишь едой. Он спросил:
— Что будем есть на ужин?
— Ты проголодался?
Лу Чжи кивнул.
— Что ел в обед?
— В холодильнике были пельмени.
Шэнь Линьчуань спросил:
— Чего тебе хочется?
— Что приготовишь, то и съем.
Шэнь Линьчуань поднялся и заглянул в холодильник. Тетушка, приходившая сегодня покормить собаку, купила свежих овощей. Учитывая, что у Лу Чжи сводило мышцы ног даже от простого подъема в гору, Шэнь Линьчуань специально сварил ему рыбный суп и кашу с мясом и столетними яйцами, а также обжарил несколько видов зелени.
Лу Чжи с детства не любил рыбу, потому что его мать каждый раз, готовясь её приготовить, терпела фиаско, что наложило на него своего рода психологический отпечаток. Однако в кулинарном мастерстве Шэнь Линьчуаня он был уверен.
Лу Чжи попробовал суп: не пересоленный, не жирный — вкус был как раз то, что нужно.
Хоть он и был тайно влюблен в Шэнь Линьчуаня столько лет, но в итоге они поженились, и разве теперь Шэнь Линьчуань не обязан готовить ему еду? При этой мысли лицо Лу Чжи на мгновение озарилось гордостью.
Лу Чжи рос в счастливой семье, во многом благодаря тому, что его родители искренне любили друг друга. В семейной жизни, конечно, не обходилось без разногласий и трений, но умение в критические моменты уступить друг другу помогало избегать многих ненужных ссор и обид.
Взять хотя бы готовку: мать Лу Чжи готовила весьма посредственно, и отец, чтобы проводить больше времени с женой, решил выйти на пенсию досрочно. Все эти годы он добровольно брал на себя приготовление всех трёх приемов пищи, и это была заслуга матери — она была остра на язык, умела сладко говорить и осыпать отца комплиментами, так что тот был готов на всё, лишь бы порадовать супругу.
Вспомнив всё это, Лу Чжи решил направить все силы на похвалу стряпне Шэнь Линьчуаня:
— Рыба сегодня такая свежая и нежная, просто тает во рту! А суп — ароматный и насыщенный. Эти овощи на вид такие простые и легкие, но при этом сохранили свой природный вкус. Каждое блюдо по-своему прекрасно. Это ведь то, что называют — хорош во всем, за что ни возьмется? Есть ли вообще что-то, чего ты не умеешь?
Шэнь Линьчуань лениво приподнял веки и посмотрел на него каким-то странным взглядом. Он так и продолжал сверлить его глазами, пока тот доедал, и лишь потом произвел:
— На сколько баллов ты сдал китайский на экзамене?
— Сто двадцать шесть.
— Неудивительно.
Лу Чжи остолбенел:
— …Что это значит?
— Ничего, — Шэнь Линьчуань снова взглянул на него. — Если не умеешь хвалить, лучше молчи.
А он не будет молчать. Лу Чжи, отпивая суп, начал оправдываться:
— Разве это не доказывает искренность моих чувств? Я не из тех, кто мастерски плетет красивые фразы. Если я хвалю тебя, значит, ты действительно дорог моему сердцу.
— Ну тогда спасибо, — Шэнь Линьчуань увидел, что миска Лу Чжи опустела, и спросил: — Еще будешь?
Лу Чжи протянул миску:
— Налей еще немного.
Несмотря на то, что Шэнь Линьчуань порой бывал совершенно неромантичным, в особые моменты он мог сказать такое, что его было просто не узнать. Лу Чжи поначалу казалось, что после признания их отношения ничуть не изменились, но до тех пор, пока вечером, терпя муки, он не почувствовал тонкую разницу.
— Завтра я бы хотел снова пойти с тобой на утреннюю пробежку… — осторожно попытался отказаться Лу Чжи.
Шэнь Линьчуань прижал его руки к постели и ответил:
— Завтра разрешаю тебе спать до тех пор, пока сам не проснешься.
Лу Чжи символически посопротивлялся, глядя на него исподлобья:
— Хочешь, чтобы я сдался в первый же день?
— Не сдался, — логично парировал Шэнь Линьчуань. — Это подготовка. Послезавтра как раз первое число по лунному календарю, начало нового цикла, дату легко запомнить. Посмотрим, хватит ли тебя на месяц.
Лу Чжи стало дурно при одной мысли о грядущем месяце, и он начал судорожно искать оправдания:
— В любом случае, если ты будешь делать так каждый день, я точно не смогу встать с кровати на следующее утро, и тогда не вини меня.
— Я проконтролирую время.
— Как ты его проконтролируешь?
Шэнь Линьчуань указал на маленький будильник у изголовья:
— Поставлю его. Как только зазвенит — я прекращу.
Лу Чжи представил себе это и подумал, что Шэнь Линьчуань немного извращенец.
— Что это у тебя за выражение лица? — Шэнь Линьчуань резко подался вперед.
От этих слов Лу Чжи вцепился в подушку, перевел дыхание и произнес:
— …Ты что, еще и время хочешь зафиксировать?
Шэнь Линьчуань задумался:
— Можно и так.
Лу Чжи недовольно посмотрел на него:
— Что значит можно? Я тебя критикую, а не советы даю.
Шэнь Линьчуань относился к этому со всей серьезностью, совсем не в шутку:
— Вообще-то, относительно фиксированный график полезен для здоровья.
Лу Чжи быстро нашелся:
— Хочешь сказать, что люди, выкуривающие по пачке сигарет в день, живут дольше тех, кто курит изредка?
— Трудно сказать.
Лу Чжи слегка опешил:
— Тебе что, нравится обсуждать подобные вещи, пока ты чем-то занят? Никому не скучно?
Шэнь Линьчуань на секунду замолчал, а затем ответил:
— Никто мне этого не говорил.
— Ну тогда они очень берегли твое лицо.
Шэнь Линьчуань усмехнулся:
— Это я берегу твое лицо, иначе откуда бы у тебя взялись силы продолжать разговор?
Лу Чжи обиженно буркнул:
— Тогда не давай мне этих сил.
Позже Лу Чжи жалел о сказанном, но было уже поздно. Однако, пропотев, он быстро заснул — как и говорил Шэнь Линьчуань, спал как убитый. А как тут не уснуть, если он едва не лишился чувств?
Когда на следующее утро Лу Чжи проснулся, то, вполне ожидаемо, увидел солнце, которое стояло уже высоко в небе. Шэнь Линьчуань ушел на работу, оставив ему еду на кухне. Лу Чжи разогрел её и, сев в гостиной, принялся за завтрак. По телевизору шел какой-то скучный сериал, который служил лишь фоновым шумом. Он успел сделать лишь пару глотков, как получил сообщение в Вичате от Шэнь Линьчуаня.
http://bllate.org/book/27196/3293244
Готово:
