Вэнь Цзян пришел сюда, подготовив множество планов и просчитав все возможные варианты развития событий. Худшим сценарием было то, что Цзин Сянцзэ окончательно лишился рассудка. В таком случае он мог бы просто наплести ему что угодно, вывести человека наружу и отправить в психиатрическую лечебницу — и тогда ему не пришлось бы мучиться совестью из-за собственных нелепых моральных принципов.
Однако стоило ему переступить порог, как все планы рухнули, и инициатива полностью перешла к противнику.
Юань Е бессознательно постучал пальцами по двери, лихорадочно перестраивая ход своих мыслей.
Снаружи вновь раздался звук шагов Цзин Сянцзэ по полу. Тот прохаживался взад-вперед у двери и внезапно, безо всякой логики, произнес:
— Учитель, я до сих пор использую точильный камень в две тысячи грит.
Когда я дойду до камня в тридцать тысяч грит, я покажу тебе свой нож.
Юань Е отошел от двери. Мыслительные процессы Сяо Цзина явно отличались от обычных — нормальный диалог был невозможен. Придется ждать появления третьего лица, которое хоть немного сохранило рассудок, чтобы выудить хоть какую-то информацию.
Проходя мимо столика в центре комнаты, Юань Е заметил зажигалку и пачку сигарет. Он взял зажигалку, немного повертел ее в руках, а затем перевел взгляд на постельное белье.
Юань Е чиркнул колесиком, и пламя резко вырвалось наружу.
Он погасил огонь, выбил из пачки сигарету, взял ее в зубы и, опустив взгляд, с безразличным лицом прикурил.
Если встретить кого-то третьего не удастся, то, может, стоит поджечь постель, чтобы привлечь внимание?
Юань Е с холодным выражением лица затянулся, кончик сигареты ярко вспыхнул. Он стоял посреди комнаты, равнодушно оглядывая помещение.
— Меня зовут, я отойду ненадолго, скоро увидимся, учитель, — голос Цзин Сянцзэ донесся издалека.
Юань Е затянулся дымом:
— Кто тебя зовет?
Цзин Сянцзэ не ответил. Его шаги удалились, а затем Юань Е услышал, как снаружи с грохотом захлопнулась дверь. Он прищурился и в молчании прислушался.
Не успел он услышать никаких разговоров, как послышались быстрые шаги, возвращающиеся обратно.
Юань Е вынул сигарету изо рта и повернулся к двери.
По двери с глухим стуком ударили.
Голос Цзин Сянцзэ звучал свирепо, с той самой жестокостью, что обещала вынуть из человека душу:
— Вэнь Цзян, ты ведь действительно вернулся специально ради меня.
Длинный столбик пепла на сигарете, которую держал Юань Е, осыпался от этого звука.
Глава 4. День 2-1
Когда на следующий день Юань Е проснулся, он не был уверен в точном времени, но чувствовал, что уже наступило утро.
После того как Цзин Сянцзэ ушел вчера, он так и не вернулся.
Ближе к ужину кто-то принес Юань Е еду. Ужин оказался довольно богатым, его просунули в комнату через специальное отверстие в нижней части двери.
Керамический поднос тихонько звякнул, опустившись на пол.
Юань Е, лежавший на кровати с закрытыми глазами, открыл их и посмотрел в ту сторону. Заслонку в двери отодвинули, и внутрь просунулась рука, осторожно расставляя посуду на полу.
Это не походило на тюремную пайку из древних времен, где еду просто швыряли в железную миску.
Посетитель использовал изящную керамическую посуду, и та аккуратно расставленная на полу выглядела даже приятно.
Когда рука, явно принадлежавшая женщине, поставила внутрь третью тарелку, Юань Е поднялся с кровати и вежливо поинтересовался:
— Это ужин?
Рука, принесшая еду, на мгновение замерла, но ответа не последовало.
Юань Е прищурился. Он босиком сошел с кровати, тихо подошел к двери и присел на корточки.
Рука снова просунулась внутрь, чтобы поставить последний предмет. Как только она начала отстраняться, Юань Е схватил ее. Он держал ладонь собеседницы и с улыбкой спросил:
— Здравствуйте, скажите, это мой ужин?
Женщина, по-видимому, испугалась, тихо вскрикнула, и лишь спустя долгое время до него донесся прерывистый голос:
— Д-да… еще будет рис и приборы, и больше ничего.
От испуга ее голос заметно дрожал.
Юань Е продолжал улыбаться, но крепко сжимал руку, не давая вырваться:
— Могу я спросить, что сегодня на ужин? У меня аллергия на яйца, морепродукты и орехи, я многое не могу есть.
Юань Е смотрел, как тыльная сторона кисти женщины наливается кровью от его хватки, но тон оставался прежним:
— Боюсь, если мне станет плохо от аллергии прямо здесь, а вы не будете знать, что случилось, то на вас может лечь вина за чью-то смерть.
Голос женщины снаружи задрожал еще сильнее, в нем послышались рыдания:
— Это готовили на кухне, я не знаю… Отпустите меня, пожалуйста, отпустите…
Юань Е прислонился плечом к двери, слегка сжимая чужую ладонь, но не собираясь ее отпускать. Его тон стал еще более обходительным:
— Ну-ну, не стоит так волноваться. Я просто хочу задать пару вопросов, давайте закончим побыстрее, хорошо?
Женщина снаружи еще долго что-то невнятно бормотала, а затем нерешительно произнесла:
— Т-тогда спрашивайте.
Юань Е спросил:
— Кто вы, как вас зовут?
Женщина ответила с задержкой, словно механизм с плохой передачей данных:
— Я служанка в этом доме, меня зовут… зовут Сяо… Сяо…
Юань Е перебил ее:
— Хорошо, Сяо Цинь. Можешь называть меня Вэнь Цзян. — Он говорил мягко и убедительно. — Ты знаешь, почему я оказался в этом месте?
Опять пауза в несколько секунд:
— Н-не знаю… я ничего не знаю.
Юань Е глубоко вздохнул, его голос вновь приобрел улыбчивые нотки:
— Я старый знакомый вашего хозяина, Цзин Суя. Раньше у нас возникло недопонимание, и теперь, когда я заперт здесь, я не могу его переубедить. Может, ты придумаешь способ открыть мне дверь и отвезешь к нему? Тогда наше недоразумение разрешится, и тебе больше не нужно будет беспокоиться о еде, которая вызывает у меня аллергию. Как думаешь?
http://bllate.org/book/27119/3277075
Готово:
