Когда все собрались, Чжоу Нань взял на себя руководство распределением рыбы. В итоге две крупные травоядные рыбины и семь или восемь карасей остались ему.
Чжоу Нань, напевая короткую мелодию, зашагал обратно, держа в одной руке корзину, а другой ведя Лао-ци. Лао-си скакал вокруг, то убегая вперед, то припрыгивая обратно и заглядывая в корзину, словно боялся, что рыба сбежит.
Сам же Чжоу Нань размышлял, как лучше приготовить улов. В нынешние времена жарка в масле или тушение в соевом соусе оставались лишь несбыточными мечтами — откуда взяться маслу? Чжоу Нань вздохнул: придется варить уху. Впрочем, уха — тоже неплохо. Добавить кусочек старого имбиря, несколько зерен сычуаньского перца, нарезанный лук, потомить час-другой, чтобы из костей выварился весь жир и бульон стал молочно-белым... Вот тогда она будет самой вкусной, ароматной и наваристой. Ух! У него аж слюнки потекли.
Вернувшись домой после ужина, Чжоу Лао-си всю дорогу без умолку трещал о том, как они днем ловили рыбу в реке. Услышав это, Вторая матушка Чжоу строго взглянула на него, затем перевела взгляд на Чжоу Наня и упрекнула: Разве я не говорила тебе не ходить к реке? Или ты забыл, как в прошлый раз свалился в воду?
Чжоу Нань потер нос и виновато улыбнулся: Не забыл! Я был только на мелководье у самого берега. Не волнуйся, я знаю меру.
Вторая матушка Чжоу щелкнула его по лбу: Хорошо, если знаешь. Смотри не забывай боль, когда рана зажила.
Чжоу Хунфа, попыхивая трубкой, решил выступить миротворцем: Раз парень знает, что делает, хватит тебе, перестань его отчитывать.
Вторая матушка Чжоу одарила его недовольным взглядом и, похоже, была готова затеять ссору, но Чжоу Нань быстро перехватил её и сменил тему: Вторая матушка, Вторая матушка, давай сегодня сварим уху? Она будет очень вкусной.
Не успела она ответить, как подошедшая со стороны вторая дочь, Чжоу Гопин, захлопала в ладоши: Здорово! Сяо Нань такой молодец! Мама, я хочу ухи.
Лао-си тоже смотрел с нескрываемой жаждой, даже Лао-ци начал повторять: Есть, есть!
За последние два месяца Чжоу Нань то и дело подкармливал членов семьи Чжоу, и все всё понимали, не задавая лишних вопросов. Каждый знал: если бы не Чжоу Нань, жить было бы куда труднее. Достаточно было взглянуть на Лао-ци: если раньше от него оставались лишь кожа да кости, то теперь на щеках появился румянец.
Глядя на окружившую её малышню, Вторая матушка Чжоу не знала, сердиться ей или смеяться. Она напустила на себя строгий вид: Ладно-ладно, дармоеды, только о еде и думаете!
Эти слова рассмешили Чжоу Хунфа.
Вторая матушка Чжоу отыскала в каком-то укромном уголке глиняный горшок, вымыла его и отдала Чжоу Наню — пусть возится, как хочет.
— Вторая матушка Чжоу, Вторая матушка Чжоу, вы дома? — послышался голос за воротами.
— Иду, иду! — откликнулась Вторая матушка Чжоу, направляясь к калитке. — О, это ты, У Дабао! Что случилось? Заходи, посиди.
Этот У Дабао был старшим сыном начальника Производственной бригады У Чжунляна. Его настоящее имя — У Го, но в деревне все привыкли звать его по детскому прозвищу Дабао. Чжоу Нань, услышав это, усмехнулся: вспомнилась известная реклама — Дабао видим каждый день!
Вторая матушка Чжоу проводила гостя во двор и попросила старшего, Чжоу Гожуна, вынести табурет. Солнце уже садилось, во дворе еще было светло, а в доме — совсем темно, поэтому разговор решили продолжить на свежем воздухе.
У Дабао поспешно сказал: Не нужно, я только по делу, сразу уйду.
Чжоу Хунфа улыбнулся: Что за формальности? Садись, обсудим. — Он выбил трубку о подошву ботинка, стряхивая пепел, и приготовился набить новую порцию.
— Ну, хорошо! — У Дабао сел, нервно потирая руки. — Слышал, ваши ребята в реке рыбу поймали?
Вторая матушка Чжоу опешила, не понимая, к чему он клонит, и уклончиво ответила: Ой! Да это дети шалят. Я ведь твердила им не ходить к реке, это же опасно, разве нет? Но они не слушают.
Чжоу Хунфа же ответил прямо: Да, поймали немного. А что такое?
У Дабао простодушно улыбнулся: Второй дядя, вы же знаете, моя жена недавно родила, но почему-то молока совсем нет. Ребенок днями напролет кричит от голода. Слышал, вы рыбу добыли, вот я и подумал: может, одолжите немного карасей, чтобы сварить жене суп для прилива молока? Видите ли, у меня тут есть яйца, можно ими обменяться?
Ребенок голодал, и отец отчаянно искал выход. Он и сам хотел бы пойти к реке, но сейчас стояла засуха, бригада изо всех сил боролась за урожай, а его отец — начальник Производственной бригады, и все глаза в деревне были прикованы к их семье. Если он не выйдет на работу, кто знает, что про него начнут болтать. Времени на рыбалку просто не было.
Вторая матушка Чжоу расслабилась и широко улыбнулась: Подумаешь, дело какое! Это мы устроим. Сейчас схожу, узнаю, есть ли там караси. Она знала лишь со слов детей, что они что-то поймали, но какая именно рыба и сколько — оставалось загадкой.
Чжоу Нань слышал весь разговор и не имел ничего против. В такое время младенец без материнского молока вряд ли выживет, а в деревнях о молочных смесях даже не слышали. Да и будь они, стоили бы как предмет роскоши — кто мог себе позволить? Оставалось только уповать на судьбу.
Рыбу, которую принесли домой, Чжоу Нань выпустил в кухонный чан с водой, где она до сих пор чувствовала себя прекрасно.
Вторая матушка Чжоу всё же спросила мнение Чжоу Наня — было ясно, что она не считает его обычным ребенком. Чжоу Наню это очень понравилось: он, в конце концов, и не был ребенком. Во многих вопросах он предпочитал решать сам, а не быть объектом опеки тех, кто делает всё якобы из лучших побуждений.
Чжоу Нань лично выловил карасей и сложил их в деревянное ведро. Если держать их в воде, хватит еще на три-четыре раза. Вторая матушка Чжоу помогла вынести ведро У Дабао.
Тот несказанно обрадовался и принялся горячо благодарить.
— Сначала возьми это, если не хватит, Сяо Нань сказал, что может сходить и наловить еще, — с улыбкой добавила Вторая матушка Чжоу.
Увидев в ведре семь-восемь крупных карасей, У Дабао просиял: Хватит, хватит! Если что, обязательно обращусь к вам снова.
У Дабао хотел оставить яйца, но Вторая матушка Чжоу наотрез отказалась брать их, требуя, чтобы он забрал их обратно для жены, чтобы та как следует поправила здоровье. После долгих препирательств У Дабао, наконец, ушел: в одной руке ведро, в другой — яйца.
http://bllate.org/book/27017/3258160
Готово:
