Ли Ся, которого одолевали вопросы, на которые он не мог найти ответа, не стал углубляться в раздумья. Он лишь молча бросил ещё один взгляд на спальню кое-кого, отбросил неприятные мысли и постучал в дверь Ань Цзина.
— Сяся, только тебя и ждем.
Ань Цзин открыл дверь и посторонился, пропуская его внутрь.
В комнате Фэн Лин и Лу Дуань, вальяжно откинувшись на спинки стульев, лениво просматривали что-то в телефонах. Они вытянули длинные ноги и наслаждались прохладой кондиционера, вид у них был невероятно довольный.
Увидев Ли Ся, оба затараторили:
— Давай быстрее, заходи в игру, заходи!
— Погнали, погнали!
Все четверо вошли в интерфейс формирования команды, прихватили еще кого-то случайного и принялись за веселое сражение в формате 5 на 5.
***
На следующий день состоялось собрание первокурсников группы специального обучения. Толпа молодых господ и барышень сидела в аудитории, до смерти скучая под монотонную речь куратора Сун Сяо.
Сун Сяо был мужчиной немногим старше тридцати. Строгий серый костюм лишь подчеркивал его статную, подтянутую фигуру, а золотистые очки в тонкой оправе придавали облику невыразимую утонченность.
Когда все студенты по очереди представились, Сун Сяо перешел к вопросу о выборе старосты:
— Кто-нибудь хочет стать старостой группы?
Должность старосты в университете — работа и благодарная, и изматывающая одновременно. Приятна она тем, что в будущем в личное дело можно будет вписать эту почетную строчку, а тягостна — обилием университетской рутины, ведь староста — это связующее звено между преподавателями и студентами, на чьи плечи ложится обязанность передавать информацию сверху вниз и обратно.
После того как Сун Сяо задал вопрос, прошло секунд десять, но никто не отозвался.
Он тихо кашлянул, чтобы скрыть неловкость, и перевел взгляд на одного из студентов:
— Я слышал, Цзян Ецзэ три года подряд был старостой в старшей школе...
Цзян Ецзэ, сидевший с безупречной осанкой, услышав, что его вызвали, хоть и обрадовался внутри, виду не подал. Он лишь невозмутимо слегка кивнул:
— Да, это так.
— Тогда... — только собрался было сказать Сун Сяо, что старостой будет Цзян Ецзэ, как его прервали.
— Учитель, наш Сяся тоже вполне может справиться.
Это подал голос Фэн Лин.
Стоило этим словам прозвучать, как те, кто уже почти клевал носом от скуки, вмиг взбодрились. Их взгляды, вспыхнув интересом, заметались между Ли Ся и Цзян Ецзэ, надеясь, что эти двое устроят прямое противостояние, чтобы они могли насладиться зрелищем со стороны. Возможно, тяга к чужим разборкам — это часть человеческой натуры.
Ли Ся, который тоже был в числе тех, кто дремал, после такой подачи друга на мгновение захотел прямо здесь устроить взбучку Фэн Лину, который ухмылялся, как лис. Но, заметив на себе столько любопытных взглядов, он решил не пускать в ход кулаки. Однако, поразмыслив, он осознал: если Цзян Ецзэ станет старостой, то наверняка будет вставлять ему палки в колеса при решении любых дел. Нельзя давать Цзян Ецзэ такой шанс. А значит...
Ли Ся преисполнился решимости во что бы то ни стало занять эту должность.
— Раз так, чтобы не терять времени, давайте проголосуем поднятием рук. Это будет честно и прозрачно.
Хорошенько обдумав всё, предложил Сун Сяо. В прошлом случалось, что при сорока пяти студентах голосов оказывалось сорок шесть, а иногда некоторые «избиратели» писали на листках бумаги о своих семейных обстоятельствах, прося «хорошенько подумать» над их просьбами. Поэтому, чтобы избежать уловок и не оказаться в неловком положении, голосование поднятием рук на месте было лучшим вариантом.
Как только куратор озвучил предложение, многие начали лихорадочно подсчитывать в уме, за кого голосовать. Учитывая положение Ли Ся, они без колебаний выбрали бы Цзян Ецзэ. Но даже если не считаться с самим Ли Ся, нельзя игнорировать Фэн Лина и его компанию. Однако поговаривали, что молодой господин Янь вроде как благоволит к Цзян Ецзэ...
Некоторые из тех, кто не знал, как поступить, отправили сообщения Е Цинюю, пытаясь выведать его настрой. Если молодой господин Янь действительно симпатизирует Цзян Ецзэ, то они будут знать, как действовать.
— С Ли Ся всё кончено, большинство здесь — наши, — Е Цинюй отправил в телефон короткую инструкцию выбирать Цзян Ецзэ и усмехнулся.
Янь Мо, заглянув в экран, тоже улыбнулся. Гу Тинъянь и Линь Чжэньчуань, сидевшие поодаль, хранили молчание, словно и не слыша их разговора.
— Хорошо, начинаем голосование, — голос учителя заставил всех прекратить перешептывания. — Кто за то, чтобы старостой стал Цзян Ецзэ, поднимите руки.
Сразу после этих слов почти половина группы подняла руки, включая Е Цинюя и Янь Мо. В итоге эти люди, заметив, что Гу Тинъянь не шелохнулся, почувствовали, как внутри всё сжалось. Неужели они выбрали не ту сторону? Черт!
— Брат Янь, брат Чуань, вы что? — озадаченно спросил Янь Мо, глядя на них.
— Забыл поднять, — бросил Линь Чжэньчуань, но руки так и не поднял.
Цзян Ецзэ украдкой взглянул на Гу Тинъяня и невольно замер. Как такое возможно?
— Что за чертовщина с этим Гу? — Лу Дуань и Ань Цзин одновременно уставились на Гу Тинъяня.
Ли Ся тоже стало любопытно, и он обернулся. Взглянув, он тут же наткнулся на глубокий, проницательный взгляд Гу Тинъяня. Ли Ся поспешно отвернулся, пробормотав про себя: «Ах, эта собака Янь, ну и мастер же притворяться».
Многие, кто уже поднял руку, хотели было опустить её, но куратор в тот же миг подвел итог:
— У студента Цзян Ецзэ двадцать один голос.
Тем не менее, это не означало, что оставшиеся поддерживают Ли Ся, поэтому учитель добавил:
— Кто за Ли Ся, поднимите руки.
Линь Чжэньчуань небрежно поднял руку, Гу Тинъянь остался неподвижен. Цзян Ецзэ, видя поведение Гу Тинъяня, наконец выдохнул.
— Брат Чуань, ты на нашей стороне? — Янь Мо слегка приподнял бровь в насмешке.
— Просто поднял, — лениво ответил Линь Чжэньчуань, искоса поглядывая в сторону Ли Ся.
Сун Сяо снова окинул взглядом аудиторию и с очень кислым выражением лица огласил результат:
— У студента Ли Ся тоже двадцать один голос.
— Что?
Все взгляды в аудитории невольно устремились на Гу Тинъяня, который остался в нейтралитете. Ли Ся тоже не остался в стороне.
— Твою ж мать, этот Гу... — лицо Лу Дуаня помрачнело.
Фэн Лин тоже выглядел недовольным. По их мнению, в такой ситуации Гу Тинъянь уж точно должен был поставить Ли Ся в неловкое положение.
http://bllate.org/book/26984/3252392
Готово:
