Следом за ним из машины вышел элегантный и невозмутимый Линь Чжэньчуань, а за ним — красивый, лихой Янь Мо и статный Е Цинюй.
Появление этой четвёрки в ту самую минуту стало самым ослепительным зрелищем у ворот Наньдуского университета аристократии, мгновенно приковав к себе все взгляды окружающих.
Разумеется, в число этих зевак не входил Ли Ся, который был слишком увлечён своей игрой.
Этот крашеный парень — случаем не Ли Ся?
Пользуясь преимуществом своего роста, Янь Мо перевёл взгляд поверх голов толпы и остановился на профиле Ли Ся.
Глядя на его слова, Гу Тинъянь и остальные перевели взгляды в ту сторону и, приглядевшись, слегка удивились.
Хм, похоже, раньше он и вправду притворялся послушным. Увидев нынешний наряд Ли Ся, Е Цинюй ещё сильнее утвердился во мнении, что прежний образ парня был лишь маскарадом.
Хотя раньше Ли Ся и вправду притворялся.
Пойдём проведаем его.
Припомнив вчерашнее происшествие, Е Цинюй сжал кулаки.
И тогда все четверо направились сквозь расступившуюся толпу к Ли Ся.
А внимание некоего короля виртуальной посадки риса всё ещё было приковано к игровому интерфейсу, где его Ма ЧАО творил невероятные вещи.
Когда в поле зрения упало несколько пар туфель, а на голову легла тень, Ли Ся даже не поднял головы и бросил:
— Уважаемые батюшки, подождите, пока я доиграю этот матч.
Он думал, что пришли Фэн Лин и остальные.
Гу Тинъянь и остальные: «……»
Заметив, что «батюшки» ему не ответили, Ли Ся остановил своего игрового Ма Чао у защитной башни и поднял голову, чтобы во всём разобраться.
Прекрасное растение по имени чёрт чуть не сорвалось с его губ, когда он разглядел тех, кто стоял перед ним, но, к счастью, его реакция оказалась молниеносной, и это слово застряло где-то в горле.
Затем он растерянным взглядом окинул всю компанию и спросил:
— Вы это... чего?
Напускное спокойствие царило на лице Ли Ся, но внутри он паниковал не на шутку.
Черт, неужели они раскусили, что вчерашним мстителем был он, и теперь явились сюда, чтобы устроить ему тёплый приём?
И пусть в игре он без труда раскидывал пятерых противников в одиночку, в реальности ему было не одолеть никого из этой четвёрки.
Неужели сегодня у ворот этого университета ему суждено пережить грандиозный дебют и обагрить брусчатку собственной кровью?
— Ли Ся, а у тебя кишка не тонка.
Е Цинюй уставился на раскрасневшееся от жары лицо Ли Ся и холодно усмехнулся.
— Эм, парень, ты вообще кто? О чём ты говоришь? — Ли Ся крепился, хотя на лбу уже проступал пот, и изобразил перед ними крайнее недоумение: — Я тебя не знаю, какую чушь ты несёшь?
— Ты вчера… — помрачнев, Е Цинюй попытался заговорить о вчерашнем, но не успел он договорить, как Ли Ся неожиданно и бесцеремонно оттолкнул его.
— Братишки, я здесь! — крепко сжимая телефон и завидев приближающихся Фэн Лина с остальными, Ли Ся бросился к ним, словно утопающий к соломинке, забыв обо всём на свете.
Он боялся, что промей он ещё хоть немного — и эти братья уже не найдут его следов.
Промчавшись стрелой подальше, Ли Ся убрал телефон и с лукавой улыбкой замахал трем идущим впереди приятелям, от которых так и веяло беспечной развязностью.
— Ого, Сяся, а твоя шевелюра выглядит жарче самого солнца.
Фэн Лин, чьи волосы развевались на ветру, а в уголках глаз и бровей сквозила соблазнительность, подойдя ближе, легко потрепал Ли Ся по голове.
— Это называется поспорить с самим Небом в жаре, — обретший защиту грозного покровителя Ли Ся напрочь забыл о преследовавших его недругах, и каждый звук в его голосе звучал легко и непринужденно.
Не успели они обмолвиться и парой слов, как оттолкнутый Ли Ся Е Цинюй в несколько размашистых шагов подлетел к ним, снедаемый яростью.
— И с чего это некий кто-то возомнил себя таким смелым? Оказывается, просто научился пользоваться чужими ресурсами.
Насмешливый тон Е Цинюя долетел до ушей Ли Ся, и тот, круто развернувшись, наградил его выразительным закатыванием глаз:
— Слушай, парень, я же сказал, что не знаю тебя. Если тебе так приспичило со мной познакомиться, вовсе не обязательно прибегать к подобным фокусам.
Он терпеть не мог этого задиру Е Цинюя — у того был взрывоопасный нрав, и там, где можно было решить дело кулаками, он никогда не тратил слова впустую.
Главное, что у этого типа было гипертрофированное классовое сознание, и он свысока смотрел на тех, кто происходил из простых семей вроде него самого.
В прошлой жизни, стоило ему сойтись с Гу Тинъянем, как Е Цинюй постоянно осыпал его презрительными взглядами — так, словно Ли Ся осквернял самого брата Яня, в чьих жилах, по его мнению, текла благородная кровь.
Ли Ся даже одно время подозревал, не испытывает ли Е Цинюй к Гу Тинъяню каких-то романтических чувств.
— Е Цинюй, если ты собрался подкатить к нашему Сяся, то губу можешь закатить обратно.
Лу Дуань положил правую руку на плечо Ли Ся, закрывая его собой, словно курица-наседка цыпленка.
Его слегка вздернутые уголки глаз таили в себе одновременно шутливое и серьезное выражение, а красная родинка в левом уголке глаза предостерегающе сверкала на солнце.
— И то верно, твои замашки зашли слишком далеко, я боюсь, что ты заразишь Сяся чем-нибудь, держись-ка от него подальше.
Насквозь пропитанный хитростью Ань Цзин вовремя нанёс Е Цинюю ещё один удар.
Е Цинюй от такого шквала насмешек на мгновение потерял дар речи, и лишь со страшным скрежетом сжимающиеся кулаки выдавали бушующий внутри него огонь.
Накалённая атмосфера между ними заставляла зевак оборачиваться по три раза на дню, однако никто не смел задерживаться подолгу, опасаясь навлечь на себя гнев.
В конце концов, все эти люди прекрасно знали, кто перед ними: влиятельные и богатые молодые господа Наньчэна, кто же осмелится рисковать жизнью и глазеть на их разборки?
— Брат Янь велел выдвигаться. — Линь Чжэньчуань, заметив настрой своих приятелей и понимая, что ситуация принимает дурной оборот, решительно шагнул вперёд, желая потушить бушующее пламя Е Цинюя.
Получивший от ворот поворот Е Цинюй бросил свирепый взгляд на Ли Ся — того самого виновника, из-за которого он оказался в столь неловком положении, — и бросил напоследок:
— Ходи по ночным улицам аккуратнее.
Ли Ся лишь лукаво сощурился:
— А я не хожу по ночным улицам.
Напряжение наконец рассеялось вместе с неохотным уходом Е Цинюя.
Когда они скрылись, Ли Ся испустил долгий вздох.
Черт подери, что за напасть такая? Стоило лишь связаться с этой собакой Янем, как тут же нажил себе врага в лице психопата Е Цинюя!
Впрочем, раз уж этот пёс Янь не сказал ему ни слова, значит, всё ещё не так плохо.
— Брат Янь, с чего это ты позволил брату Юю уйти? — Янь Мо продемонстрировал ряд белоснежных зубов и с заметным недоумением обратился к Гу Тинъяню, который хранил молчание с самого выхода из машины.
http://bllate.org/book/26984/3252389
Готово:
