Сюй Цзи почувствовал, как камень, висевший у него на душе, сдвинулся с места. Он наклонил голову и встретился взглядом с Фан Кетаном. Тот смотрел на него исподлобья, время от времени хлопая ресницами, и его глаза, широко распахнутые в притворном раздражении, казались донельзя милыми, словно он злился лишь на то, что у него нет того, кого можно было бы любить.
Черты лица Фан Кетана были изящными. Несмотря на некоторую детскость во внешности, при ближайшем рассмотрении в нем проступала зрелая, чистая красота. Особенно когда он смотрел на кого-то, слегка прищурив уголки глаз, — это невольно заставляло окружающих поддаться иллюзии, будто в его взгляде таится бесконечная глубина и нежность, в которой легко утонуть.
Даже когда он улыбался, его лицо словно ожившая картина, где каждая линия была выверена с такой точностью, что не могла не тронуть сердце.
Впрочем, он больше походил на кота, который пришел в дом хозяина и ведет себя как заправский барин. Сюй Цзи, добровольный раб своего кота, протянул руку и взъерошил волосы на макушке Фан Кетана: «Спи давай».
Сюй Цзи подумал о том, что давно уже по уши увяз в своих чувствах. Но, к счастью, у него еще есть время.
На следующее утро Фан Кетан встал рано. Увидев, что Сюй Цзи все еще спит, он на цыпочках выбрался из кровати, решив отплатить добром за добро — приготовить завтрак для капитана.
Яичница и каша — предел его кулинарных познаний.
Начав готовить, Фан Кетан сообразил, что к этому не помешало бы добавить лепешек или булочек, поэтому просто решил сходить за ними вниз. Выйдя из жилого комплекса, он заглянул в пекарню и подумал, что проще купить и соевое молоко, и булочки, и закуски, раз уж не обязательно готовить завтрак самому.
Когда он вернулся, Сюй Цзи как раз стоял в гостиной и говорил по телефону. Его брови были нахмурены, он коротко ответил несколько раз и повесил трубку.
Фан Кетан приподнял руки, показывая купленную еду, а затем отнес ее на обеденный стол. Сюй Цзи подошел и сел: «Нам нужно поесть побыстрее. Только что звонили из управления, Юй Тайчан мертв».
«Юй Тайчан?» Фан Кетан напряг память, пытаясь отыскать нужные сведения. «Тот второй ответственный из приюта Синее небо?»
«Да».
Некоторые мужчины совершенно не умеют разговаривать с девушками, зато с братьями флиртуют только в путь, — Хэ Мэн, украдкой наблюдая за шепчущейся парочкой, ворчала Старшему Гао.
Старший Гао причмокнул губами: «Главное, что сами участники этого не замечают. У них такой стиль общения сложился годами, а они еще и смеются над тем, что мы себе напридумывали лишнего».
Переулок, где произошло убийство, оказался слишком узким. Двое полицейских уже вошли внутрь для сбора улик, а остальные — включая Хэ Мэн и подоспевших позже Сюй Цзи с Фан Кетаном — стояли снаружи в ожидании.
Хэ Мэн заметила, что в этот момент Сюй Цзи как раз поправлял Фан Кетану непослушные прядки на лбу и рассказывал о двух новых людях в переулке.
«Мужчину зовут Хэ Цзыжань, он криминалист, которого перевели сюда из областного управления после допущенной ошибки. Ему тридцать девять, все зовут его старина Хэ, нрав у него спокойный, легко найти общий язык. Женщину зовут Тянь Мо, тоже криминалист, работает в ночную смену вместе с Хэ Мэн. Характер у нее... своеобразный, но человек хороший».
Фан Кетан кивнул: криминалист, как и сестра Мэн Мэн. Он спросил: «Почему вы не разделяете отдел судмедэкспертизы и отдел криминалистики? У вас все рабочие столы в одной куче, выглядите как какой-то отряд диких оперативников».
«В каждом управлении есть разделение, у нас тоже. Но ты сам видишь: если не считать большой отряд Хэ Дуна, в нашем первом оперативном отряде всего человек одиннадцать-двенадцать. Нет смысла так дробить отделы, достаточно просто работать посменно. К тому же мы в основном занимаемся делами в старом районе, дел не настолько много, чтобы мы не справлялись, поэтому со временем все и слилось в одно».
Фан Кетан снова спросил: «Значит, они оба были в ночную смену?»
Сюй Цзи ответил: «Да, время совершения преступления — до восьми утра. Им придется вместе с нами участвовать в допросах по этому делу. Побудь здесь, я пойду взгляну».
По правде говоря, это место сложно было назвать полноценным переулком — так, узкий проход между приютом и соседним жилым домом, куда едва могли протиснуться двое. Со временем это место превратилось в свалку мусорных баков.
Сюй Цзи поднял ограничительную ленту, натянутую у входа, слегка наклонился и вошел внутрь, чтобы посмотреть, как двое коллег собирают улики. Хэ Цзыжань, увидев его, обернулся и окликнул: «Капитан Сюй».
Тянь Мо тоже повернула голову и поздоровалась: «Капитан Сюй, привет!»
Сюй Цзи коротко кивнул и принялся наблюдать за тем, как они фотографируют место происшествия. Окинув все вокруг взглядом, он заметил лишь один пакет с вещественным доказательством — мобильный телефон.
«Только телефон?»
Хэ Цзыжань все еще фотографировал следы ног: «Да, на месте преступления только это вещественное доказательство. Даже эти следы, скорее всего, остались не с прошлой ночи».
Тянь Мо вернулась, неся чемоданчик криминалиста, а Сюй Цзи отступил на два шага, продолжая изучать обстановку.
Обычный заброшенный переулок, два мусорных бака. Потерпевший Юй Тайчан лежал в запекшейся луже крови, слегка повернувшись на бок. В груди зияла ножевая рана.
Типичное убийство с применением холодного оружия. Сюй Цзи сделал два шага влево, наклонился и увидел на лбу у погибшего рваную рану. Очень похоже на ту, что была у Ван Баоминя, но сейчас все залито кровью, и трудно разобрать детали.
Сюй Цзи нахмурился: вчерашняя рана на голове у Ван Баоминя была точно такой же.
Осмотрев место происшествия, Сюй Цзи еще раз огляделся и вышел наружу: «Вчерашнее дело еще даже не дошло до прокуратуры для пересмотра обстоятельств и вынесения окончательного вердикта, а уже новая смерть. Скорее всего, дела объединят. Кто заявил в полицию?»
Хэ Мэн ответила: «Все та же госпожа Лю, что звонила вчера. Сегодня утром она вышла выбросить мусор, приготовив детям завтрак, и увидела его».
«А где она сама?»
«Слегла в обморок от горя, ее увезла скорая».
Услышав это, Сюй Цзи вспомнил, как вчера та самая женщина-повар говорила, что Юй Тайчан — ее сын. Заметив, как Фан Кетан с любопытством тянет шею, заглядывая внутрь, Сюй Цзи щелкнул его по лбу: «Не на что там смотреть. Один удар в грудь, ничего другого, кажется, нет».
Тянь Мо, подойдя сзади, добавила: «Капитан Сюй, там еще один удар в спину!» Затем она повернулась к Фан Кетану: «Привет, красавчик! Я Тянь Мо!»
Фан Кетан, видя энергичную и жизнерадостную Тянь Мо, улыбнулся, слегка прищурив глаза: «Привет, я Фан Кетан».
Криминалисты закончили работу, пришла очередь судмедэкспертов. Шао Гу, увидев, что те выходят, собрал инструменты, надел перчатки и приготовился к первичному осмотру тела. Сюй Цзи последовал за ним внутрь.
Шао Гу тщательно провел осмотр и доложил Сюй Цзи: «На лбу ушибленно-рваная рана от тупого предмета, края ран на груди и спине ровные, с явным наружным кровотечением — предварительно колото-резаные раны. Если не считать дополнительного удара в спину, все остальное — практически полная копия травм Ван Баоминя, полученных вчера. В общем, картина ясна, но нужно дождаться возвращения в управление, провести вскрытие, измерить глубину раневых каналов и оценить повреждения внутренних органов».
Сюй Цзи кивнул, присел на корточки и, подсвечивая фонариком, вместе с Шао Гу осмотрел раны на груди и спине погибшего. На жертве были застиранная до белизны хлопковая синяя футболка, широкие шорты и тапочки. Словно он вышел из дома, только переодевшись перед сном, совсем не так, как выглядел днем.
http://bllate.org/book/26962/3248969
Готово:
