Существует и вторая версия, основанная на народных слухах: некоторые подозревают, что странное поведение части членов Императорской семьи вызвано наследственным заболеванием.
Цуй Билин всегда интересовала связь Императорской семьи и Божества Новой Луны.
Во всех мифах человеческую Императорскую семью описывали как потомков Божества Новой Луны и Святого Сына.
Теперь же казалось, что Божество Новой Луны — это скорее некий неизвестный нечеловеческий вид.
— Что подразумевается под благословением Божества?
Он задал вопрос профессору.
— Обычно это означает мир и благополучие, также это может быть процветание Империи и вечное процветание Императорской семьи... Ваше Высочество, у вас есть иные соображения? — Профессор тоже проявил интерес к вопросам Императорской семьи.
— Я подумал о последовавших за этим великих потрясениях в Империи.
— В церковных записях когда-то упоминались пророчества... Сейчас кажется, что тогда Империя подверглась вторжению. — Профессор поправил очки.
Весь урок профессор говорил о теологических теориях — скучных и запутанных.
В какой-то момент он снова услышал тот странный призыв, что звучал в ту ночь: его имя выкрикнули резко и коротко. Окружающие никак не отреагировали, слышал это только он.
Голос был незнакомым, а интонация — странной.
Он уже привык к такому, и через некоторое время звук постепенно затих.
【Это твои галлюцинации или паранормальное явление?】 Система тоже была в недоумении. 【Твоим умершим братьям нет смысла ходить за тобой, вы вообще хоть раз виделись?】
— Нет.
На Световом мозге всплыло уведомление о входящем вызове из Дворца на Столичной Звезде. Цуй Билин поднялся и вышел из аудитории.
С ним связался личный помощник из Императорской семьи.
Дворцовые решения всегда принимались сложно и медленно: на это обычно уходило не меньше десяти-пятнадцати дней, а уж тем более, когда дело касалось брака принца.
В этот раз собеседник просто дежурно поинтересовался его положением в Двенадцатом округе.
— Его Величество сейчас во дворце? — встречным вопросом спросил Цуй Билин.
— Да.
— В ближайшее время я вернусь во Дворец.
Услышав спокойный, ровный голос принца, помощник из Дворца даже вздохнул с облегчением. Быть связующим звеном между отцом и сыном, которые в последнее время были в ссоре, непросто, а Цуй Билин к тому же был на редкость холодным и своевольным: как только возникал конфликт, он просто игнорировал попытки Императора Хун помириться, пока сам не менял своего решения.
Даже в Военном ведомстве многие знали о характере седьмого принца. Те, кому доводилось обсуждать с ним рабочие вопросы во Дворце, знали, что он не любит идти на уступки, поэтому дела всегда заходили в тупик.
Самым сложным был вопрос о браке принца.
Цуй Билин не был склонен к послушанию, и заставить его согласиться на предложенный Императорской семьей брак будет крайне непросто.
— Кстати, — спросил его помощник, — Ваше Высочество, по поводу кандидатур для брака...
Помощник осторожно перечислил ему несколько отобранных кандидатов в супруги и посоветовал встретиться с каждым из них.
Вернувшись в аудиторию, Цуй Билин застал профессора теологии за рассказом об истории создания церкви Святым Сыном и Божеством Новой Луны.
Посидев на месте некоторое время, Цуй Билин перевел взгляд на сидевшего рядом русала.
Бу Есюэ сегодня был в черной футболке с коротким рукавом. Его руки лежали на столе, и возле запястий и оснований больших пальцев виднелись несколько шрамов — свежих, неизвестно откуда взявшихся.
Вдруг он поднял глаза и встретился с ним взглядом.
— Что-то случилось?
Глаза юноши, похожие на черный обсидиан, почти не двигались.
— Ничего.
— Документальный фильм такой скучный?
— Немного.
В этот момент на экране как раз показывали кадр, где Божество Новой Луны стоит перед входом в храм и взывает к Святому Сыну.
В литературе и искусстве Божество Новой Луны изображалось как юноша-полукровка с огромными крыльями, закрытыми глазами и всегда в белых одеждах.
Как один из Его потомков, Цуй Билин был чем-то на Него похож.
У него были густые черные, словно эбеновое дерево, волосы и бледная кожа. Сейчас он лениво бросал слова, а его кошачьи глаза, цвета туманной зелени горных лесов, при взгляде на окружающих всегда оставались безмятежными.
По своей сути он был далек и неприступен.
Виртуальный образ далекого божества по сравнению с ним казался плоским и безвкусным.
Документальный фильм из-за этого стал еще скучнее.
...
В то же время Система не давала Цуй Билину покоя.
【Посмотри на себя, ты до того пристально на него смотрел, что он даже смутился.】
— Я не смотрел.
【Хозяин, тебе нужно больше заботиться о нем, спрашивать, что он думает, проводить время вместе, чтобы укрепить отношения.】
Система настойчиво намекала.
Отношения?
То, о чем говорила Система, было для него слишком сложным и труднопонимаемым.
Цуй Билин изначально хотел лишь отмахнуться от задания, но подумал, что важно получить от Системы обещание.
— Если я завершу первый этап сюжета, я смогу открыть определенные сюжетные линии или информацию о персонажах из оригинала.
Например, то, что он давно хотел узнать: тайны Императорской семьи.
Ту-ту.
На световом экране всплыло мгновенное сообщение.
Занятие уже близилось к концу.
Бу Есюэ получил сообщение и бросил на него взгляд.
— Если тебе неприятно, что я на тебя смотрю, можешь сказать мне.
Он замер на секунду, а затем посмотрел на того, кто сидел рядом.
Юноша-Бета подпирал подбородок рукой, его холодные зеленые глаза не мигая смотрели на экран, где шел документальный фильм о Божестве Новой Луны. Взгляд его был таким же, как обычно, даже несмотря на то, что он только что отправил своему питомцу такое двусмысленное и мягкое сообщение.
Цуй Билин некоторое время смотрел на него, а затем повернулся, чтобы заговорить.
В этот момент заиграла фоновая музыка из фильма, и он не расслышал слов.
Бу Есюэ спросил:
— Что?
Цуй Билин слегка нахмурился, пододвинулся ближе и прошептал ему на ухо:
— Я сказал... завтра я иду на встречу с другом, пойдешь со мной. И еще, как ты собираешься провести праздник влюбленных?
Даже упоминая этот день, он сохранял ледяное и равнодушное выражение лица.
Его дыхание коснулось ушной раковины — теплое, а мягкие кончики волос легко задели щеку.
Стояла жара, и рубашка на нем была расстегнута на две пуговицы, обнажая полоску белоснежной ключицы, а подвеска на шее слегка покачивалась, поблескивая в свете ламп.
Бу Есюэ покрутил в руках ручку и отвел взгляд.
Если бы они находились в диком обществе на морском дне, при привычке Цуй Билина обращаться с русалами подобным образом, его бы уже давно заставили забеременеть.
...
Прозвенел звонок, и разговор временно прервался.
http://bllate.org/book/26833/3225626
Готово:
