Мэн Цяо: !!!!!
Ну и везет же ему!
Чжоу Хао вернулся в общежитие, сел, достал из сумки коробку конфет и, держа её на ладони, принялся рассматривать.
И при этом улыбался.
— Опять конфеты купил? — к нему подошел сосед по комнате Линь Хуань и потянулся рукой, намереваясь стащить одну.
Но Чжоу Хао решительно оттолкнул его руку.
— Нельзя.
— Какой жадный, — недовольно проворчал Линь Хуань. — Раньше брал у тебя, и ты никогда не запрещал.
— Другие можно, а эту коробку нет.
Линь Хуань впервые видел его в таком состоянии и был крайне ошеломлен.
В этот момент в дверь вошел другой сосед, напевая себе под нос Хорошие дни, и с возбужденным видом воскликнул:
— Пойдемте вечером шашлыки есть?
— Ты угощаешь? — спросил Линь Хуань.
— Угощаю! — ухмыльнулся сосед. — Сегодня финансовая удача на моей стороне, в лотерею выиграл.
— Серьезно? Это по тем двум билетам, что мы вместе брали? — Линь Хуань поспешил к столу рыться в квитках. — И сколько ты выиграл?
Сосед махнул рукой, демонстрируя полное безразличие:
— Немного, немного, всего тысячу.
— Тысячу? — Линь Хуань проверил результаты: он купил билет за десять юаней, а выиграл пять, из-за чего моментально погрузился в глубокий дисбаланс. — Да ладно тебе, не заливай.
— Ха-ха-ха-ха, — сосед больше не мог сдерживаться и расхохотался, запрокинув голову. — Я сам поверить не могу, я ведь впервые купил! Черт, ну и везет же мне!
Чжоу Хао: «…………»
— Чего ты, брат Чжоу, не радуешься за меня?
— Да нет, — Чжоу Хао потер виски. — Просто в последнее время эту фразу слышу слишком часто.
Глава 8
Ночной рынок Синчэна был невероятно оживленным.
Шкворчание мяса, выпускающего жир на раскаленной железной плите, выкрики зазывал неподалеку, звон бокалов, непрекращающийся гул разговоров, глухие удары тесака, которым на чьей-то кухне рубили ребра — все это, смешиваясь, превращалось в колоритную и аппетитную картину, подсвеченную теплыми лампами закусочных.
Пышная хозяйка вынесла тарелку дымящихся раков, молодежь собиралась группками, натягивала одноразовые перчатки и, отбросив листья периллы, обнажала ярко-красные панцири, перебрасываясь словами за едой.
Чжоу Хао вошел в эту атмосферу своей статной походкой и сел на стул. Когда он это делал, мышцы его предплечья слегка напряглись, а бледно-голубые вены стали отчетливо видны, что выглядело по-своему притягательно.
Здесь не было кондиционеров, а людей было полно, поэтому стояла душная жара. Он расстегнул воротник, светлая рубашка распахнулась на груди, обнажая четкие ключицы.
Он был словно ветер, ворвавшийся в узкий переулок, совершенно не вписывающийся в эту улицу, пропитанную ароматом жареного масла.
Линь Хуань взял меню и начал заказывать: говяжий жир, аорту, хрящики, свиную грудинку, куриные крылышки, жареные на плите, а еще улиток и раков — от одних названий слюнки текли.
Чжоу Хао сидел рядом, копаясь в телефоне. Он отправил сообщение Мэн Цяо: Прости, сегодня вечером, скорее всего, не смогу зайти в игру.
К столу принесли упаковку добротного пива и с тяжелым стуком поставили на землю. Линь Хуань открыл несколько бутылок, взял одну в руки, взглянул и усмехнулся:
— Чжоу Хао, это ведь тот айдол, который тебе нравится?
Чжоу Хао бросил взгляд на упаковку: с неё на него смотрело молодое красивое лицо. Густые брови, большие глаза, на губах — насмешливая, дерзкая улыбка. Он нахмурился:
— Что за чушь ты несешь?
— Разве нет? Я видел, ты раньше постоянно смотрел его видео… Скажу прямо, поет он так себе, голос срывается на высоких нотах. Если не быть фанатом, слушать невозможно. Ты точно его любишь.
— Бред, — Чжоу Хао впервые выругался. — Не наливай мне, я это не пью.
Он выразил такое явное отвращение, что толстячок, выигравший в лотерею, тут же попросил хозяина принести нефильтрованного пива.
— Я имею право голоса в этом вопросе: брат Чжоу точно не любит этого парня-айдола. Помню, брат Чжоу еще спрашивал меня, кто из нас красивее — он или наш Чжоу Хао. Я ответил, что это, конечно, наш брат Чжоу!
Странно, но тогда Чжоу Хао выглядел так, словно хотел сам пойти на конкурс и дебютировать, чтобы переплюнуть всех этих идолов. Это был единственный странный случай.
Линь Хуань продолжил:
— Да сколько вообще людей выглядят так, как Чжоу Хао? Если он кого-то и полюбит, то будет выбирать того, кто ниже него по уровню, а не выше. Иначе как Чжоу Хао вообще сможет построить отношения?
Чжоу Хао:
— Кто сказал, что я не могу построить отношения?
Линь Хуань: «?»
Толстячок: «?»
Второй сосед: «??»
В смысле? Что-то намечается?
— Погоди-погоди, — ошарашенный Линь Хуань подцепил палочками кусочек битого огурца и протянул Чжоу Хао прямо к губам. — Дайте интервью, первый красавец университета, когда это ты успел стать свободным?
Чжоу Хао:
— Я не был несвободным.
— Эх! Зря радовались! — Линь Хуань отправил огурец себе в рот.
Только он хотел что-то сказать, как услышал слова Чжоу Хао:
— Но скоро, наверное, буду.
Линь Хуань снова молча протянул ему «микрофон», но Чжоу Хао оттолкнул его руку:
— Ты не можешь вести себя менее отвратительно?
Бедный огурец упал на землю. Линь Хуань был убит горем:
— Еду перевел! Ты хоть понимаешь, как это неуважительно по отношению к дедушке Юаню?
Чжоу Хао:
— Дедушка Юань выращивал огурцы?
Тема разговора окончательно сбилась, и толстячок решил спасти ситуацию:
— Постой, брат Чжоу, так что это значит? Кто тебе приглянулся? Кто она? Что за человек?
Чжоу Хао опустил глаза, глядя на личико миловидного мальчишки на бутылке, и почувствовал противоречивые эмоции.
Что за человек?
Можно ли считать Мэн Цяо человеком?
Немного милый, но…
— Немного проблемный человек.
— Да насколько он проблемный? — толстячок удивился, но не придал этому значения. — С твоим обаянием невозможно не справиться, брат, я верю в тебя!
Чжоу Хао усмехнулся.
Обаяние? Да тут даже суперспособности не помогут.
У Чжоу Хао был секрет, о котором никто не знал.
Он мог слышать мысли окружающих.
http://bllate.org/book/26822/3222975
Готово:
