Он не поддерживал общение с Гуань Цзинпином главным образом потому, что не хотел расстраивать Хэ Юнь.
Как только Хэ Юнь ушла на работу, Гуань Сюэси наконец нехотя поднялся с кровати.
Возможно, он никогда не испытывал на себе мучений от того, что приходится стоять в углу за опоздание, поэтому каждый день выходил из дома ровно впритык, добираясь до школы к самому звонку.
Накинув на плечо рюкзак, с горячим молоком в одной руке и телефоном в другой, Гуань Сюэси быстрым шагом спустился вниз.
Хотя жилой комплекс Минчжу и располагался в престижном районе — в самом центре города, в зоне обслуживания хороших школ, — цены на жилье здесь были пугающе высоки. Однако дом был построен очень давно, лет двадцать-тридцать назад, и в жилых корпусах не было лифтов, так что приходилось полагаться исключительно на собственные ноги.
Гуань Сюэси жил на пятом этаже. Он быстро спустился вниз и помчался к автобусной остановке, успев как раз к приходу нужного рейса.
Сегодня с самого раннего утра в классном чате творилось что-то невообразимое. С тех пор как он вышел из дома, телефон вибрировал без остановки. Лишь втиснувшись в автобус, Гуань Сюэси наконец открыл чат и бросил взгляд на сообщения.
【Группа по наведению суеты 11-го класса 16-й средней школы】
— Слышали новости? Во второй класс перевелся новенький.
— Перевелся и перевелся, что в этом такого?
— Парень или девушка?
— Парень. Говорят, невероятно красивый, в девчачьих чатах только об этом и шумят.
— Насколько красивый? Красивее нашего школьного красавчика Гуань Сюэси?
— Не знаю, я сама не видела. Слышала, что у него какое-то странное прошлое, говорят, человек он не из простых.
— В смысле?
— Понятия не имею.
— Ты что, совсем ничего не знаешь?
— Да не знаю я, сама поспрашивай, если интересно.
…
Автобус трясло, печатать было неудобно, да и особого любопытства Гуань Сюэси не испытывал, поэтому, пробежавшись глазами по переписке, он решил не участвовать в обсуждении.
В 16-й средней школе ученики, не проживающие в общежитии, должны были приходить к семи тридцати на утреннее чтение.
В семь двадцать девять Гуань Сюэси переступил порог задней двери класса и сел на последний ряд. Как только он скинул рюкзак и перевел телефон в беззвучный режим, его сосед по парте Сун Минли набросился на него, как на спасителя: — Добрый мой сосед, выручай! Дай списать математику!
— Не дам, — Гуань Сюэси расстегнул куртку школьной формы чуть ниже. Он и вправду поверил Хэ Юнь, когда она сказала, что похолодает, — как кто-то может называть температуру в двадцать шесть градусов похолоданием?
Юноше стало жарко, он с недовольством откинулся на спинку стула и, взяв тетрадь по математике, стал обмахиваться ею, безжалостно отвергая просьбу Сун Минли: — Старый Чжао сказал, что если еще раз позволит тебе списать у меня, то накажет нас обоих.
Старый Чжао был учителем математики в 11-м классе, а также преподавал во втором, где заодно являлся классным руководителем.
Сун Минли ответил: — Старый Чжао сейчас занят, на утреннее чтение он не придет.
— С чего ты взял? — Гуань Сюэси взглянул на него.
Сун Минли пояснил: — В наш второй класс ведь перевелся новенький, вот он и оформляет ему документы. Две минуты назад проходил мимо, направлялся в учебный отдел.
Он указал на коридор.
— Кстати, знаешь? Ходят слухи…
Сун Минли вдруг понизил голос, огляделся по сторонам и тихо сказал Гуань Сюэси: — У этого новенького какое-то мутное прошлое, кажется… раньше он был малолетним преступником.
— А? — Гуань Сюэси замер с тетрадкой в руках, не расслышав. — Кем?
Сун Минли говорил на безупречном путунхуа, и Гуань Сюэси не был тугоухим — он всё прекрасно слышал, просто понятие малолетний преступник было настолько далеко от его привычной жизни, что он не сразу осознал смысл сказанного.
Спустя несколько секунд, обдумав услышанное, Гуань Сюэси произнес: — Ого… правда, что ли?
— Наверное, правда.
Сун Минли не был уверен — он сам услышал это от других. Подобные сплетни передавались из уст в уста, и уже было невозможно найти первоисточник. Но дыма без огня не бывает, так считал Сун Минли.
В конечном счете, это была сущая мелочь, и он не стал забивать себе голову. Сейчас куда важнее было поскорее закончить домашнее задание по математике, которое нужно было сдавать с минуты на минуту.
Сун Минли заискивающе улыбнулся, забрал у Гуань Сюэси тетрадь и принялся яростно списывать.
16-я средняя школа была лучшей в городе Фэндэ и занимала высокие позиции не только в провинции, но и во всей стране.
Каждый набор в первом классе состоял из отличников, настоящих гениев учебы. Им было мало заданий, которые давали учителя, куда уж там списывать чужую работу.
К тому же в первом классе действовала система ротации: в конце каждого семестра, если успеваемость пяти худших учеников не соответствовала требованиям, их переводили в другие классы, а на их место приходили лучшие из других потоков.
Поэтому нагрузка на учеников первого класса была огромной, все учились на износ. Сун Минли же был исключением: он попал сюда благодаря связям и деньгам и слыл местным старожилом — как бы он ни учился, его никогда не переводили в другой класс.
Гуань Сюэси не знал, сколько денег вбухал отец Сун Минли, да и не удивлялся.
В 16-й средней школе дети влиятельных родителей встречались так же часто, как и круглые отличники. Сам Гуань Сюэси был одним из них — сын главы района, как считали остальные, хотя сам он так не думал.
Ему казалось, что гордиться своим происхождением — признак скудоумия, ведь только те, кому нечем блеснуть в учебе, пытаются вернуть себе достоинство фразами вроде мой папа такой-то.
Конечно, вслух он этого Сун Минли не говорил.
Не бьют же того, кто улыбается. Сун Минли не сделал ему ничего плохого, напротив — чтобы иметь возможность списывать задания, он усердно выполнял роль младшего товарища.
Гуань Сюэси разрешил ему списать и физику.
Сун Минли тут же окрестил его мужчиной-бодхисаттвой и рассыпался в благодарностях.
Пережив два первых урока, во время большой перемены, в качестве благодарности за доброту бодхисаттвы, Сун Минли решил поделиться с Гуань Сюэси свежими подробностями, которые узнал пять минут назад.
Речь снова шла о том самом новеньком.
Не то чтобы он был одержим этим парнем, просто тот оказался слишком приметным. Сегодня утром вся школа шепталась о нем, а в классных группах уже гуляло множество украдкой сделанных фотографий.
Если бы в школу просто перевелся красивый парень, это вызвало бы небольшую рябь, но не более. Точно так же, если бы пришел тот, кто раньше был малолетним преступником, люди просто лишний раз посмотрели бы в его сторону, не поднимая шума.
Но когда эти два факта соединились — красивый парень, который сидел в тюрьме, — эффект разорвавшейся бомбы удвоился. Каждый таращил глаза и спрашивал: А это правда? Не вранье? Как же это страшно!
http://bllate.org/book/26781/3212767
Готово:
