Он думал про себя: что он имеет в виду, что он имеет в виду, неужели он и правда собрался за мной ухаживать!
И это он ещё не поскупился на миску тушёной лапши за шесть юаней да два чайных яйца!
Внутренний мир Цзи Фаньзюня метался из стороны в сторону. На самом деле он вовсе не собирался пренебрегать завтраком, просто ему казалось, что этот старый хрен какой-то подозрительный. Притворяется! Корчит из себя такого простого и деревенского.
Да кто из простых людей попрётся с утра пораньше клеиться к кому-то!
Цзи Фаньзюнь убеждал себя: всё равно делать нечего, подыграю этому старому хрену. Пару дней, всего пару дней.
Поэтому он с самым радостным видом принял завтрак, искренне поблагодарил и с таким обиженным видом заявил, что не хочет идти к врачу. Цзи Фаньзюнь считал, что сыграл просто великолепно.
Он определил своё амплуа так: суперзвезда, которая держится ближе к народу.
Однако его образ рассыпался так же быстро.
Вернее, он даже не успел толком войти в роль.
Лю Цзюнь спросил его:
— Ты случайно не собирался выходить?
— Хотел спуститься вниз за водой, — ответил Цзи Фаньзюнь. — В гостинице за всё отвечают сестра Чжао и братец Цзянь, они и так загружены, неудобно лишний раз просить их носить вещи наверх.
— Я куплю, — сказал Лю Цзюнь, поднимаясь на ноги, и тут же добавил: — Каши не хочешь?
Цзи Фаньзюнь тоже поднялся и произвел дежурную вежливость:
— Что за неудобство, как я могу тебя утруждать... — но договорить не успел. Проследив за взглядом Лю Цзюня, упавшим на мусорное ведро у журнального столика, он осекся, а натянутая улыбка снова застыла на лице.
В ведре лежали те самые импортные розовые яблоки, которые он выбросил вчера.
Эту дрянь он не переносил и терпеть не мог. Перед сестрой Чжао он изо всех сил изображал благодарность, уверял, что безумно любит такие лакомства и обязательно всё съест, а вернувшись в комнату, тут же швырнул их в урну.
Он был именно таким человеком — мастером притворства.
Но он никак не ожидал, что его раскусят.
Подняв глаза, он поймал насмешливый изгиб губ Лю Цзюня и почувствовал себя так, будто читает разгромную рецензию на собственную актёрскую игру. Нет, даже хуже, чем рецензию.
Цзи Фаньзюнь всё ещё пытался держаться и лихорадочно соображал, какое бы оправдание придумать.
Лю Цзюнь заговорил первым:
— Завтрак, который я купил, не выбрасывай. Вернусь — сам съем.
Лю Цзюнь улыбался, но смысл этой улыбки ускользал от Цзи Фаньзюня.
Лю Цзюнь зашагал к выходу, даже не задерживая на нём взгляд, но уже взявшись за ручку двери, бросил через плечо:
— Чайные яйца должны быть нормальными, тот лоток очень чистый, если проголодаешься, перекуси пока ими.
Эй, твоё снаряжение выпало
Стоило Лю Цзюню переступить порог комнаты Цзи Фаньзюня, как его телефон тут же зазвонил.
Это были Цю Вэй и Цзян Лай, дежурившие у мониторов видеонаблюдения. Едва соединение установилось, они засыпали его вопросами:
— Что случилось? С этим мелким актришкой что-то не так? Он что, видел, как ты заходил в соседнюю комнату? Почему ты сразу сбросил звонок? Если бы мы не боялись, что нас сцапают первыми, мы бы уже сами в полицию позвонили!
Лю Цзюнь пропустил все вопросы мимо ушей и приказал:
— Сяо Цю, сделай более чёткую версию тех трёх фотографий, что я только что скинул. Четкость должна быть такой, чтобы можно было пересчитать отверстия в крышке канализационного люка. Сяо Цзян, ускорь обход по списку пропавших без вести из твоего списка, приезжай в порт Пиннин как можно скорее.
Отдав распоряжения, он отключился. Цю Вэй на том конце провода только вздохнул:
— До чего же унизительная у нас работа.
Впрочем, к этому можно привыкнуть. Жили и работали они почти всегда втроём. Сам Лю Цзюнь порой казался невероятно крутым парнем, который игнорирует окружающих, но на деле это объяснялось лишь тем, что он банально клевал носом и ему было лень открывать рот. Иногда же он включал командирский тон, раздавал указания направо и налево и даже не удосуживался ничего объяснять.
Впрочем, чаще всего эта начальственная манера просто жутко раздражала.
Спустившись в вестибюль гостиницы, Лю Цзюнь спросил сестру Чжао:
— Можно одолжить кухню?
Он даже не поздоровался, сразу перейдя к делу.
Сестра Чжао болтала с кем-то на крыльце и, не поднимая головы, бросила:
— Пожалуйста, двенадцать юаней в час.
Лю Цзюнь подошёл ближе, отсканировал QR-код на стойке администратора и перевёл три тысячи. Звуковое оповещение о поступившей сумме заставило сестру Чжао обернуться, а ошеломлённый А Цзянь даже переспросил, не ошибся ли тот с нулями, но Лю Цзюнь бросил короткое «всё верно» и вышел на улицу.
Он направился в небольшой магазинчик в конце улицы, купил там пятилитровую бутыль минеральной воды, расплатился, но у самого выхода вдруг вернулся и тщательно, со вкусом набрал риса, растительного масла, соли, соусов и уксуса.
Покупая всё это, он был на удивление разговорчив. Начал с дежурной фразы: «Здесь, наверное, отлично торговать продукты, прямо напротив же стройка», а затем с совершенно бесстрастным лицом принялся рассказывать:
— У меня знакомый на стройке работал, произошел несчастный случай. Больше недели искали, пока не нашли на дне бетономешалки.
Никакой актёрской игрой тут и не пахло, но от этого рассказ звучал как обычное праздное болтание за жизнь, так что у продавщицы не возникло ни малейших подозрений.
Продавщица заметила, что лучше всего у них обычно расходятся сигареты с алкоголем, а потом повернулась к коллеге, раскладывавшему товар:
— Слышь, а на Западной пристани ведь пропадал кто-то? У нас ещё объявления о розыске расклеивали.
Тот отозвался:
— Да брось ты, потом же выяснилось, что он просто сбежал, потому что задолжал всем подряд. Ты совсем с дуба рухнула, всё в кучу валить.
Они перекинулись ещё пара фразами на местном диалекте, из которых Лю Цзюнь понял далеко не всё да и не собирался ввязываться в беседу. Сохраняя непринуждённый вид, он заметил:
— Если б онвалился в раствор да никто не заметил, его бы, наверное, уже в стену замуровали.
Сотворив эту «ужасающую» историю, Лю Цзюнь заставил обоих продавцов разговориться. Неторопливой походкой он подошёл к кассе и перед самым расчётом, будто вспомнив что-то, вернулся вглубь зала и выбрал термос для еды.
Между делом ему удалось зацепить пару полезных крупиц информации: судя по всему, на близлежащей стройке действительно кто-то пропадал.
Пропавший был нездешним, никто толком не знал, уехал ли он на родину или сбежал куда глаза глядят, в конце концов дело замяли и всем стало плевать.
Лю Цзюнь никогда не полагался на интуицию, но в деле, где не было ни единой зацепки, где нельзя было с уверенностью назвать ни убийцу, ни жертву, оставалось только перебирать крошечные детали одну за другой.
Не жалея сил, он заново наполнил руки тяжёлой бутылью и банками-склянками, но в гостиницу возвращаться не спешил.
Стоя на балконе в номере Цзи Фаньзюня, он мимоходом приметил дороги внизу, а теперь сделал небольшой крюк и заглянул на рынок за мясом и зеленью, после чего заскочил в крошечную аптеку за лекарством от простуды.
По дороге на рынок, тяжело нагруженный пакетами, он время от времени останавливался, чтобы перехватить ношу поудобнее, и всякий раз замирал над каждым попавшимся на пути канализационным люком.
Покупая лекарство в аптеке, он как бы между прочим пожаловался на местный климат в порту Пиннин, из-за которого по ночам невозможно нормально уснуть, и поинтересовался, легко ли здесь достать снотворное.
http://bllate.org/book/26694/3197570
Готово:
