Бай Цзыянь произнес:
— Всё действительно оказалось так, как я и предполагал: у тебя огромный талант. Вот только этот Духовный Корень поврежден, его нужно восстановить, чтобы ты мог продвинуться дальше.
Говоря это, он протянул руку и коснулся живота Е Хуана в области даньтяня, а в его глазах читалась сплошная тревога.
Е Хуан приоткрыл рот.
Но не успел он ничего сказать, как из-за двери донесся чей-то голос:
— Цзыянь, вчера я слышал, будто ты нашел себе маленького ученика и души в нем не чаешь. Я думал, они шутят, а оказалось — правда.
Ишь ты, неужели этот мальчишка чем-то тебя очаровал? Как быстро ты решил спрятать сокровище в тихом уголке!
Услышав этот голос, Е Хуан невольно нахмурился.
Если бы составлялся список тех, кого он больше всего ненавидел в этом мире, то Чэнь Минфэй, как старший ученик Бай Цзыяня, определенно занял бы в нем одно из первых мест.
Впрочем, лишь одно из первых, но далеко не абсолютное первое.
А первое место принадлежало владельцу того самого голоса, который звучал сейчас. Закадычному другу Бай Цзыяня и нынешнему старейшине секта — Дуань Сюньцину.
Е Хуан был младшим учеником Бай Цзыяня, но до того, как они встретились, Бай Цзыянь провел в одиночестве целую тысячу лет.
Что он пережил за это время, с чем сталкивался — Е Хуан почти ничего не знал. Даже Чэнь Минфэй не владел детальной информацией, и лишь Дуань Сюньцин ведал обо всем прошлом Бай Цзыяня и разделял с ним все эти прожитые годы. Самое главное — он тоже любил Бай Цзыяня.
Это был не просто бездумный вывод Е Хуана, продиктованный ревностью, а признание, которое Дуань Сюньцин сделал лично.
То было прошлое, вспоминать о котором Е Хуан хотел меньше всего.
Ибо он отчетливо помнил румянец, заливший щеки Бай Цзыяня, когда Дуань Сюньцин произнес те слова признания.
Именно этот легкий румянец в одно мгновение довел всю зависть в сердце Е Хуана до предела. И именно эта чуть заметная, мягкая улыбка подтолкнула стоявшего на краю пропасти Е Хуана к впадению в демоническое искажение.
Ответил ли Бай Цзыянь на чувства Дуань Сюньцина, Е Хуан не знал.
Потому что, обратившись демоном, он потратил целое столетие на то, чтобы усмирить безумную ци демона, бушевавшую в его теле, попутно взойдя на престол Владыки Демонов. А следующим его шагом стало похищение Бай Цзыяня и насильственная женитьба.
В тот период до него не доходило никаких вестей о том, что Бай Цзыянь и Дуань Сюньцин сошлись.
Вернее, он инстинктивно игнорировал подобные слухи, да и знать не желал, что между ними происходило.
В данный момент, столкнувшись с заклятым врагом, Е Хуан желал лишь одного: схватить клинок и прикончить этого ублюдка еще до того, как тот успеет сделать свое признание.
А Дуань Сюньцин, уже шагнувший во двор, совершенно не замечал исходящей от него жажды убийства. Напротив, он с улыбкой поприветствовал Бай Цзыяня и, небрежно бросив взгляд на Е Хуана, произнес:
— Этот пацан выглядит довольно внушительно, но люди говорят, что у него сломан Духовный Корень. Эту хреновину восстановить непросто, ты уверен, что хочешь ввязываться в эту мутную воду?
Бай Цзыянь спокойно кивнул:
— Я знал об этом с самого начала, но раз уж я выбрал его своим учеником, то приму и все его проблемы. Хлопот, конечно, маловато не будет, но неразрешимых задач не существует. Я уже всё решил, можешь больше не отговаривать.
Бай Цзыянь высказался предельно твердо, не оставив Дуань Сюньцину ни малейшего шанса на возражение.
Тот прекрасно знал его нрав, поэтому лишь покачал головой и действительно оставил попытки убеждать.
Достав из-за пояса флягу с вином, Дуань Сюньцин поставил ее на стоявший рядом стол и сказал:
— Меня не было так долго, на обратном пути я узнал кое-какие новости и захватил тебе флягу вина.
Дуань Сюньцин был странствующим старейшиной секты: он проводил в разъездах все четыре сезона года и возвращался крайне редко. И каждый раз, возвращаясь, он неизменно приносил с собой флягу вина и ворох новостей из внешнего мира.
Одним из немногих увлечений Бай Цзыяня было пригубить чашечку-другую, поэтому при виде фляги его глаза мгновенно засияли.
Сделав шаг вперед, он поднял ее, отвинтил крышку и поднес к самому носу, втягивая аромат. Пьянящий запах заставил его улыбку стать еще шире, после чего он обратился к Дуань Сюньцину:
— Что за новости ты привез?
Дуань Сюньцин ответил:
— Касательно Северного моря — говорят, там в последнее время непрерывно колеблется духовная сила. Похоже, собирается открыться тайное царство. Можешь потихоньку готовиться, как только оно откроется, отправимся туда вместе и всё посмотрим.
В мире бессмертных тайные царства были обычным делом.
Тем более что это событие уже фигурировало в воспоминаниях из его прошлой жизни, так что Бай Цзыянь лишь безмятежно кивнул, не придавая услышанному особого значения.
Дуань Сюньцин снова бросил взгляд на стоявшего рядом Е Хуана и наконец махнул рукой:
— Ладно, продолжай учить своего ученика, не буду вам мешать. Вино обязательно выпей, нечего добру пропадать.
Бай Цзыянь лучезарно улыбнулся:
— Не переживай, не пропадет.
Наблюдая за их переглядываниями, Е Хуан едва не захлебнулся от ревности.
Как только Дуань Сюньцин удалился, Е Хуан тут же перевел взгляд на Бай Цзыяня. Изобразив на лице любопытство, он спросил:
— Учитель, кто это был? Похоже, вы очень близки.
— Конечно близки, я же забыл тебя представить, а этот увалень слишком быстро ушел.
Бай Цзыянь виновато улыбнулся:
— Он старейшина нашей секты, можно сказать, самый доверенный мне человек. Если вдруг меня не окажется рядом и ты столкнешься с какой-то проблемой, смело обращайся к нему за помощью. В следующий раз, когда мы увидимся, я обязательно познакомлю вас как положено.
Е Хуан изо всех сил старался сдерживать эмоции, сохраняя на лице невозмутимое выражение:
— Учитель и правда так сильно доверяет этому человеку?
Бай Цзыянь кивнул:
— Мы ведь общаемся уже тысячу лет. За столь долгий срок мы досконально изучили друг друга. Судя по всему, что он мне показывает, он считает меня своим лучшим другом. Если все это было ложью... что ж, если он притворялся целую тысячу лет, я буду лишь восхищаться им.
Сказав это, Бай Цзыянь снова улыбнулся.
Он повернулся, достал из комнаты две чашки и откупорил принесенную флягу, разливая вино.
Придвинув одну из чашек к Е Хуану, он произнес:
— Я думал выпить один, но потом подумал, что по меркам простых людей ты уже вполне взрослый. Так что составить мне компанию за питьем, пожалуй, вполне допустимо.
http://bllate.org/book/26496/3170943
Готово:
