Чтобы только что умершие люди не поднимали шум и не суетились почем зря, за ночь до их смерти Лань Фу являлся к ним во сне и заранее успокаивал.
А живым душам оставалось лишь подождать в похоронном бюро: Лань Фу и Призрачные Солдаты сами приходили за ними, а когда Хэй-бай У-чан освобождались, их всех вместе уводили на Дорогу Желтых Источников.
Но беда была в том, что Святой Правитель еще не успел официально вступить в должность, как бесследно исчез.
Лань Фу сгорал от нетерпения: в Горы Куньлунь, Небесный Мир и даже во все Царство Мертвых разослали всех, кого только можно было отправить, приказав во что бы то ни стало отыскать Святого Правителя.
Однако работу нельзя было бросать на произвол судьбы, и сегодня Лань Фу как раз пришел за живыми душами новопреставленных.
Возможно, из-за того, что их предупредили заранее, у этих душ почти не осталось предсмертных желаний. Сообразив, что в Царстве Мертвых больше не удастся отвезти душу за вкусной едой, они в восьмидесяти процентах случаев требовали одного — поесть.
Поесть так поесть, но они же набросились на еду и стали без конца втягивать в себя ароматы, полностью вытягивая из кушаний всю эссенцию, оставляя после себя лишь безвкусную, похожую на воск массу.
Из-за этого всё и выглядело как паранормальное явление, попутно распугав двух поваров...
Заметив, что живые души поплыли в сторону столовой, Призрачный Солдат хлопнул себя по лбу — он снова забыл напомнить им поменьше втягивать запах, — но, взглянув на молчаливо стоявшего Лань Фу, почувствовал, как защипало в носу.
— Святой Правитель... интересно, когда же удастся его отыскать? — вздохнул Призрачный Солдат.
Лань Фу скосил глаза, и его мягкое лицо покрылось печалью:
— Обязательно отыщём.
На самом деле он прекрасно понимал: раз над Горами Куньлунь не наблюдается никаких аномалий, это значит, что Святой Правитель всё еще в мире смертных.
Но сам он не получал никаких сигналов о помощи и не мог уловить чужой ауре, а значит, вероятно, дело было в том, что тот временно лишился духовной силы.
Призрачный Солдат слегка кивнул. Поддавшись праздному любопытству и изрядно колеблясь, он осторожно спросил:
— Левый Посланник Лань, почему Святой Правитель запечатал свою духовную силу?
Задав вопрос, он понял, что сморозил глупость, и едва не прикусил язык от испуга.
Лань Фу слегка поджал губы и тихо напомнил:
— Это не то дело, о котом вы-вы-вы-вы... о котором нам позволено спрашивать.
Призрачный Солдат замер:
— ??
Это у него в голове заело?
— Левый Посланник Лань, с вами... всё в порядке?
Лань Фу до смерти разозлился и, фальшиво кашлянув, произнес:
— Я-я-я-я-я... я в полном порядке!
Призрачный Солдат, казалось, сделал потрясающее открытие.
Кто бы мог подумать, что этот добросердечный, нежный и хрупкий на вид книжник, Левый Посланник, на самом деле заика? Впрочем, казалось, что дело обстоит иначе.
Пока он опущенной головой ломал над этим голову, собеседник бросил на него мягкий взгляд, острый, как лезвие меча, — словно иголки, спрятанные в шелке.
Призрачный Солдат торопливо опустил голову еще ниже: при всей своей жгучей любознательности он не смел тыкать человека в его слабые места, думая про себя, что идеальных людей и впрямь не бывает.
В тот день, когда в Зале Яньло увидели Хуа Ци и Лань Фу, все еще тайком сравнивали их между собой.
Хуа Ци отличался холодным нравом, и поговаривали, что методы расправы над злыми духами у него были просто непостижимые. Он довел до совершенства Дхарма-тело Семилепесткового Лотоса, так что стоило ему коснуться чьей-то души, как та мгновенно рассыпалась в прах. Стоило лишь представить это, как по спине пробегали три слоя холодного пота.
По сравнению с ним Лань Фу был куда приятнее в общении, а поскольку они оба являлись подчиненными, с ним было намного проще найти общий язык.
Ми Сяосяо совершенно не подозревал, что рядом с ним стоят два призрака. Раскачивая бедрами и выписывая кренделя, он вовсю наслаждался танцем и уже собирался закончить выступление шпагатом, как в столовой поднялся шум.
Разве можно поругаться из-за еды? Просто уму непостижимо.
Он выключил музыку и собрался зайти внутрь, чтобы посмотреть, в чем дело.
А Призрачный Солдат воспользовался моментом, чтобы уйти на поиски живых душ — он опасался, что Лань Фу, поразмыслив над всем как следует, решит заставить его замолчать навсегда.
И человек, и призрак ушли, и оставшийся в одиночестве Лань Фу тоже почувствовал себя не в своей тарелке. Шагнув вперед, он решил последовать за ними и тоже поглазеть на чужие страсти.
Едва Ми Сяосяо переступил порог, как увидел сидящих за столом Ян Цзюня и Чжао Луня. В их тарелках еще оставалась большая часть рисовой лапши, в то время как Хэ Мин уперся ногой в ножку стула, раскрасневшись до такой степени, что с первого взгляда казался готовым сожрать любого живьем.
Ми Сяосяо сразу понял: это наверняка Хэ Мин привязался к ним и устроил скандал, из-за чего Ян Цзюнь с товарищем не смогли спокойно доесть.
Хэ Мин бросил косой взгляд на вошедшего Ми Сяосяо и полностью проигнорировал его. Постучав палочками по стоявшей перед ним пустой тарелке, он процедил:
— Братец Ян, братец Чжао, вы тут перегибаете палку. Могли бы оставить мне хоть чуть-чуть, я ведь сегодня работал не меньше вашего!
Ян Цзюнь, Чжао Лунь и Хэ Мин давненько были старыми напарниками. Трое закоренелых холостяков держались вместе и целыми днями пропадали в похоронном бюро, даже на аренде жилья экономя.
Хотя они отрабатывали и дневные, и ночные смены, после завершения работы можно было отдыхать. Если не считать не слишком фиксированного времени для сна, особого утомления это не приносило.
Дневной повар готовил на уровне обычной столовой для рабочих, да и ночные до него — примерно так же: ели лишь бы наесться, о какой-то изысканности речи не шло.
Но сегодня всё было иначе.
Еда, приготовленная Ми Сяосяо, не только источала все более восхитительный аромат, но и на вкус оказалась просто бесподобной — такой, что от палочек невозможно было оторваться.
Хэ Мин вошел следом за ними с небольшим опозданием, когда те уже наложили себе еду и вовсю уплетали ее.
Этот запах донесся до Хэ Мина, разбудив жуткий аппетит и заставив почувствовать себя голодным до безумия.
Забыв о том, что еду приготовил «злосчастный вестник беды», он радостно схватил миску с палочками и поспешил на кухню. Но стоило ему приподнять крышку, как перед ним предстал лишь пустой таз — ни лапши, ни фрикаделек не осталось ни крошки.
Даже остатки на дне посуды были выскребены абсолютно чисто.
Подойдя ближе, Ми Сяосяо услышал, как прямолинейный Чжао Лунь поднялся с места и принялся оправдываться:
— Братец Хэ, мы с братом не лишены чувства меры. Тебе ведь оставили порядочную порцию, с чего ты взяв, что мы ничего не оставили?
Поглаживая урчащий живот, Хэ Мин ответил ему с мрачным лицом:
— Вы вдвоем можете языком молоть что угодно, вдвоем против одного я вас не переспорю, но так это не останется! Завтра же пойду к директору Цай искать справедливости!
На самом деле Хэ Мин разозлился не только из-за отсутствия еды. Он в принципе питал неприязнь к Ми Сяосяо и прекрасно видел, что Цай Хань и эти двое сидевших перед ним парня почему-то были весьма хорошего мнения о новичке.
Как говорится, с теми, у кого взгляды не сходятся, каши не сваришь.
Он и так вошел в комнату злым, а услышав, как оба нахваливают кулинарное мастерство Ми Сяосяо, разъярился еще сильнее.
А уж увидев, что еды не осталось вовсе, он и вовсе воспылал праведным гневом и больше не желал сдерживаться.
Не успел Ми Сяосяо и слова сказать, как Хэ Мин перевел на него прицел и выпалил:
— А ты! Ты что, специально не стал готовить порцию для меня? И как это называется? Личные счеты сводишь?!
— Если болен — иди лечись, а не цепляйся здесь ко всем подряд, как бешеная собака, — Ми Сяосяо не собирался с ним сюсюкаться.
Хэ Мин яростно хлопнул ладонью по столу, так что лежавшие на нем миски с палочками подскочили:
— Да как ты смеешь так разговаривать со старым сотрудником! Похоже, ты вовсе не хочешь проходить испытательный срок!
http://bllate.org/book/26479/3168806
Готово:
