Чжан Цун считал, что Шэнь Ши ведет себя как-то странно. Он не знал, мерещится ли ему, но ему казалось, что братец Шэнь Ши не только не разозлился, а, напротив, выглядел даже довольным.
— Братец Шэнь Ши, такой наглец, как Янь Сяоцин, совершенно не знает берегов, его нужно сурово наказать, чтобы он запомнил это на всю жизнь, — возмущался Чжан Цун. — Те, кого держит мой младший дядя, перед ним даже голоса посметь повысить не смеют.
Цзинь Шэньши листал документы, полностью игнорируя Чжан Цую.
— Братец Шэнь Ши, ты слышишь, что я говорю?
Цзинь Шэньши поднял голову и спокойно произнес:
— Я понял. — Он приподнял подбородок, указав на дверь: — Можешь идти.
Чжан Цун крайне встревожился:
— Братец Шэнь Ши, я настоятельно советую тебе жестоко наказать Янь Сяоцина.
В деловом мире Цзинь Шэньши был изощрен и коварен, добиваясь успеха во всем, однако в делах сердечных он был абсолютным новичком и легко поддавался обману.
Янь Сяоцин выглядел до того соблазнительно, что с первого взгляда было ясно: этот человек не успокоится. Рыночные цены он тоже знал: хотя Янь Сяоцин был хорош собой, цена в сто миллионов в год была явно завышена.
И пусть для братца Шэнь Ши сто миллионов были сущим пустяком, он терпеть не мог, когда его друзья оставались в дураках.
Цзинь Шэньши оторвал мысли от рабочих документов и, слегка растерянно бормоча, спросил:
— Как именно наказать?
Раз уж было выплачено столько денег, нужно выжать из этого человека все до последней капли. Чжан Цун придумал надежнейший план:
— Гонять его до потери пульса, чтобы неповадно было шлындать где ни попадя.
Цзинь Шэньши:
— …
Уголки его губ чуть приподнялись:
— Неплохая идея.
Чжан Цун снова полез в телефон:
— Смотри, он ведь даже твой Veneno угнал, припарковал прямо на площадке IFS, вокруг толпа зевак собралась.
Цзинь Шэньши бросил взгляд на экран:
— Снято неплохо.
Чжан Цун:
— …
Ты хоть разозлись! С каких это пор у его братца Шэнь Ши стал такой ангельский характер?
Секретари сменились, и Секретарь Чжан, стуча каблучками, вбежала мелкими шажками в кабинет, виновато произнеся:
— Господин Цзинь, извините, господин Чжан ворвался силой, мы не смогли его остановить.
Цзинь Шэньши бросил на нее суровый взгляд и резко бросил:
— Завтра можешь не приходить!
Лицо Секретаря Чжан то бледнело, то краснело. Она попыталась было оправдаться, но другие секретари, дежурившие у дверей, уже увели ее.
Никакой жалости к хрупкой красоте, всё строго по правилам — вот это был его братец Шэнь Ши!
Только что ему на мгновение показалось, будто под маской братца Шэнь Ши скрывается самозванец.
— Чжан Цун, я угощаю тебя обедом.
— Куда пойдем?
— В IFS.
IFS — отлично, Янь Сяоцин все еще там, как раз получится застать его с поличным.
Янь Сяоцин как раз покупал нижнее белье. По книге Янь Сяоцину было двадцать лет, сам же он изначально родился двадцать четыре года назад, и как раз в этом году наступил его год рождения по зодиаку. Стоило прикупить пару красных трусов, чтобы отгонять злых духов.
У девственника Янь Сяоцина таился еще один маленький секретик: он хотел приобрести несколько вещиц получше, чтобы надевать их в самые интимные моменты.
Расплатившись картой после покупки, Янь Сяоцин заметил, что за ним кто-то хвостом ходит. Сначала он подумал, что это телохранители Цзинь Шэньши, приставленные следить за ним.
Всмотревшись внимательнее, он ахнул: да это же красивая женщина!
Неужели купленное исподнее придется пустить в ход так быстро?
Хе-хе, несколько неожиданно!
Толковые люди готовы в любую минуту, и то, что он пробыл одиноким столько лет, определенно имело свои причины.
Женщина, заметив, что Янь Сяоцин ее раскусил, ничуть не смутилась. Она просто и непринужденно вышла из укрытия и предложила Янь Сяоцину посидеть в кофейне.
Хотя Янь Сяоцин и был голодным до ласки девственником, размениваться по мелочам он не собирался. Женщина выглядела ярко и броско, но к его любимому типу не принадлежала.
И все же он принял ее приглашение.
Джентльмен Янь Сяоцин хотел вежливо отказаться, чтобы не ставить даму в неловкое положение перед лицом публики.
Была и еще одна причина: это была первая в его жизни женщина, увязавшаяся следом за ним, и он был несколько польщен.
Янь Сяоцин выбрал ресторанчик, казавшийся особенно дорогим, и они уселись друг напротив друга.
— Меня зовут Лю Юэцзяо, — женщина сняла темные очки, открывая лицо с густым макияжем.
Клан Лю и Клан Цзинь состояли в давнем родстве и дружбе. Пару дней назад, уловив намерения отца, Лю Юэцзяо узнала, что Клан Лю и Клан Цзинь могут рассмотреть вариант коммерческого брака. Не успела она порадоваться и двух дней, как до нее дошли слухи о существовании некоего Янь Сяоцина.
Конечно, в браках по расчету союз поддерживается интересами семей, а не чувствами, но она была уверена в своих силах и планировала прочно занять кресло законной главной жены Цзинь Шэньши.
Ее матушка была классической богатой госпожой из высшего света, чей ежедневный распорядок состоял из макияжа, нарядов, отбеливания кожи, фитнеса и бесконечной борьбы умов с любовницами мужа.
Подобных Янь Сяоцину она повидала немало. Тот просто продавал свою молодость за деньги, таких можно было отделать парой купюр.
— Меня зовут Янь Сяоцин. — Янь Сяоцин подумал, что у Лю Юэцзяо какая-то странная манера держаться: она была чересчур заносчива и совсем не похожа на человека, который им увлечен.
— Слышала, ты сейчас живешь у Цзинь Шэньши? — Лю Юэцзяо закинула ногу на ногу, покусывая дужку солнечных очков, и ее манера общения сочилась высокомерием.
Ах вот оно что, снова безумная фанатка Цзинь Шэньши.
Какая досада, весь энтузиазм мгновенно улетучился, она ведь не за ним ухлестывала.
— Товар распродан, больше ничего нет. — Янь Сяоцин открыл меню на планшете, переходя в режим выдворения гостьи.
— Вот как? А я вот слышала такую поговорку: с деньгами и черти за мельницы берутся. — Лю Юэцзяо извлекла из сумочки карту, положила ее на стол и пододвинула к Янь Сяоцину: — То, что я хочу купить, у господина Яня наверняка найдется.
Снова черная карта?
Янь Сяоцин поднял голову и окинул Лю Юэцзяо оценивающим взглядом. На ней были сплошь брендовые вещи — сразу видно человека, у которого водятся деньги.
Динь!
Купленные сегодня сумочки Hermes Birkin и Chanel как раз можно было ей сбыть. Это были женские сумки, самому ему они были ни к чему, а из-за высокой цены продать их было трудно.
Его приятели по тусовке в основном были скрытыми геями с утонченными замашками — в душе они еще те шалуны, но внешне вполне нормальны, и до использования дамских сумочек дело у них пока не дошло.
Все сумки, что он накупил, были хитами продаж, рекомендованными консультантами, и такая поверхностная девица, как Лю Юэцзяо, непременно должна была ими прельститься.
— Не нужно карту, сделайте перевод напрямую, — сказал Янь Сяоцин.
— Сколько тебе нужно? — услышав, что дело сдвинулось с мертвой точки, Лю Юэцзяо ужасно обрадовалась.
Сидя напротив на близком расстоянии, она заметила, что кожа Янь Сяоцина просто великолепна — не видно ни единой поры, она такая нежная, что так и хотелось протянуть руку и ущипнуть.
Изящная внешность как раз соответствовала идеалу первой любви, за которым гонялись богатеи, и он казался еще чище тех девиц, что подыскивал ее отец.
Она думала, что придется потратить куда больше красноречия, а все решилось с одного слова.
— Один миллион двести тысяч. — Янь Сяоцин прикинул в уме: себестоимость составляла примерно миллион. Теперь эти вещи номинально принадлежали Цзинь Шэньши, а раз Цзинь Шэньши содрал с него сто тысяч даже за сделанную им самим вазу, то накинуть еще двести тысяч было вполне в порядке вещей.
Отбросив миллион затрат, чистая прибыль составляла двести тысяч. Позже можно будет потолковать с Цзинь Шэньши и посмотреть, не перепадет ли ему хоть какая-то доля за труды.
— Без проблем, жду от вас хороших новостей, господин Янь. — Лю Юэцзяо сияла от радости. Она думала, что с такой внешностью Янь Сяоцин запросит баснословную сумму, а он попросил всего миллион двести тысяч. Сущий пустяк, меньше ее карманных расходов на полмесяца.
Завершив перевод, Янь Сяоцин продолжил выбирать блюда:
— Госпожа Лю, назовите ваш адрес.
— Что? В смысле? — изумилась Лю Юэцзяо. Она вовсе не желала, чтобы Цзинь Шэньши был в курсе всех этих махинаций, ведь об их браке еще и речи не заходило. — То, что я перевела тебе деньги, должно оставаться в строжайшем секрете.
Янь Сяоцин: — ??
Бросив эти слова, Лю Юэцзяо надела темные очки и в панике ретировалась.
Янь Сяоцин: если адрес не назван, как он должен отправить товар? Неужели эта дамочка заявилась сюда ради покупки пустоты?
Не успела Лю Юэцзяо скрыться, как Цзинь Шэньши переступил порог ресторана и направился прямо к столику Янь Сяоцина.
Эта Лю Юэцзяо, судя по всему, оказалась фальшивой фанаткой: увидев приближающегося Цзинь Шэньши, она не только не попыталась перекинуться с ним словечком, а драла когти со всех ног. И за покупками являлась тайком, никакого достоинства.
Следом за Цзинь Шэньши шел Чжан Цун.
Чжан Цун отодвинул стул, уселся и, зло усмехнувшись, решил атаковать первым:
— Янь Сяоцин, говорят, ты сегодня распродал уйму вещичек?
— Извини, ты опоздал, всё распродано подчистую, — Янь Сяоцин даже не поднял головы, продолжая листать меню. В прошлый раз со слов Управляющего Чжана он узнал, что Цзинь Шэньши обожает говяжьи ребрышки, и добавил к заказу еще одно блюдо.
— Ты! — Чжан Цун хлопнул ладонью по столу. — Я здесь не ради покупок.
— Раз нет, к чему тогда расспросы? — искренне удивился Янь Сяоцин. Покупатели нынче попадались один другого краше.
Только что разобрался с преследовательницей, как объявился этот любитель постучать по столу.
Неудивительно, что служба поддержки в интернет-магазинах считается такой каторгой.
— Я спрашиваю за братца Шэнь Ши, — Чжан Цун уселся обратно и покосился на Цзинь Шэньши.
Цзинь Шэньши заговорил ледяным, полным изморози тоном, в котором каждое слово звенело металлом:
— Сколько она тебе заплатила?
Чжан Цун рядом с ним торжествовал: так держать, братец Шэнь Ши, покажи мощь главного спонсора!
Эту девицу они оба знали — младшая дочь из Клана Лю, вела себя подозрительно, затевая какие-то закулисные интриги с Янь Сяоцином. Ранее до них доходили слухи о возможном браке между Кланами Лю и Цзинь, так что стоило Лю Юэцзяо передать Янь Сяоцину деньги, как любой дурак догадался бы, к чему всё идет.
Неужели она подкупила его, чтобы Янь Сяоцин убрался восвояси, и тот взял деньги? Неужели он настолько пренебрег его братцем Шэнь Ши?
— Миллион… — Янь Сяоцин сжал губы.
Цзинь Шэньши что, встроил в него жучок? Его только что полученные деньги еще не успели остыть, а об этом уже прознали.
— Всего миллион? — усмехнулся Цзинь Шэньши с оттенком презрения.
Чжан Цун тоже изумился: его подкупили всего за миллион? С каких это пор ценность его братца Шэнь Ши упала так низко? Этот Янь Сяоцин и впрямь ничего слаще морковки не ел.
— Миллион… двести тысяч, — честно признался Янь Сяоцин, бросив опасливый взгляд на Цзинь Шэньши. Ему показалось, что у того помрачнело лицо.
Вот чудеса в решете, этот старый пес Цзинь вечно всё на свете знает! Ну подумаешь, он утаил двести тысяч, неужели обязательно строить из-за этого такие кислые мины?
Мало того, что он не транжирил деньги зря, так он еще и в плюс сработал! Где еще сыщется такой бережливый и хозяйственный питомец, как он?
— Господин Цзинь, мне нужно сказать вам кое-что наедине, — Янь Сяоцин искоса глянул на Чжан Цун и прикусил губу.
Затем он перевел взгляд на Цзинь Шэньши.
Раз уж он заработал двести тысяч, ему должны оставить хотя бы половину. Обсуждать такое при покупателе вроде Чжан Цун было неудобно, такие дела решаются с Цзинь Шэньши с глазу на глаз.
Чжан Цун скрестил руки на груди, приняв вальяжный вид столичного барина:
— Что это еще за тайны от меня? Дела братца Шэнь Ши — это и мои дела.
Ну всё, Янь Сяоцин, тебе крышка.
Лучше сразу кайся, извиняйся и реви белугой.
— Это наши семейные дела, — Янь Сяоцин закатил глаза до боли в затылке.
Чжан Цун никак не ожидал, что какой-то содержанец осмелится вести себя столь дерзко — видать, братец Шэнь Ши совсем его избаловал.
Он усмехнулся и сидел как скала, не сдвинувшись с места.
Ему не терпелось посмотреть, какой смертью умрет Янь Сяоцин.
— Чжан Цун, выйди пока, — подал голос Цзинь Шэньши.
— Братец Шэнь Ши, что ты сказал? — лицо Чжан Цуна исказилось, словно у него внезапно заложило уши.
— Велено же тебе выйти, господин Чжан, — Янь Сяоцин подпер подбородок ладонью и покачал головой, и этот его самодовольный вид выглядел невероятно раздражающе.
Чжан Цун тяжело задыхал носом, резко повернулся к Цзинь Шэньши: — Братец Шэнь Ши?!
Цзинь Шэньши невозмутимо повторил:
— Ступай наружу.
— Да я в туалет иду! — от скрежета зубовного Чжан Цуна бросило в жар, он с яростью оттолкнул стул и удалился.
Как только Чжан Цун скрылся за дверью, Янь Сяоцин поджал губы, уселся прямо и примерно, сделавшись сама послушность.
Сложив руки на коленях и хлопая длинными ресницами, он замер под направленным светом потолочных светильников ресторана. Лучи падали на его волосы, создавая вокруг головы мягкий ореол, и сам он походил на распускающийся цветок белой магнолии — чистый и непорочный.
— Господин Цзинь, я как раз собирался вам отчитаться. Я тут сбыл немного вещей: себестоимость миллион, чистая прибыль — двести тысяч, — Янь Сяоцин легонько ткнул пальцем в стакан с водой и пролепетал: — Нельзя ли… оставить мне немного… на чай?
Цзинь Шэньши не сводил глаз с Янь Сяоцина, глядя прямо на него.
Самым настоящим образом сверлил взглядом, сосредоточенно и неотрывно изучая каждую черточку, отчего Янь Сяоцину стало немного не по себе.
Спустя мгновение Цзинь Шэньши отвел взгляд и спокойно, с расстановкой произнес:
— Ты уверен, что она приходила за покупками?
— Разумеется! Она же не дура, с какой стати ей просто так, без всякой причины, деньги мне отсыпать? — возразил Янь Сяоцин. — Кстати, вы знаете ее адрес? Она так быстро удрала: деньги отдала, а адрес оставить забыла.
Цзинь Шэньши:
— …
Коротко усмехнувшись, он бросил:
— Не нужно. Оставь деньги себе, все до единой копейки твои.
Янь Сяоцин: (руки-лапки кролика, жест победы!)
Счастье свалилось так внезапно!
От автора:
Динь-динь!
Общие активы Янь Сяоцина: +1 200 000
http://bllate.org/book/26347/3154285
Готово:
