Независимо от того, какие бурные страсти бушевали в душе Вэй Хунчжи, безжалостная реальность говорила ему одно: теперь он получил все воспоминания Вэй Хуна и вряд ли сможет вернуться в ближайшее время.
Вэй Цзяцзя уже большая девочка, и, наверное, сможет позаботиться о себе даже без него? Если с его телом в реальности действительно что-то случится, родители, живущие в провинции, наверняка тут же приедут.
Вэй Хунчжи приводил в порядок появившиеся в голове лишние воспоминания, глубже узнавая жизнь Вэй Хуна: тому было двадцать шесть лет, он происходил из богатой семьи, четыре года назад вернулся из-за границы, где просто прожигал время и деньги, но так толком ничему и не научился. С детства избалованный, он привык вести себя надменно и высокомерно, в делах не любил утруждать себя размышлениями, славился ветреным нравом и был отъявленным ценителем красивой внешности.
Но помимо этого, по своей природе Вэй Хун был не так уж плох. Вчера, изучая банковские выписки, Вэй Хунчжи обнаружил, что каждый месяц Вэй Хун выделял по десять-двадцать тысяч на благотворительность. И хотя для него эти суммы, возможно, равнялись стоимости всего лишь одного обеда, всё же деньги немалые, а главное — само намерение. К тому же… Вэй Хунчжи перевел взгляд на банку с консервами для животных на подоконнике: Вэй Хун часто подкармливал во дворе бездомных кошек и собак. Тот, кто любит маленьких животных, вряд ли может быть совсем уж плохим человеком, верно?
Вэй Хун вовсе не был столь отвратителен, как описывалось в оригинальной книге, максимум — немного глуповат и излишне эгоцентричен. Вэй Хунчжи глубоко вздохнул: раз уж всё зашло так далеко, он просто как следует обустроит жизнь Вэй Хуна. Если однажды он сможет вернуться назад, то хотя бы оставит после себя порядок в качестве компенсации за занятое тело.
Приняв решение, Вэй Хунчжи встал с постели и умылся. Будучи младшим сыном семьи Вэй, богатейших людей Цзянчэна, Вэй Хун не мог просто целыми днями транжирить деньги. Он занимал пост президента небольшой компании по производству электроприборов, и по идее ему полагалось каждый день ходить на работу.
Вэй Хунчжи переоделся и заметил, что вчерашние бриллиантовые запонки куда-то пропали. Поразмыслив, он вспомнил, что в последний раз видел их в баре, когда хвастался ими перед Цюэ Нином, — видимо, оставил там.
При случае надо будет заехать и спросить: эта вещица стоила целое состояние, и Вэй Хунчжи было бы очень жалко ее вот так потерять.
Прошлой ночью шел дождь, во дворе всё было мокрым. Вэй Хунчжи спустился в гараж: кроме красного Кайенна, там стояли до неузнаваемости тюнингованный Бугатти Вейрон и Пагани. Сначала Вэй Хунчжи хотел пересесть на машину поскромнее, но, поразмыслив, понял, что придется и дальше ездить на Кайенне.
Он поехал в компанию, попутно привыкая к салону Кайенна, и вел машину не слишком быстро. Проснувшись с похмелья, было уже за восемь, а на месте он оказался ближе к десяти. Несмотря на это, когда секретарша увидела его в компании в столь поздний час, она подумала, что ей мерещится.
— Директор Вэй, — Чжан Цзяцзюнь закрыла дверь кабинета и тихо спросила: — Почему вы сегодня так рано приехали?
— Рано? — Вэй Хунчжи машинально взглянул на часы. Для Вэй Хуна этот час и вправду был ранним: Вэй-младший вел образ жизни убежденной ночной совы — зажигал до четырех-пяти утра, спал до часу-двух дня, и обычно застать его до окончания рабочего дня уже считалось за удачу.
Он откинулся на спинку удобного кресла и назидательным тоном произнес: — Твой директор Вэй вчера внезапно постиг истинный смысл жизни, горько раскаялся и с сегодняшнего дня решил усердно работать и стать достойным человеком. Ну, что у нас тут есть на рассмотрение?
Уголки губ Чжан Цзяцзюнь дернулись, она совершенно не понимала, во что он опять играет. По ее мнению, этот молодой господин просто сдуру схватился за идею, а через пару дней вернется к прежнему состоянию.
Однако внешне она не высказала ни малейшего недовольства и послушно положила перед Вэй Хунчжи папку с документами: — Это только что составленный план новой продукции, прошу ознакомиться.
Вэй Хунчжи придвинул папку к себе, но не стал сразу ее открывать, а внимательно оглядел Чжан Цзяцзюнь. Эта девушка изначально была человеком Вэй Фэна, и после возвращения Вэй Хуна на родину ее временно «одолжили» ему. Она была выпускницей престижного вуза с трехлетним стажем аспирантуры. Тот факт, что Вэй Фэн специально направил ее помогать Вэй Хуну, красноречиво говорил о ее выдающих способностях. Хотя над генеральным директором еще стоял главный исполнительный директор, а над тем — совет директоров, эта должность все равно предполагала принятие решений. А поскольку Вэй Хун ничегошеньки не смыслил, Чжан Цзяцзюнь фактически выполняла роль регента, управляя делами вместо него.
Ей было двадцать восемь лет, внешность самая заурядная, но любая девушка, если она не совсем дурнушка, при помощи макияжа и хорошей одежды будет выглядеть привлекательно. Чжан Цзяцзюнь почувствовала себя неуютно под пристальным взглядом Вэй Хунчжи и инстинктивно прикоснулась пальцем к уголку губ: — У меня помада размазалась?
— Нет, очень красиво. — Вэй Хунчжи опустил глаза в бумаги. Компания занималась производством мелкой бытовой техники и в последнее время активно расширяла рынок умного дома. В свое время Вэй Хунчжи начинал карьеру с низов обычным сотрудником, дослужился до менеджера проектов, а затем еще два года работал менеджером по продукту, поэтому в подобном планировании ориентировался как рыба в воде.
Он читал каждое слово вдумчиво и внимательно. Чжан Цзяцзюнь стояла рядом в ожидании, а в ее голове постепенно зарождался жирный вопросительный знак.
Раньше директор Вэй обычно просто пролистывал пару страниц и на этом всё заканчивалось, в крайнем случае мог завести разговор об оттенках губной помады. С чего это он вдруг принялся так серьезно читать?
…Неужели он действительно что-то в этом понимает?
Под ее недоверчивым взглядом Вэй Хунчжи перевернул страницу. Подняв голову и заметив, что Чжан Цзяцзюнь все еще стоит рядом, он сказал: — Как дочитаю, позову тебя, а пока заййся другими делами.
— Хорошо. — Чжан Цзяцзюнь не стала спорить и удалилась, снедаемая сомнениями.
Прикрыв за собой дверь кабинета директора, Чжан Цзяцзюнь постояла на месте, вспоминая все те напутствия, что дал ей Вэй Фэн перед переводом, и подумала: если этот молодой господин и вправду решил измениться, как он говорил, было бы просто замечательно.
У Вэй Хунчжи ушел целый час на то, чтобы детально во всем разобраться. Он закрыл колпачок красной ручки, перечитал собственные замечания и примечания на полях, после чего позвонил Чжан Цзяцзюнь: — Я закончил, у меня есть пара вопросов, позови, пожалуйста, еще и менеджера продукта.
Первый рабочий день в роли Вэй Хуна прошел на удивление гладко. Вэй Хунчжи вместе с Чжан Цзяцзюнь и менеджером продукта обсудил проект и внес в него несколько корректировок и изменений. Когда они уходили, оба выглядели так, будто увидели призрака. Вэй Хунчжи ничего не стал объяснять: сегодня им наверняка показалось, что солнце взошло на западе, но пройдет неделя, и никто уже не будет удивляться.
Не успел он оглянуться, как подошло время окончания рабочего дня. Вэй Хунчжи потянулся, собираясь ехать домой. За окном уже незаметно сгустились сумерки — в это время суток у Вэй Хуна обычно только начиналась настоящая жизнь. Возвращаться сейчас домой не было ли слишком скучно?
Чем бы заняться?
Собутыльников Вэй Хуна Вэй Хунчжи пока не горел желанием навещать. Он подумал, не заглянуть ли ему в особняк семьи Вэй, но, оказавшись на парковке и сев за руль, сообразил, что может съездить в Отель «Шихун».
В это время Цюэ Нин должен быть на работе, так что можно как раз зайти и разузнать о пропавших бриллиантовых запонках.
Решив так, Вэй Хунчжи направил машину к Отелю «Шихун». Он прибыл ровно в половине седьмого. Будучи самым известным пятизвездочным отелем в Цзянчэне, это место часто выбирали для проведения банкетов богатые семьи, а также для приема иностранных гостей. Ниже пятого этажа располагались банкетные залы, выше — гостиничные номера, а на самом верхнем этаже работал роскошный вращающийся ресторан.
Вэй Хунчжи не знал, где именно искать Цюэ Нина, но он никуда не спешил: одной из целей визита было просто убить время, прогуливаясь по зданию так, чтобы не вызывать подозрений. По пути он даже случайно столкнулся со знакомым Вэй Хуна, с которым сдержанно и тепло поприветствовал друг друга, после чего каждый пошел своей дорогой.
Раз уж он пока не знал, когда сможет вернуться, ему не стоило вести себя столь безрассудно, нарушая правила мира, как прошлой ночью. Перемены должны быть постепенными, иначе кто-нибудь непременно заметит неладное. Вэй Хунчжи мысленно восстановил описание работы Цюэ Нина из оригинального текста и прикинул, где тот должен находиться в данный момент.
Внезапно из-за поворота стремительно выскочила какая-то фигура и направилась прямо туда, где стоял Вэй Хунчжи. Лицо мужчины, которого он видел вчера, выглядело мрачным, лоб покрывали мелкие капельки пот, а в бездонных глазах словно бурлило нечто подавленное.
Кэ Тяньлан?
Его вид человека, пришедшего выбивать долги, выглядел пугающе. Вэй Хунчжи поспешно отступил в сторону, но тот, казалось, вовсе его не заметил и пронесся мимо, подняв порывом ветра легкую взвесь. Вэй Хунчжи уловил запах алкоголя.
Обычно Кэ Тяньлан хоть и не ладил с Вэй Хуном, но при встрече хотя бы вежливо обменивался дежурными фразами. Что с ним сегодня?
Напился? Похоже, у президента-красавчика скверный характер, когда он пьян.
Вэй Хунчжи не стал забивать этим голову: его совершенно не волновало, здоровается с ним Кэ Тяньлан или нет. На его взгляд, взаимный игнор был самым идеальным вариантом отношений. Кэ Тяньлан свернул в лифтовой холл, а Вэй Хунчжи отвел взгляд и продолжил свои поиски, однако мысли то и дело возвращались к только что увиденной сцене.
Отель «Шихун», алкогольное опьянение, неадекватное состояние, подъем наверх…
Все эти ключевые детали сложились воедино, и Вэй Хунчжи внезапно о чем-то догадался, резко остановившись на полушаге.
Плохо дело!
Он тут же бросился обратно к лифтовому холлу. Кэ Тяньлана уже след простыл, а все три лифта находились в движении, и было непонятно, на каком именно он уехал. Вэй Хунчжи торопливо застучал пальцами по кнопкам, подсветив вызовы всех лифтов, глубоко вздохнул и выругался про себя за собственную медлительность.
Книга, в которую он угодил, славилась откровенными сценами и была битком набита всевозможными клише. Разве мог подобный сюжет обойтись без классического приема с подмешиванием снотворного или наркотика? Кэ Тяньлан уживался с нацеленной на его деньги второстепенной героиней-содержанкой, которая попыталась затащить его в постель, и неосторожно попался в ловушку. Почувствовав неладное, он мгновенно раскусил заговор женщины и попытался скрыться, чтобы переждать приступ в одиночку, но совершенно некстати столкнулся с Цюэ Нином, который как раз поднимался наверх с доставкой. Теряя остатки разума и плевать желая на нежелание Цюэ Нина, Кэ Тяньлан сорвался и надругался над ним.
Жутко банально, да? Жутко предсказуемо, да? Но когда подобные сюжеты романов, столь популярные лет десять назад, воплощаются в реальность прямо вокруг тебя, все происходящее перестает укладываться в простое слово «клише».
Это сущее преступление!
Наконец дверцы одного из лифтов с тихим шипением открылись. Вэй Хунчжи вскочил внутрь и нажал кнопки вообще всех этажей подряд — он не помнил точно, на каком именно этаже Кэ Тяньлан столкнулся с Цюэ Нином, поэтому придется проверять каждый, лишь бы успеть.
Шестой этаж — чисто, седьмой — чисто, восьмой, девятый…
Когда кабина остановилась на одиннадцатом этаже, Вэй Хунчжи услышал странные звуки. Двери разъехались, и шум стал намного громче, отчетливо проникая в его уши:
— Послушайте, придите в себя! Пустите… М-м!
Вэй Хунчжи мгновенно выскочил из лифта. В самом конце коридора Кэ Тяньлан прижал Цюэ Нина к стене всем телом. Тот из последних сил отталкивал уткнувшуюся в его шею голову мужчины, колотил его кулаками по спине и сквозь стиснутые зубы выплевывал слова протеста, в которых уже звучало отчаяние на грани с истерикой. Но Кэ Тяньлан оставался глух к его мольбам: он намертво зафиксировал запястья Цюэ Нина над его головой, придавив своей массой, зарылся лицом в его шею, и даже последнему дураку стало бы понятно, чем они тут занимаются.
Цюэ Нина охватил небывалый ужас. Губы и язык незнакомца оставляли на его шее влажные, обжигающие следы, и как бы он ни брыкался, это не приносило никакого результата. Но даже несмотря на это, он не прекращал сопротивления. Извернувшись, Цюэ Нинок ударил коленом в пах Кэ Тяньлана, надеясь заставить того скрючиться от боли и высвободить руку, чтобы дотянуться до шариковой ручки в кармане. Острый кончик мог послужить оружием — перед лицом угрозы собственной безопасности ни работа, ни клиенты не имели больше никакого значения!
В следующий мид мгновение, когда он уже был готов применить задуманное, зарытая в его плечо голова внезапно отпрянула. Удар Цюэ Нина пришелся в пустоту. Ощутив, что давящий на него вес исчез, его первой реакцией стало инстинктивное бегство. Ноги дрожали от пережитого страха и отказывались служить, поэтому он смог лишь кое-как отскочить на пару шагов, притиснувшись спиной к стене. В этот же момент Вэй Хунчжи с размаху обхватил шею Кэ Тяньлана руками, с силой оттащил его назад и бросил на пол!
Кэ Тяньлан оперся на руки, пытаясь подняться, но Вэй Хунчжи уселся прямо ему на живот, с силой придавив. Кэ Тяньлан согнулся пополам, словно креветка, издав сдавленный хрип. Секунду посмотрев на покрасневшие глаза и тяжелое дыхание Кэ Тяньлана и ощущая исходящую от того нарастающую возбужденную дрожь, Вэй Хунчжи без лишних слов влепил ему пощечину и холодно усмехнулся:
— Прошу прощения, но раз уж ты нарвался на меня, еще бабушка надвое сказала, кто кого тут поимеет.
http://bllate.org/book/26336/3153121
Готово:
