С тех пор как Му Чжоу получил разрешение подниматься на третий этаж, его следы в кабинете практически исчезли. Янь Фаншэн несколько раз поднимался наверх и то и дело сталкивался с тем, как Му Чжоу перетаскивает вещи в комнаты третьего этажа, да еще и сам расставлял мольберт и низкие табуреты.
Янь Фаншэн не стал вдаваться в подробности и позволил Му Чжоу возиться в комнатах. Его не волновало, во что именно Му Чжоу превратит обстановку, — пусть делает как хочет.
Когда Му Чжоу только вошел в комнату, из-за присутствия Янь Фаншэна он не успел толком всё рассмотреть, лишь бегло пролистал несколько работ. Но стоило Янь Фаншэну перестать ходить за ним по пятам и предоставить всё пространство в его полное распоряжение, как Му Чжоу избавился от всякого смущения и по очереди изучил каждую рамку на деревянных стеллажах.
На каждой картине стояла подпись: в правом нижнем углу красовались два иероглифа — Фаншэн. Судя по датам, почти все работы были созданы пять-шесть лет назад. К счастью, их затянули в рамы под стекло, и они отлично сохранились, так что бумага внутри даже не пожелтела.
Казалось, Янь Фаншэн питает особую страсть к пейзажам — многие полотна изображали виды природы, а помимо них нашлось немало динамичных зарисовок.
На быстрых набросках было запечатлено множество сцен прыжков на велосипедах; стремительные линии отлично передавали движение, выдавая чрезвычайно прочную художественную базу.
Му Чжоу очень понравилась манера его письма, он не удержался и пересмотрел всё по несколько раз, а также втайне сделал несколько снимков на телефон и сохранил их в памяти устройства.
Однако Му Чжоу не забывал о насущных делах: ему предстояло пройти новый материал до промежуточных экзаменов, как вдруг нежданно-негаданно всплыли проблемы, оставленные родителями.
Ранее связавшийся с Му Чжоу адвокат позвонил ему и сообщил, что страховая выплата наконец одобрена — теперь можно получить компенсацию за случайную гибель родителей. В графе выгодоприобретателей у обоих было указано имя Му Чжоу, и ему требовалось встретиться с адвокатом и представителями страховой компании, чтобы лично поставить подпись для подтверждения.
Если заполучить эту компенсацию, набежит огромная сумма.
Но Му Чжоу заколебался. Повесив трубку, он еще долго неподвижно сидел на месте, пока домработница не позвала его ужинать.
Му Чжоу в каком-то отрешенном состоянии спустился вниз, так же отрешенно поел. Цайшэнье, как обычно, принялся тереться о его штанину, но не дождался от Му Чжоу ни единой реакции.
Такое состояние продолжалось долго — настолько долго, что к вечеру Янь Фаншэн снял протез и принялся заменять диски, а Му Чжоу всё еще сидел внизу.
Янь Фаншэн давно заметил, что Му Чжоу сам не свой, но раз тот молчал, расспрашивать он тоже не стал. Как обычно наблюдая за телевизором, Янь Фаншэн налил себе чашку горячего чая.
Показывали всё ту же документалку о маунтинбайке, только на этот раз не любительскую самоделку, а высококачественную работу зарубежной золотой команды. Янь Фаншэн сдул с поверхности чашки плавающие чайные листья и принялся маленькими глотками потягивать напиток. Когда шкала воспроизведения перевалила за половину, он наконец дождался, пока Му Чжоу заговорит первым.
— Брат… — тихо позвал Му Чжоу.
Янь Фаншэн опустил чашку и нажал паузу. Кадр замер на моменте неудачного прыжка: человек летел с трехметрового трамплина на землю, обхватив ноги руками, а его лицо исказилось от дикой боли.
— Мм?
Взгляд Му Чжоу надолго приковал застывший экран, затем он внезапно моргнул и негромко произнес:
— Я хочу кое-что сделать. Наверное, это прозвучит безумно.
— Но мне очень нужно это сделать, поэтому можно спросить твоего мнения?
— Говори. — Лицо Янь Фаншэна стало суровым, он сосредоточенно посмотрел на Му Чжоу.
Излишняя сосредоточенность всегда создает напряженную атмосферу, но сейчас этого не произошло.
Возможно, дело было в том, что Янь Фаншэн выглядел совершенно по-домашнему, к тому же сидел, излучая не угрозу, а глубокое спокойствие. Приплюсуйте сюда накопившиеся за последнее время симпатию и особую смесь благоговения и восхищения — всё это придало Му Чжоу храбрости, и он, встретившись взглядом с Янь Фаншэном, заговорил:
— Адвокат связался со мной и сказал, что страховка выплатит компенсацию. Это очень большие деньги.
— Мм, и что потом?
— Я хочу их пожертвовать.
Плод долгих размышлений и терзаний, мучивших его весь день, наконец-то был вынесен на суд. Высказавшись, Му Чжоу не смел сразу посмотреть на реакцию Янь Фаншэна: ему казалось, что любой на его месте назвал бы его транжирой или дураком.
Но после признания на душе стало намного легче. Му Чжоу не знал, как Янь Фаншэн отнесется к его затее, но тот определенно был самым подходящим человеком в его окружении, способным понять и поддержать такое решение.
— Объясни причину. — Спустя мгновение Янь Фаншэн наконец подал голос, никак не оценив идею юноши.
— Эти деньги… Если они останутся у меня, радости они не принесут. — Весь день после звонка на сердце у Му Чжоу было тяжело. Он действительно получал огромную сумму, но стоило вспомнить, что она досталась ценой жизней его родителей, как внутри всё восставало против этого.
Если бы был выбор, никакая компенсация ему не нужна.
Но в жизни не всё происходит по нашему желанию: небеса могут распоряжаться как вздумается, в один прекрасный день отнимая то, что тебе дорого, а затем небрежно бросать утешительную леденцовую конфету.
Только вот Му Чжоу не ребенок, и утешить его этим нельзя.
Янь Фаншэн опустил взгляд, размышляя, и спросил:
— А подробнее? Как именно ты хочешь их пожертвовать?
Он уточнил:
— Есть соображения?
— Еще не думал. — Запал Му Чжоу, едва успевший вспыхнуть, тут же погас.
У него была лишь смутная задумка. Му Чжоу совершенно не разбирался в конкретных благотворительных проектах и не знал, как заставить эти деньги принести максимальную пользу.
Но как бы то ни было, эти деньги не должны остаться у него в руках.
Пусть они пойдут на какое-нибудь долгосрочное дело — словно продлевая внезапно оборвавшиеся жизни родителей.
— Когда подписывать договор?
— Назначено на следующий вторник. — Му Чжоу принялся крутить суставы пальцев, и его взгляд снова упал на замершее на экране искаженное болью лицо.
Он резко повернул голову и посмотрел на Янь Фаншэна.
Сняв протез, Янь Фаншэн никогда не садился на диван, обычно он передвигался в инвалидном кресле, поэтому одну секцию дивана отодвинули в сторону, чтобы освободить место для коляски.
Пустая штанина сиротливо покачивалась, и перед глазами Му Чжоу снова пронеслись те головокружительные прыжки и жестокие падения.
— Я хочу отдать эти деньги людям, которые получили травмы, занимаясь экстремальным спортом, но у них нет средств на лечение. — Мысль проскочила мимо сознания, сорвавшись с языка едва ли не сама собой.
К этому поступку его подтолкнул импульс.
То ли страсть, которой родители жили до самой смерти; то ли желание продлить их экстремальный путь; то ли те самые лица, искаженные болью, раскаянием и отчаянием; а может быть, дело было в сидевшем перед ним Янь Фаншэне.
Му Чжоу даже не понимал, почему Янь Фаншэн стал занимать столь значительное место в его сердце.
Выпалив всё на взводе, он повысил голос на целый тон. В наступившей тишине Му Чжоу даже показалось, что эхо отразилось от пустых стен, и, внезапно смутившись собственного тона, он умолк.
— Раз хочешь — делай. — Янь Фаншэн внимательно выслушал всё, что хотел сказать Му Чжоу, и, когда тот опустил голову, тут же дал ответ: — Если не найдешь подходящих каналов, я помогу.
Свет падал сверху, мягко озаряя лицо Му Чжоу; длинные ресницы отбрасывали на кожу темные тени. Черты его лица были плавными и мягкими — как и весь он целиком, Му Чжоу выглядел безобидным, но именно это заставило Янь Фаншэна взглянуть на него по-новому.
Му Чжоу был не просто скромным, воспитанным и довольным малостью парнем — в нем таились стойкость, твердость и собственные мысли.
Он походил на молодое деревце: внешне еще не окрепшее, но с на редкость упругим и прочным стволом.
Получив одобрение, юное деревце удивленно вскинуло голову, мгновенно сменив осеннюю увядающую вялость на летнюю бодрость.
Хотя это деревце совсем не подумало о том, что большинство увлекающихся экстремальным спортом людей вовсе не бедствуют.
Во многих случаях невозможность вылечиться упирается вовсе не в деньги, а в нехватку времени и превосходных медицинских условий.
Чжэн Чана не было в офисе, и с понедельника Янь Фаншэну предстояло выйти на работу. В тот же день Чжэн Ччан остался крайне доволен, рассыпался в похвалах за надежность Янь Фаншэна, а заодно расспросил про уход за Цайшэнье, после чего его удовлетворение стало и вовсе полным.
В командировку он взял с собой Чжан Чэна, причем в разговоре обмолвился, что сделал это ради того, чтобы Янь Фаншэна не донимали лишними расспросами во время дежурства. Янь Фаншэн пропустил эти слова мимо ушей и не стал воспринимать их всерьез.
Он прекрасно знал, какой проект собирается обсуждать Чжэн Ччан, а семья Чжан Чэна как раз имела там кое-какие связи.
Чжэн Ччан извечно придерживался принципа: не использовать выпавшую возможность может только дурак. Он стремился стать образцовым представителем капиталистической эксплуатации, не упуская ни капли соков, которые можно было выжать из стажеров.
Вот только во вторник ситуация резко изменилась: Янь Фаншэн на работу не пошел, и его кратковременные строго дисциплинированные походы в офис продлились ровно один рабочий день.
Спокойствие: Переоценил я тебя.
Y: Зато Линда держит всё под контролем.
Спокойствие: Линда только что капризничала из-за огромного объема работы и просила прибавки к зарплате.
Y: Держи себя в руках.
Спокойствие: Никто не женат, оба свободны, разве служебные интрижки — это не прекрасно?
Y: Не забудь про презервативы.
Спокойствие: С каких пор тебя стала волновать моя половая жизнь?
Y: Контрацепция.
Спокойствие: ……
Спокойствие: Так куда ты сегодня запропастился?
Y: Сопровождаю одного паренька подписать контракт, около десяти буду в офисе.
Спокойствие: Понял.
Y: ?
Спокойствие: Ты завел себе сокровище.
Спокойствие: Куда ни пойдет — везде за ним таскаешься.
Y: Я занят.
Чтобы подстроиться под рабочий день и поскорее разобраться со всеми делами, Му Чжоу отпросился с учебы на полдня во вторник. Янь Фаншэн отвез его в страховую компанию на машине, а адвокат должен был подъехать туда же для встречи с Му Чжоу.
Куда именно пристроить деньги, юноша еще не придумал, но общее направление уже наметил. Одним камнем на сердце у него стало меньше, так что ехал он абсолютно спокойный, не испытывая и следа той удушающей тяжести, что накатила на него в момент звонка.
Му Чжоу знал, что у Янь Фаншэна полно работы, и изначально собирался поехать сам, но тот не предоставил ему возможности отправиться в путь в одиночку.
Адвокат прибыл вскоре после того, как они добрались до страховой. Они с Му Чжоу уже виделись раньше и хорошо запомнили друг друга, поэтому, переступив порог, юрист сразу же направился к месту, где сидел Му Чжоу.
— Маленький господин Му. — Адвокат вытянул руку с дежурной профессиональной улыбкой.
— Здравствуйте. — Услышав свое обращение, Му Чжоу тут же выпрямился во весь рост и пожал ему руку.
— Я ведь не опоздал?
— Нет.
Обменявшись с Му Чжоу дежурными любезностями, адвокат перевел взгляд на сидевшего рядом с ним мужчину. Он заметил его еще вошел в помещение: тот излучал мощную ауру и сидел так близко к Му Чжоу, что не обратить на него внимания было просто невозможно. Однако юрист раньше этого человека не встречал, поэтому сперва и поприветствовал Му Чжоу.
— А это? — Адвокат посмотрел на Янь Фаншэна, надеясь, что Му Чжоу возьмет на себя роль посредника и представит их друг другу.
Но Янь Фаншэн опередил юношу и заговорил первым:
— Янь Фаншэн.
— О, так вы господин Янь! — Быстро окинув взглядом одежду Янь Фаншэна, адвокат с улыбкой извлек из портфеля визитку и воспользовался моментом для знакомства: — Моя фамилия Ли, а имя — Жуй. Если у господина Яня возникнут какие-либо вопросы касательно юридических консультаций, можете в любое время позвонить мне по этому номеру.
Янь Фаншэн принял визитку:
— Хорошо.
Ли Жуй улыбнулся, пару секунд переводя взгляд с одного на другого, после чего, словно что-то вспомнив, спросил:
— Маленький господин Му, а тот господин, который сопровождал вас в прошлый раз, не пришел?
Му Чжоу нахмурился:
— Я ему не сообщал.
— Мм? Он занят? — поинтересовался Ли Жуй.
— Я не знаю. — Му Чжоу уточнил: — А в чем проблема?
— Тот господин — ваш опекун, верно? По закону для получения страховой выплаты несовершеннолетним выгодоприобретателем требуется присутствие опекуна, который будет ведать этими деньгами до вашего совершеннолетия, — пояснил Ли Жуй и на середине фразы сообразил, что что-то не так: лицо Му Чжоу резко помрачнело.
Хлопнув себя по лбу и спешно принеся извинения, Ли Жуй произнес:
— Я думал, вы придете вместе с тем господином, поэтому даже не заикнулся об этом по телефону.
В душе Му Чжоу поднялась буря из самых разных чувств, а от былого душевного спокойствия не осталось и следа.
Он инстинктивно покосился на Янь Фаншэна, ища у него поддержки.
Поймав этот полный мольбы взгляд, Янь Фаншэн незаметно протянул руку и похлопал его по спине. Теплая ладонь легла между лопаток, заставив Му Чжоу вздрогнуть, но в то же время странным образом успокоиться.
Он услышал тихий голос Янь Фаншэна:
— Можно связаться с ним, чтобы он приехал?
— Да, конечно, главное, чтобы он был здесь.
http://bllate.org/book/26317/3151290
Готово:
