В Школе Дэчжун было целых две столовые. Еда там готовилась на славу, да и цены не кусались, так что ученики с удовольствием туда ходили. Вот только если питаться в столовой изо дня в день, рано или поздно захочется сменить обстановку и отведать чего-нибудь другого.
Главным местом паломничества голодных учащихся была небольшая улочка с едой, расположившаяся совсем недалеко от школьных ворот.
Особенно славился один ресторанчик с хого по имени Лян Цзи. Стоило кому-то заикнуться о том, чтобы поесть вне школы, как Цинь Шужуй тут же вспоминал именно про это заведение.
Однако, когда он привел туда всю компанию, его глаза едва не полезли на лоб: если оглядеть весь зал целиком, он был забит исключительно учениками Школы Дэчжун.
Два школьных хулигана и знаменитый красавчик школы собрались здесь, чтобы заключить мир, и устраивать из этого бесплатное представление для зевак казалось не лучшей идеей...
— Завис? — Сюй Синло слегка пнул Цинь Шужуя сзади. — Давай отдельную кабинку.
Цинь Шужуй тут же сообразил: чёрт, и правда! Можно же попросить отдельную комнату.
— Сейчас всё будет, сию минуту оформлю!
Линь Кэ, наблюдая за тем, как Сюй Синло пинает его младшего братца, невольно приподнял бровь, а затем сложил руки на груди и тихо фыркнул. Эта сцена от начала и до конца ускользнула от внимания Соня Цинчжи, хотя сам Сун Цинчжи лишь легко улыбнулся.
«...» Заметив собственную улыбку, Сун Цинчжи на секунду опешил, а затем замер, покусывая губы.
Он ведь не должен был улыбаться, когда Сюй Синло пнул Цинь Шужуя.
Один — тот, кого он когда-то любил, второй — тот, с кем сейчас всё донельзя запутано. Честно говоря, отношения между ними складывались те еще.
Цинь Шужуй взял отдельную кабинку, и все восемь человек расселись по местам. Двое представителей первого класса, разумеется, сели рядом, а Цинь Шужуй, выступая в роли смазки между шестеренками двух классов, очень сознательно устроился посередине между Линь Кэ и Сюй Синло.
— Ну всё, все в сборе, давайте решать, что будем заказывать, — Цинь Шужуй потряс меню и карандашом с вызовом окинул остальных. — Есть тут такие, кто не ест острое?
Сун Цинчжи поднял руку:
— Я не ем.
— Только Сун у нас не ест? — переспросил Цинь Шужуй.
— Я тоже не ем, — Сюй Синло стянул защитную маску и ткнул пальцем в собственный уголок рта. — Пострадал тут, если съем острого, мне точно хана придёт.
Все уставились на его синяк с самыми разными выражениями лиц.
Особенно банда Линь Кэ — гамму их чувств можно было охарактеризовать как весьма и весьма замысловатую. Впрочем... чёрт, с чего бы им испытывать сложные чувства? Словно они сами не пострадали! Сюй Синло ведь и их отходил так, что мало не покажется.
Синяки на телах до сих пор отдавались тупой болью.
Цинь Шужуй только сегодня утром узнал, что они, возможно, подрались, но о том, что Сюй Синло пострадал, понятия не имел. Увидев такую картину, он отреагировал крайне бурно:
— Боже мой, Синь-Синь, твоё лицо! Мазью мазал?
Сюй Синло угукнул, давая понять, что мазал.
— Почему же до сих пор не прошло? — Сун Цинчжи повернулся к нему, находя этот синяк уж слишком бросающимся в глаза, и с подозрением уставился на Сюй Синло. — Ты точно нормально мажешь?
— Конечно, — покосился на него тот. — Лекарство, которое ты купил — это же не волшебная таблетка, как оно может зажить за пару мгновений?
Тоже верно. Сун Цинчжи лишь улыбнулся и больше ничего не сказал.
Сидевшие за столом замерли: «???»
Эм, погодите-ка... Количество скрытого смысла в словах школьного хулигана было вполне реальным? Отличник Сун купил лекарство для Сюй Синло?
Услышав это, все без исключения испытали шок. Как бы это сказать... Казалось, будто за одну ночь отличник и хулиган, чьи дороги раньше никогда не пересекались, вдруг в мгновение ока стали лучшими друзьями.
Всё произошло слишком внезапно.
— Заказываем, заказываем! — отношения между парнями по своей сути штука простая. Цинь Шужуй загнал подальше странное чувство в груди и принялся с энтузиазмом командовать парадом.
В конце концов, сегодняшнее застолье организовал он сам, и ему очень хотелось, чтобы после этой трапезы все обиды между Линь Кэ и Сюй Синло были стерты раз и навсегда.
Поскольку двое не ели острого, в итоге взяли кастрюлю с бульоном двух видов.
Говяжий хого оказался невероятно вкусным. Запив всё это дело газировкой, способной осчастливить любого домоседа, после пары стаканов они почувствовали, как атмосфера за столом заметно потеплела.
— Сюй Синло, — Линь Кэ поднял стакан, протягивая его через стол, и заговорил первым: — За тот случай я приношу свои извинения. Я очень благодарен тебе за то, что сегодня в учебной части ты не стал выносить сор из избы и закладывать нас. Давай выпьем за это, и пусть все старые обиды будут забыты. Идет?
Сюй Синло опустил палочки и посмотрел на него.
Остальные парни, пришедшие вместе с Линь Кэ, тут же последовали его примеру: отложили пиалы, подняли стаканы и принялись извиняться перед Сюй Синло:
— Брат Сюй, мы были неправы, погорячились. Выпьем за это, и считай, что проехали.
Сюй Синло слегка растерялся, а еще ему ужасно хотелось рассмеяться — уж очень забавно и серьезно выглядели эти старшеклассники.
Видя, что он молчит и никак не реагирует, остальные напряглись, особенно Цинь Шужуй, который до смерти боялся, что Сюй Синло откажется проявить снисхождение.
Под столом Сун Цинчжи легонько пнул ботинок сидевшего рядом парня.
— М? — Сюй Синло посмотрел на него.
— ... — Сун Цинчжи бросил на него косой взгляд, предупреждая глазами: хорошего понемножку, не ломайся.
— Ладно, — после молчаливой переглядки с Сун Цинчжи Сюй Синло наконец поднялся со стаканом в руке и с улыбкой произнес: — Все мы просто погорячились в порыве чувств, да и врагами изначально не были. Давайте, выпьем за это, и всё в прошлом.
Услышав его слова, остальные наконец облегченно выдохнули.
Линь Кэ и его компания тут же чокнулись со Сюй Синло, осушили стаканы и снова уселись за стол продолжать трапезу.
— Вот и отлично, вот и прекрасно! Раз всё выяснили, давайте жить дружно, — Цинь Шужуй расплылся в улыбке, но, случайно переведя взгляд на Сун Цинчжи и поймав его тяжелый взгляд, тут же поспешно отвернулся. — Кхм, едите, давайте едите, сегодня всё за мой счет!
— Спасибо за щедрость, Сяо-Жуй, — Линь Кэ подцепил палочками кусочек говядины и положил Цинь Шужую в тарелку, заискивающе улыбнувшись: — Заставили тебя потратиться из-за твоего братца.
— А, пустяки, я же сам обещал угостить их обедом, — Цинь Шужуй страшно смутился и, договорив, тут же уткнулся носом в еду.
В последнее время ему всё отчетливее казалось, что Линь Кэ ведет себя как-то по-гейски.
Черт, Цинь Шужуй вдруг вспомнил: если Линь Кэ и правда того... гей, то получается, за этим столом сидят сразу два гея?
Находясь в роли мишени, за которой охотятся эти самые геи, он испытывал колоссальное давление.
— Я отойду в уборную, — бросил Сюй Синло.
Как только он встал из-за стола, Линь Кэ немного подумал и поднялся следом:
— Я тоже.
Все проводили взглядами удаляющиеся спины и переглянулись с нескрываемым беспокойством.
Они точно там не подерутся?
— Наверное, просто хотят поговорить с глазу на глаз, без лишних ушей, — тихонько предположил Цинь Шужуй.
Хорошо бы, если так, подумали остальные.
Сун Цинчжи помедлил пару минут, размеренно пережевывая пищу, затем отложил палочки:
— Может, мне сходить приглядеть за ними?
Остальные сочли, что это здравая мысль.
В туалете Линь Кэ и Сюй Синло стояли лицом к лицу.
— Когда Сяо-Жуй только вернулся в семью Цинь, они ведь не планировали разрывать с тобой отношения, верно?
Сюй Синло удивленно хмыкнул, сообразив, к чему клонит Линь Кэ: «Ах вот ты о чем, оказывается, в курсе?» Неужели этот парень преградил ему дорогу именно поэтому? Разъяренный ради спасения прекрасного принца.
А ведь этот старший братец неплохо справляется со своими обязанностями.
— Угу, — Линь Кэ сурово смотрел на него, явно ожидая объяснений.
Сюй Синло беспомощно развел руками:
— Скажи я тебе, что у меня просто помутился рассудок и всё произошло в порыве глупости — поверил бы?
Линь Кэ нахмурился. Сюй Синло, на которого в тот момент всех собак повесили и которого подловили в коридоре, оставалось только на ходу сочинять правдоподобную историю душевных терзаний:
— Видишь ли, я тогда впервые в жизни столкнулся с подобным ударом, вот крыша и съехала от отчаяния... Но меня же остановили еще до того, как я успел что-либо сделать. Думаю, даже если бы не помешали, в конце концов я бы всё равно отступил.
Он посмотрел на Линь Кэ:
— Когда человек теряет голову от эмоций, в его башке могут промелькнуть самые дикие мысли. Ты же не станешь этого отрицать?
С этим было не поспорить, и Линь Кэ кивнул:
— И каковы твои мысли насчет Сяо-Жуя теперь?
— Воспринимаю его как младшего брата, — ответил Сюй Синло. Но, поймав себя на мысли, что Линь Кэ по-прежнему вызывает у него легкое раздражение, он не удержался от шпильки: — Точно так же, как и ты.
Лицо Линь Кэ мгновенно приняло презабавнейшее выражение.
Конечно, он и сам прекрасно понимал, что Сюй Синло не имел в виду ничего дурного — просто его собственные тараканы в голове не давали покоя.
— Эй, друг, та проблема, которой ты так боялся, больше не повторится, расслабься, — Сюй Синло похлопал Линь Кэ по плечу, свистнул и повернулся, направляясь по делам.
Стоявший у выхода в коридор Сун Цинчжи расслышал обрывки их мирного разговора и тихонько удалился.
Обед подошел к концу, а до окончания перерыва оставались считанные минуты. Несколько парней, подружившихся после драки, договорились со Сюй Синло собраться вместе на площадке в следующий раз и разошлись каждый в свою сторону.
Цинь Шужуй очень хотел пойти вместе с Сюй Синло, но тот был неотделим от Сун Цинчжи, словно тень от шестка, так что Цинь Шужуй немного подумал и решил не навязываться.
Он наплел какую-то отговорку насчет того, что ему нужно купить канцелярские принадлежности, и сбежал.
Как только Цинь Шужуй скрылся из виду, Сун Цинчжи неторопливо бросил:
— Кажется, мне тоже нужно прикупить канцелярии.
Сюй Синло бросил взгляд на удаляющуюся спину того парня и приподнял бровку:
— Чего ж ты раньше молчал? Шел бы с ним.
— Вот еще, — небрежно бросил Сун Цинчжи, пряча руки в карманы школьной формы и шагая вперед. — Пошли, впереди как раз есть магазин.
— Твой тон... — по нему черта с два догадаешься, что у него на душе. На разбитое сердце это было непохоже, но и на полное душевное спокойствие — тоже. Сюй Синло поленился гадать на кофейной гуще и прямо спросил, догнав его: — Какова ситуация? Ты уже отошел от неразделенной любви?
Сун Цинчжи промолчал. Он и сам не знал. Во всяком случае, он больше не испытывал желания видеть Цинь Шужуя и больше не погружался в пучину мрачных эмоций из-за него.
Если это и значит — отпустить, то пусть будет так.
Но он ни за что не скажет об этом Сюй Синло, иначе зачем тогда все эти три миллиона были выброшены на ветер?
— Я у тебя спрашиваю? — Сюй Синло легонько пихнул его в бок, возвращая должок за тот пинок в ресторане.
— Ну и что, если да? А что, если нет? — Сун Цинчжи не глядя на Сюй Синло выдал прохладное предупреждение: — Меньше спрашивай, занимайся своими прямыми обязанностями — с тебя хватит.
Сюй Синло опешил. Этот сопляк что, объелся белены? Как он смеет так с ним разговаривать?! «...»
Он непременно заставит этого парня пожалеть о сказанном.
Шагавший впереди Сун Цинчжи, едва закончив фразу, тоже смертельно пожалел о содеянном. Просто ему не нравилось, когда Сюй Синло пытался прощупать почву, потому что он сам не мог предсказать... и не мог контролировать то, что Сюй Синло собирается выкинуть в следующую секунду.
Сохранять статус-кво казалось ему самым надежным вариантом.
— Тц, иди покупай свои ручки сам, этот господин больше в услугах не нуждается, — бросил Сюй Синло, глубоко засунув руки в карманы, и зашагал прочь.
Сун Цинчжи: «...»
Оставленный посреди дороги Сун Цинчжи ошеломленно застыл. Он думал, Сюй Синло шутит, и неуверенно окликнул его:
— Эй? Сюй Синло, ты правда уходишь?
Сюй Синло, разумеется, уходил по-настоящему.
Увидев, что тот даже не думает оборачиваться, Сун Цинчжи помрачнел лицом. Что за невыносимый характер у этого типа!
Поразмыслив пару секунд, он махнул рукой на канцелярию и быстрым шагом бросился вдогонку.
— У тебя характер совсем как у капризной девчонки, — выдержав долгую паузу, выдал Сун Цинчжи, поравнявшись со Сюй Синло.
Сколько он себя помнил, ему еще никогда в жизни не приходилось никого ублажать и уговаривать, хотя на душе у него уже скребли кошки и он тысячу раз пожалел о сказанном.
— Я... с характером девчонки? — такое оскорбление его слух стерпеть не мог. Сюй Синло ткнул пальцем в собственный нос, решив наглядно продемонстрировать Сун Цинчжи, что такое на самом деле девчачий характер: — Всё, сегодня во второй половине дня можешь не приходить ко мне на репетиторство! Тратить твое драгоценное время больше не входит в мои обязанности!
Сун Цинчжи вытаращил глаза, на мгновение потеряв дар речи от такой внезапности:
— Ты...
Он сдвинул брови, пытаясь подобрать слова, но Сюй Синло, бросив вызов, развернулся и зашагал прочь.
Брошенный на произвол судьбы отличник Сун, переварив случившееся, с безмолвным вздохом выпустил из легких воздух.
До чего же... нелепая, блин, ситуация.
Сначала Сун Цинчжи думал именно так, но поразмыслив чуть дольше, внезапно начал понимать, что именно задело Сюй Синло...
И впрямь был неправ.
Вернувшись в класс и усевшись за парту, Сун Цинчжи долго вертел в пальцах перьевую ручку, после чего оторвал листок из блокнота и написал записку для Сюй Синло: «Прости, я выразился некорректно, но я не то имел в виду, не обижайся».
Записку передали по рядам. Сюй Синло бросил на нее беглый взгляд, отвечать не захотел и проигнорировал.
Сун Цинчжи помрачнел: «...»
Впервые в жизни он встретил человека, который так нагло игнорировал его авторитет. Он ведь даже извинился, а тот всё ломается!
В другое время избалованный всеобщим вниманием Сун Цинчжи счел бы это смешным — стоило ли вообще водиться с таким человеком?
Но когда дело касалось Сюй Синло, он вдруг обнаружил, что поступить так не в силах.
Весь остаток дня атмосфера за партами и вокруг них оставалась странной и напряженной.
Даже Шэнь Цзи заметил, что между ними что-то не так.
Не выдержав, Шэнь Цзи тихонько спросил Сун Цинчжи:
— Что стряслось? Дело не выгорело?
— Всё в порядке, — лицо Сун Цинчжи было абсолютно беспристрастным, но любой дурак бы понял, что настроение у него хуже некуда.
Шэнь Цзи пожал плечами и больше не рискнул допытываться.
Он подумал: уж Сюй Синло-то наверняка в курсе, в чем дело?
Поэтому он украдкой обернулся и бросил взгляд назад. Заметив, что школьный хулиган ведет себя совершенно обычно, Шэнь Цзи озадачился еще сильнее: неужели ненормальным сегодня был только их староста Сун?
Прозвенел звонок с последнего урока. Сюй Синло собрал учебные материалы, которые собирался штудировать вечером, и ушел в одиночестве.
«...» Сун Цинчжи чувствовал себя полным дураком, но у него совершенно не было сил с хладнокровным видом складывать вещи в сумку и отправляться домой.
— Староста Сун, ты разве не идешь? — Шэнь Цзи, заметив, что его сосед по парте так и сидит на месте, погруженный в глубокие мысли, подумал, что во второй половине дня староста и впрямь вел себя крайне подозрительно.
Какая муха его укусила?
— Иди вперед, я не спешу, соберусь потихоньку, — придя в себя, ответил Сун Цинчжи.
Спустя полчаса в дверь арендованной квартиры кто-то постучал. Сюй Синло, решив, что это доставка еды, подошел к двери и распахнул ее, но в ту же секунду сообразил, что вообще ничего не заказывал.
Увидев на пороге Сун Цинчжи, Сюй Синло мысленно выругался и в следующее мгновение попытался захлопнуть дверь перед его носом...
— Черт, ты серьезно? — Сун Цинчжи мгновенно уперся рукой, преграждая путь. На его обычно невозмутимом лице проступило искаженное от отчаяния выражение. — Не перегибай палку.
Он уже и извинился, и сам явился к нему домой — чего еще этому Сюй Синло надо?
Услышав это, Сюй Синло ослабил нажим, и Сун Цинчжи тут же протиснулся внутрь, одновременно густо покраснев от собственного унижения.
Он готов был поклясться, что никогда в жизни не опускался до такого подобострастия.
В какой-то момент он даже сам не понимал, ради чего вообще всё это терпит?
Да кто такой этот Сюй Синло, чтоб перед ним распинаться?!
— Я же просил тебя не приходить. И зачем приперся? — Сюй Синло даже не стал закрывать дверь. Скрестив руки на груди, он стоял посреди прихожей и сверлил его безжалостным взглядом.
— Ты издеваешься? — Сун Цинчжи бросил рюкзак на пол и уставился на него в ответ с укором. — Только из-за того, что я сболтнул лишнего, ты со мной так обращаешься? Все мои старания для тебя теперь псу под хвост?
— Это я-то «так с тобой обращаюсь»? — Сюй Синло хмыкнул, уперевшись одной рукой в стену рядом с головой покрытого ледяной крошкой парня. — И как же я с тобой обращаюсь? Всего лишь сказал не приходить ко мне на репетиторство, а у тебя такая истерика, будто конец света настал.
— ... — выслушивая этот бред, Сун Цинчжи закипал от злости, одновременно осознавая, что его собственный острый язык, обычно столь безотказный с другими, в присутствии Сюй Синло словно укорачивался вдвое. — Было так или нет — ты прекрасно знаешь сам.
— Ладно, — спорить дальше не имело никакого смысла. Сюй Синло небрежно бросил: — И как же, по-твоему, я должен к тебе относиться? Изволь выразиться яснее, а то опять обвинишь меня в невыполнении служебных обязанностей.
Последние три слова Сюй Синло выделил с особой интонацией.
— Ах ты... — Сун Цинчжи скрежетал зубами. Хотя на душе у него скребли кошки, он все же подавлял гнев, сделал глубокий вдох и попытался объясниться: — Я же сказал, что оговорился, к тому же я перед тобой извинился.
Разве нельзя просто перевернуть эту страницу?
— Если ты извинился, я что, обязан сразу всё простить? — Сюй Синло закатил глаза.
— Чего ты тогда хочешь? — Сун Цинчжи сверкнул глазами, запрятав глубоко на дне зрачков панику, которую не смел выдать. Правда, выдерживать такой зрительный контакт он был способен ровно три секунды, после чего мог смотреть исключительно на подбородок Сюй Синло.
— Раз ты спрашиваешь, значит, морально подготовился принять мое наказание? — опасно прищурился Сюй Синло. На этот раз он уперся в стену обеими руками по обе стороны от головы Сун Цинчжи, так что между ними оставалось расстояние едва ли в пол-ладони.
В ту же секунду Сун Цинчжи почувствовал, как от слов Сюй Синло его тело мгновенно запылало жаром с головы до ног. От этого накрывшего его с головой смущения стало невыносимо стыдно — почему всё так оборачивается?
— Выкладывай, — он отвернулся в сторону и шумно сглотнул слюну.
Мысленно он решил: если это не переходит все границы, он согласится.
Хотя вряд ли обойдется без жести.
Сюй Синло совсем не был похож на человека, способного упустить такую возможность.
— Тогда слушай внимательно, — наклонив голову, Сюй Синло приблизился к его лицу и заглянул прямо в глаза: — Раньше этот господин всегда брал инициативу на себя и целовал тебя первым. На этот раз твоя очередь целовать меня.
Сун Цинчжи: «Чт... что?»
Прижавшись затылком к прохладной стене, парень подумал, что у него слуховые галлюцинации. Вот это и есть обещанное Сюй Синло наказание?
— Угу, — Сюй Синло прикрыл глаза. — Поцелуешь — и я тебя прощу.
— ... — Сун Цинчжи испытывал столь сложную гамму чувств, что потерял дар речи. Ему пришлось изо всех сил прикусить нижнюю губу, чтобы сдержать рвущийся наружу порыв победоносной улыбки.
Негодяй.
Он обвисшими руками обвил шею Сюй Синло и, исполнив волю последнего, жадно припал к его губам.
В этот момент его сердце колотилось так бешено, казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди.
http://bllate.org/book/26244/3143918
Готово:
