Одной лишь этой фразой Шу Юньфэй не смог выплеснуть все эмоции, кипевшие у него на сердце, и продолжил обсуждать происходящее с Сян Чэнем:
— По сравнению с Братом Ляном этот переводчик — просто ничтожество. У него фанатки-мамочки, а у нашего Брат Ляна — девушки-фанатки! Боевой дух девушек-фанаток — это просто нечто невероятное. Трон школьного красавчика по-прежнему останется за Братом Ляном, он никому его не отдаст...
В этот момент дружные девичьи визги смолкли, и некоторые девушки стали расспрашивать тех, кто стоял рядом:
— Вы только что снимали? Всё произошло так внезапно, я даже телефон достать не успела. Как жаль, что тот момент не удалось запечатлеть...
Шу Юньфэй тут же подскочил к ним:
— Не переживайте, одноклассницы! У меня есть видео, как Брат Лян забивает гол. Давайте добавлю вас в друзья, я вам скину.
— Спасибо!
— Ой, да за что спасибо, мы же все одноклассники.
Насколько громкими были девичьи визги, настолько же отвратительными лицами обзавелась компания Тан Фэнжуя.
Тан Фэнжую очень хотелось бросить еще пару угроз, но он долго открывал и закрывал рот, выдавив из себя лишь унылое:
— Лу Чжаоюань, ты крут.
Сказав это, оставаться здесь дальше было уже невозможно. Тан Фэнжуй, словно вымещая на ком-то злость, подхватил баскетбольный мяч и зашагал к соседней площадке.
Он подал пример, и остальные тут же последовали за ним — пристыженные, понурые, они ушли все до единого.
Больше никто не чинил препятствий. Чжу Ланьсин первым поднял из корзины баскетбольный мяч и сказал Лу Чжаоюаню:
— Спасибо.
Лу Чжаоюань поспешил откреститься:
— Я не ради тебя старался.
Чжу Ланьсин ничуть не смутился и сделал ему комплимент:
— Только что мяч полетел очень красиво, отличный удар.
На этот раз Лу Чжаоюань ничего не ответил, лишь скрестил руки на груди и, казалось, слегка усмехнулся.
Собеседник молчал, и Чжу Ланьсин не стал продолжать разговор.
Он сделал несколько шагов назад, поднял мяч, принял позу для броска и мысленно оценил дистанцию и ощущения.
Лу Чжаоюань сам нарушил молчание:
— Решил побросать?
— Ага, потренироваться немного.
— Самое дно и должно тренироваться.
Чжу Ланьсин завершил оценку.
Его запястье взмахнуло, и баскетбольный мяч описал в воздухе красивую дугу.
— Чик!
Мяч влетел точно в сетку, не отклонившись ни на сантиметр.
— …
Лу Чжаоюань снова завис.
Этот парень вообще нормальный? За один этот урок ему уже дважды прилетели пощёчины от реальности, причем такие, где и секунды не прошло...
Не успел он додумать эту мысль, как Чжу Ланьсин снова начал движение. На этот раз он повел мяч вперед и взмыл в воздух под самым кольцом.
Он проследил взглядом за летящим мячом и запрокинул голову.
Солнечный свет ударил ему прямо в лицо, ослепляя глаза.
Тело Чжу Ланьсина в полете распрямилось, словно он парил в невесомости. Он обеими руками вколотил мяч в кольцо, и глухой стук удара о металл прозвучал подобно грохочущему удару барабана. В его неизменной холодной элегантности неожиданно пробились три частицы живости и дикой мощи.
Вокруг вновь поднялся шум, похожий на морской привал.
— Это же данк!
Девочки завизжали как безумные.
— Божественный данк! Чжу Ланьсин, ты просто супер!
Лу Чжаоюань посмотрел на Чжу Ланьсина, а затем перевел взгляд вдаль, на Тан Фэнжуя.
Такое крутое зрелище закономерно привлекло внимание всех на площадке, и Тан Фэнжуй, разумеется, не был исключением. Выражение лица у него было такое, будто он выпил десять чангов воды для мытья ног — вытошнило бы, да нечем.
Лу Чжаоюань цыкнул языком и протянул с издевкой:
— А ведь и впрямь умеет притворяться свиньей, чтобы съесть тигра...
— Переводчик и впрямь непрост.
Восклицание, раздавшееся рядом, прервало шёпот Лу Чжаоюаня. Обернувшись, он увидел покачивающего головой Шу Юньфэя — жаль только, веера в руках не было, чтобы пообмахиваться.
— Я-то думал, Брат Лян уже обеспечил нам победу в этот раз, а у переводчика, оказывается, заготовлен козырь. Мало того, что он собрал армию фанаток-мамочек, так теперь еще и на девушек-фанаток зарится! Борьба за звание школьного красавчика в этом году полна неожиданных поворотов...
— Потрать-ка лучше свой ум и сообразительность на защиту ворот.
Лу Чжаоюань раздраженно прервал Шу Юньфэя, шагнул вперед и ввел мяч в игру.
Шу Юньфэй взвыл каким-то диким голосом и с удивительной для его телосложения ловкостью перехватил мяч, прижав его к груди. Затем он вскочил и, на ходу несясь к футбольному полю, изо всех сил пнул мяч:
— Сян Чэнь, лови!
После двух матчей тело все еще приятно гудело от усталости — той самой легкой, бодрящей усталости, словно тяжелый камень, давивший на грудь, наконец-то отвалился, и стало легче дышать.
Чжу Ланьсин, который изначально собирался сделать пара бросков, чтобы просто утолить зуд в руках, не смог вовремя себя остановить и провозился под кольцом чуть дольше обычного. Пока в очередной раз не наклонился за мячом, и перед его глазами вдруг резко потемнело.
...Черт!
...Батарейка садится!
Головокружение уже накатило, но оно еще не успело полностью парализовать разум Чжу Ланьсина. Он уперся обеими руками в баскетбольный мяч, изо всех сил пытаясь сконцентрироваться, широко раскрыл глаза и уставился в сторону футбольного поля.
Перед глазами всё плыло, расплывалось и покачивалось. Собрав последние силы, Чжу Ланьсин прижал к себе мяч, поднялся на ноги и позвал:
— Лу Чжаоюань...
На футбольном поле Лу Чжаоюань с товарищами уже отыграли целый круг. В пылу борьбы мяч вылетел за боковую линию, и Лу Чжаоюань легкой трусцой подбежал к углу поля, готовясь ввести его в игру, как вдруг раздалось два звука — хлоп-хлоп, — и маленький баскетбольный мяч, подпрыгивая, покатился мимо него.
— ...?
Лу Чжаоюань озадаченно проследил взглядом за прыгающим мячом, еще не успев сообразить, с чего бы этой штуке здесь взяться, как тут же ощутил тяжесть в спине — кто-то в него врезался.
Лу Чжаоюань слегка нахмурился и подался вбок, освобождая дорогу.
От этого движения оказавшийся позади человек тут же рухнул на землю. Лу Чжаоюань замер на мгновение, успев в доли секунды разглядеть того, кто упал.
Это... это был Чжу Ланьсин?
Лу Чжаоюань протянул руку и подхватил Чжу Ланьсина.
Тело парня было ледяным, будто он поймал кусок мокрого льда.
Одной рукой удержать его было тяжело, поэтому он подставил вторую, надежно поддерживая человека:
— Ты в порядке? Чжу Ланьсин?
Повторив вопрос дважды, прислонившийся к нему парень наконец подал признаки жизни — поднял голову и посмотрел на него.
Его обычно яркие глаза заволокла мутная пелена, словно тонкая вуаль, из-за чего так и хотелось протереть их за него.
То ли ему показалось, но Лу Чжаоюань отчетливо уловил в этом мимолетном взгляде какое-то облегчение...
Сердце колотилось как безумное, перед глазами чернело, обзор застилала пелена, и даже слух сильно притупился. Шум, еще мгновение назад гремевший прямо над ухом, словно пропустили через шумоподавитель, резко стих.
Но было одно утешение.
Он все-таки преодолел расстояние от баскетбольной площадки до футбольной и уцепился за Лу Чжаоюаня.
По крайней мере, не придется устраивать фокусы с исчезновением посреди школьного двора...
Чжу Ланьсин тяжело вздохнул про себя, чувствуя, как отпустило последнее натужное усилие. Тьма навалилась снова, и, успевая до того, как сознание окончательно погаснет, он пробормотал в ответ Лу Чжаоюаню:
— Ни... чего, у меня... гипогликемия...
— Что за дела? Брат Лян? Почему это переводчик прибежал сюда и рухнул? — футболисты растерялись. Они как раз сгрудились в предвкушении борьбы за мяч, а теперь толпой обступили упавших.
— ...Понятия не имею.
Лу Чжаоюань тоже был в растерянности. Если бы такое представление кто-то устроил в другом месте, он бы решил, что это чистой воды шантаж и симуляция...
— У него ужасно бледное лицо. — Шу Юньфэй, однако, внимательно присмотрелся и выдал вполне здравую мысль: — Может, в медпункт его?
Настоящий медицинский кабинет школы находился совсем в другом месте, но поскольку здесь рядом располагалась спортплощадка и школьная футбольная команда постоянно тренировалась, получая синяки и ссадины во время занятий, тут оборудовали филиал медпункта. Школьный врач почти никогда здесь не сидел, но зато хранились самые необходимые лекарства на случай ЧП.
Лу Чжаоюань посмотрел на Чжу Ланьсина.
Тот и сам по себе был бледнокож, а сейчас побелел и вовсе как покойник — уложи его прямо на землю, и можно смело выдавать за труп, никто подвоха не заметит.
Он нахмурился:
— Разойдитесь все, нечего тут толпиться, воздуху не даете продохнуть.
Коллективное кольцо немного расширилось и стало плотнее — девушки, дежурившие у баскетбольной площадки, в тревоге тоже подбежали поближе.
В следующий момент в толпе поднялся небольшой переполох, и спустя секунду до рук Лу Чжаоюаня через цепочку передающих дошла еще не вскрытая пачка салфеток вместе с подсказкой:
— У Чжу-одноклассника весь лоб в холодном потом, оботрите его.
Вечно эти девчонки создают проблемы.
Лу Чжаоюань немного поморщился, но пачку все же взял, в два счета содрал упаковку, вытащил салфетку и принялся стирать пот с лица и шеи парня.
Закончив, он вернул салфетки обратно и скомандовал Шу Юньфэю:
— Иди сюда, помоги дотащить его до медпункта.
Дело было серьезное, так что Шу Юньфэй без лишних слов подхватил Чжу Ланьсина под вторую руку, и они вместе с Лу Чжаоюанем двинулись вперед.
По дороге к медпункту никто из зевак за ними не увязался, вот только почему-то, пока они шли, Чжу Ланьсин все норовил прислониться к нему... Лу Чжаоюань дважды ощутил этот нажим, скосил глаза и в очередной раз уперся взглядом в макушку Чжу Ланьсина.
Волосы у того были очень темными.
Но на солнце отливали теплым карамельным оттенком.
Сами пряди — гладкие и послушные, и лишь одна прядка, хитро спрятавшись за ухом, кокетливо вилась колечком.
Лу Чжаоюань и сам не понимал, о чем думает. Наверное, просто нашел эту кудряшку забавной.
Так или иначе, он протянул руку и взъерошил макушку Чжу Ланьсина.
Тьфу, мокрые, сплошной пот.
Знал бы — вытер бы ему голову вместе с салфетками.
Брезгливо поморщившись, Лу Чжаоюань вытер влажную руку о кофту Чжу Ланьсина.
Медпункт находился прямо у футбольного поля, так что дошли они быстро. Внутри, как и ожидалось, никого из врачей не было. Лу Чжаоюань открыл дверь ключом, уложил Чжу Ланьсина на кушетку, стянул с него куртку и принялся расстегивать пуговицы на рубашке... На середине процесса он вдруг заметил, что за спиной Шу Юньфэй усердно снимает их на камеру телефона.
Лу Чжаоюань опешил:
— Ты чем занимаешься?
— Ничем, ничем, — тут же зачастил Шу Юньфэй и даже подгонять принялся: — Брат Лян, не обращай внимания, продолжайте.
Уголок рта Лу Чжаоюаня дернулся. Он поднялся с места и пинком выставил Шу Юньфэя за дверь медпункта, с грохотом захлопнув ее перед его носом.
Избавившись от балласта, Лу Чжаоюань снова повернулся к Чжу Ланьсину и решил, что воздуха тому теперь предостаточно. Он открыл шкафчик, развел стакан воды с глюкозой, притянул стул и сел рядом с кушеткой.
Сначала он собирался просто влить глюкозу спящему парню в рот, но, подумав, передумал. Схватив куртку Чжу Ланьсина, он тщательно обтер ему волосы, аккуратно промокнул их насухо, а затем еще и похлопал по щекам, и только после этого с чувством глубокого удовлетворения принялся поить больного сладкой водичкой.
Губы едва успели смочиться, как Лу Чжаоюань заметил, что брови потерявшего сознание Чжу Ланьсина легко дрогнули. Тот тихо кашлянул и медленно приоткрыл глаза...
В первые же секунды после пробуждения Чжу Ланьсин прислушался к ощущениям в теле.
Казалось, ничего не изменилось.
Он беззвучно выдохнул с облегчением, а затем увидел Лу Чжаоюаня.
Тот наклонился совсем близко — расстояние между ними не превышало ширины ладони, — полностью заслоняя собой весь обзор.
Лу Чжаоюань опешил и тут же отпрянул, да так резко, что чашка с глюкозой едва не брякнула о тумбочку.
— Очнулся.
— Угу...
— Пей давай.
— Это что?
Взгляд Чжу Ланьсина переместился с Лу Чжаоюаня на прикроватную тумбочку, в глазах мелькнуло легкое недоумение.
Лу Чжаоюань поморщился:
— Обычная глюкоза. Моя мама — медсестра, я иногда помогаю ей приглядывать за людьми... Не бойся, от нее не умрешь.
Хоть это было и без надобности...
Чжу Ланьсин все же неторопливо протянул руку и сделал пару маленьких глотков.
Вода действительно отдава́ла сладковатым вкусом глюкозы.
Но этот приторный привкус не смог рассеять тревогу Чжу Ланьсина. Протягивая руку, он украдкой взглянул на виртуальный экран: к счастью, тот хотя бы не уменьшился в размерах, но заряд батареи по-прежнему балансировал на грани катастрофы — всего 3%.
И поэтому...
Как же ему заставить Лу Чжаоюаня остаться?
Сидевший на стуле Лу Чжаоюань уже поднялся на ноги.
Он небрежно крутил в пальцах куртку, подкинув ее на руке.
Пока тот был без сознания, он ничего не чувствовал, но стоило парню очнуться, как в этом тесном пространстве на двоих стало неуютно. Особенно при мысли, что пока тот спал, он успел погладить его по голове...
Зря он все-таки прогнал Шу Юньфэя.
Мысленно вздохнув, Лу Чжаоюань произнес:
— Раз ты пришел в себя, я пошел.
— ...?
— На столе лежит номер школьного врача. Если снова станет плохо — звони ему.
— ?!
Чжу Ланьсин наконец сообразил, в чем дело, и торопливо проглотил жидкость, застрявшую в горле. Глотнул слишком резко и тут же подавился. Пока он ставил чашку и поднимался на ноги, Лу Чжаоюань уже давным-давно скрылся из медпункта, и даже шкала сигнала на виртуальном экране мгновенно исчезла.
Можно было даже не выбегать в погоню — Чжу Ланьсин прекрасно понимал, что догнать Лу Чжаоюаня у него нет ни единого шанса.
— ...
Теперь уже что ни делай, все бесполезно: отклик организма последовал незамедлительно, и та жуткая физическая нестабильность снова вернулась...
Первоочередная задача...
Хладнокровно подавив накатывающую слабость, Чжу Ланьсин шагнул к двери, запер медпункта на замок, плотно задернул шторы на окнах и занавеску на кушетке, после чего свернулся калачиком прямо на кровати, смиренно ожидая перемен в собственном теле.
В ту же секунду Лу Чжаоюань, быстрым шагом вернувшийся на футбольное поле, вдруг обнаружил, что по-прежнему сжимает в руке куртку Чжу Ланьсина.
...Что за день сегодня такой.
Обреченно подумал Лу Чжаоюань.
http://bllate.org/book/26205/3136868
Готово:
