Понедельник, Экспериментальная средняя школа.
Идущий впереди завуч уже битый час что-то бубнил. Пятидесятилетний мужчина по имени Доу Синсюэ обладал головой, идеально подходящей для его должности: количество волос на ней всегда находилось в обратной зависимости от его словоохотливости. Теперь же его лысину прикрывали всего три редкие прядки, за что его справедливо прозвали «Доу Три Волосины».
Благодаря семи годам слепоты у Чжу Ланьсина обострились все остальные чувства, особенно слух. За время пути он успел наслушаться прозвищ завуча и уже невольно начал разглядывать его череп…
В тот самый момент, когда он отвлекся, запястье слегка завибрировало. Чжу Ланьсин немедленно опустил взгляд и увидел, что на пустой шкале сигнала высветилась одна полоска.
Он замер.
Есть сигнал — значит, рядом Лу Чжаоюань. А где Лу Чжаоюань?..
Он обвел взглядом окружение и вскоре остановился на дверях туалета неподалеку.
— Твой класс находится в конце этого коридора, рядом с учительской. Сначала я отведу тебя туда, познакомим с классным руководителем второго класса, господином Ваном. Он прекрасный педагог. Полагаю… почему ты остановился?
Доу Синсюэ, прошагав в одиночку половину коридора и заметив, что ученик отстал, вернулся назад и проследил за взглядом Чжу Ланьсина — прямо на дверь туалета.
Внезапно ноздри завуча раздулись. Уловив специфический запах, он скривил губы в холодной усмешке, хлопнул Чжу Ланьсина по плечу и, взметнув полы пиджака, решительно ринулся внутрь:
— Молодец, парень, нюх у тебя что надо!
Вскоре из туалета донеслись вопли, и Доу Синсюэ, словно пастух, выгнал оттуда троих парней. Двоих Чжу Ланьсин не знал, но последним шел Лу Чжаоюань — он выглядел совершенно равнодушным и явно ни во что не ставил завуча.
Когда он посмотрел на Лу Чжаоюаня, тот в ответ посмотрел на него.
Кажется, парень слегка опешил.
Чжу Ланьсин невозмутимо потянул рукав, прикрывая браслет на запястье. Всего пару дней назад он общался с ним, будучи ребенком. Если тот вдруг вспомнит украшение, возникнут проблемы…
— Говорите, где сигареты!
Доу Синсюэ бушевал, переполненный праведным гневом:
— Вы уже во втором классе старшей школы, а ума не нажили! Мало того, что постоянно влипаете в неприятности, так еще и курить начали? Совсем об учебе не думаете, как вы вообще экзамены сдавать собираетесь? Ты, и ты…
Толстый, как морковка, палец Доу Синсюэ ткнулся в головы первых двоих, но когда очередь дошла до Лу Чжаоюаня, палец почему-то дрогнул и указал на стену, а гневная отповедь превратилась в невнятное бормотание.
Лу Чжаоюань приподнял веки и так же лениво опустил их, произнеся безразличным тоном:
— Завуч, никто не курит. Вы ведь даже окурков не нашли, верно?
Доу Синсюэ явно побаивался Лу Чжаоюаня, поэтому после его слов притих и просто сверлил его взглядом.
Чжу Ланьсин, стоявший рядом, хотел бы поверить Лу Чжаоюаню, но, помимо отличного слуха, у него был еще и чуткий нос. Его взгляд упал на парня в центре.
Тот заметил внимание Чжу Ланьсина и огрызнулся:
— Че уставился?
— Эй, Сян Чэнь, — Доу Синсюэ аж усмехнулся от возмущения. — Какой дерзкий! Че уставился, говоришь? А че такого, если он уставился?
Чжу Ланьсин промолчал. Говорить было не о чем.
Тонкая струйка сизого дыма медленно поднималась из-за спины Сян Чэня.
Привлекающий внимание дымок не остался незамеченным. Все взгляды опустились ниже, прямо к «эпицентру».
Сян Чэнь почувствовал неладное и инстинктивно потрогал себя сзади:
— Вы чего на меня смотрите? Мне аж жарко стало…
Лу Чжаоюань сделал такое лицо, будто зрелище было невыносимым.
Доу Синсюэ заложил руки за спину и холодно ухмыльнулся:
— Еще бы не жарко. Огонь уже добрался до задницы, дым повалил!
С поличным пойманы, отпираться было бессмысленно. Доу Синсюэ окончательно вошел в роль, обрушивая весь гнев на троицу. Урон был настолько велик, что в радиусе трех метров никто не смел даже дышать — проходящие мимо ученики предусмотрительно обходили завуча стороной.
Так продолжалось, пока не подошел невысокий мужчина и с улыбкой не поздоровался:
— Завуч Доу.
Доу Синсюэ покосился на него:
— Учитель Ван.
— Видите, дети уже осознали свою вину…
— Ха-ха.
На этом «ха-ха» диалог закончился, и Чжу Ланьсин поймал полный мольбы взгляд невысокого мужчины.
Тот поспешил перевести тему:
— Это, должно быть, наш новый ученик по обмену?
Доу Синсюэ помедлил, отпустил Лу Чжаоюаня и остальных, повернулся и представил:
— Чжу Ланьсин, это твой классный руководитель, учитель Ван, Ван Юннань. Если возникнут вопросы по учебе или быту — обращайся к нему.
Ван Юннань поспешил подхватить:
— Отлично. Скоро начнется утренняя читка, я отведу ребенка в класс. А Лу Чжаоюань и остальные…
Доу Синсюэ был непреклонен:
— Его забирай, а эти трое пусть остаются.
Даже Ван Юннань, который с самого начала не сходил с лица улыбкой, в этот момент мог лишь сочувственно посмотреть на троицу. Он сказал:
— Ну, хорошо, я…
— Я тоже останусь, — перебил его Чжу Ланьсин.
Все взгляды скрестились на нем. Учителя смотрели с любопытством, а одноклассники — от настороженности до откровенной враждебности.
— Ты зачем остаешься? — удивленно спросил Доу Синсюэ. — На утреннюю читку не пойдешь? Ты ведь так спешил в класс.
Раньше — спешил, но сейчас…
Чжу Ланьсин посмотрел на Лу Чжаоюаня и задумчиво ответил:
— Учитель, вы так стараетесь. Я постою рядом, поучусь у вас.
Что ж, настороженность и враждебность сменились ненавистью и презрением.
В конце концов, перепалку прервал звонок на утреннюю читку.
Доу Синсюэ был тем человеком, у которого никто не мог отбить учеников — если только речь не шла об уроках.
Ван Юннань, извиняюще улыбаясь и кланяясь, проводил завуча, который отправился дальше проверять старшие классы. Вернувшись лишь спустя долгое время, он тяжело вздохнул, глядя на Лу Чжаоюаня и его друзей:
— Можете хоть раз вести себя тихо? Не создавайте учителям проблем каждые три дня. Семестр только начался, а я уже чувствую, что премии мне не видать…
Лу Чжаоюань насмешливо фыркнул:
— Мы же сказали, что не курили.
Ван Юннань беспомощно покачал головой, не желая спорить, и повернулся к Чжу Ланьсину, доброжелательно улыбнувшись:
— Учебный год уже месяц как идет, почему ты перевелся только сейчас?
— Только сейчас возникла необходимость, — ответил Чжу Ланьсин.
— Если возникнут трудности с учебой или в быту, не стесняйся говорить учителю.
— Спасибо, учитель, я справлюсь сам.
— … — Ван Юннань слегка растерялся. Сценарий был верный, он всегда так наставлял учеников, почему же здесь разговор не клеится?
Чтобы снять неловкость, Ван Юннань огляделся и заметил, как Сян Чэнь, придерживая штаны, идет вразвалочку, как утка.
— Что с тобой такое?
— Брюки прогорели, — с гримасой боли ответил Сян Чэнь. — Трусы видно.
— …Иди в мой кабинет, у меня есть спортивные штаны, возьми и переоденься, — Ван Юннань глубоко вздохнул, осторожно касаясь своих все еще густых волос.
К счастью, они уже дошли до класса. Мучительное утро подошло к концу. Лу Чжаоюань с друзьями вернулись на свои места, а Ван Юннань завел Чжу Ланьсина на кафедру:
— Займу у вас пять минут. Сегодня в нашем классе новый ученик…
Ученики были до крайности прозорливы и приметили нового человека еще до того, как он вошел. Стоило учителю заговорить, как они тут же отбросили маски прилежных чтецов и принялись свистеть, выражая восторг.
— Ого, еще один крутой парень.
— Не просто крутой, выглядит как отличник. Неужели в нашем классе станет на одного…
— Так, тихо, тихо, — Ван Юннань дважды хлопнул по кафедре. — Дайте слово новому ученику.
Все же стоило проявить уважение к классному руководителю, поэтому после недолгих перешептываний в классе наступила тишина.
Чжу Ланьсин повернулся и мелом написал свое имя на доске.
— Всем привет, меня зовут Чжу Ланьсин.
Сказав это, он умолк и на мгновение встретился взглядом с учениками и Ван Юннанем.
Учитель хотел что-то добавить, но решил, что заставлять Чжу Ланьсина говорить больше нет смысла:
— Постарайтесь помочь однокласснику быстрее влиться в коллектив. Чжу Ланьсин, садись…
Сян Чэнь, вернувшийся после переодевания, украдкой пробрался на свое место перед Лу Чжаоюанем.
— Брат Лян, на кого смотришь? — он проследил за взглядом Лу Чжаоюаня и тут же насмешливо фыркнул. — …Новенький любит повыпендриваться. С самого начала строит из себя крутого.
— Не знаю насчет повыпендриваться, — протянул Лу Чжаоюань. — Но с того момента, как мы встретились, он не сводит с меня глаз. Это факт.
Он внезапно вытянул ногу и несильно пнул парту. Раздался грохот, который привлек внимание всего класса.
Встретившись взглядами с остальными, Лу Чжаоюань указал подбородком на свободное место рядом с собой и небрежно бросил:
— Садись здесь. Я помогу новому ученику влиться в коллектив.
Через половину класса Чжу Ланьсин и Лу Чжаоюань встретились взглядами.
В глазах парня читалось еще больше подозрения.
Поэтому…
— Учитель, я сяду вон там.
Чжу Ланьсин поднял руку и указал на пустующее место через проход от Лу Чжаоюаня. Его соседкой была девочка с каре.
Она уже была настороже, лучше пока держаться на расстоянии.
Нельзя ведь выжать все соки из одного пауэрбанка за раз.
Нужно… действовать устойчиво.
Первым уроком в понедельник была литература, но никто не слушал. Девочка с каре пододвинула учебник и прошептала:
— Будем смотреть вместе.
— Спасибо.
Чжу Ланьсин вежливо ответил и мельком осмотрел ее парту. Розовый пенал, розовые ручки, даже блокнот в углу был розовым. Очень нежная девочка, ее звали Мяо Сяохуэй.
Чжу Ланьсин отвел взгляд, обвел класс и, наконец, посмотрел в окно, выходящее на спортплощадку.
По пути он неизбежно увидел Лу Чжаоюаня, сидящего под окном.
С самого начала урока тот спал, положив голову на парту, а теперь, почувствовав взгляд, приоткрыл глаза, лениво окинул его взглядом и отвернулся, демонстрируя затылок.
Спит так безмятежно.
Чжу Ланьсин задумался.
Похоже, с успеваемостью у него не очень…
Урок прошел в безделии. Когда прозвенел звонок, класс оживился: кто-то пошел пить, кто-то в туалет, повсюду раздавался смех и разговоры.
Чжу Ланьсин не знал, чем заняться. Глянул на соседа — Лу Чжаоюань, кажется, тоже ничего не делал, все так же лениво лежал на парте, поэтому Чжу Ланьсин просто погрузился в свои мысли.
Он витал в облаках, когда до его слуха долетели сплетни… о Сян Чэне.
Неизвестно как, но история о том, как утром Сян Чэнь сжег штаны и засветил трусы, уже разошлась по классу. Причем в деталях — докопались даже до того, что трусы были в цветочек.
Ученики перешептывались, прятали смешки, и Сян Чэнь в одночасье превратился в Сян Цветочка.
«…»
Старшеклассники — существа занятые, но когда дело касается безделья, они могут творить чудеса.
Чжу Ланьсин снова покосился в ту сторону и увидел крепкого парня, сидящего на свободном месте рядом с Лу Чжаоюанем. Это был Шу Юньфэй, который утром вместе с Лу Чжаоюанем и Сян Чэнем был выгнан из туалета.
Шу Юньфэй понизил голос:
— Рассказываю, я только что в девчачьем кружке услышал новости.
Сам по себе Шу Юньфэй не обладал выдающейся внешностью, особенно по сравнению с Лу Чжаоюанем: Лу Чжаоюань был звездой, а он — метеоритом; Лу Чжаоюань — школьным красавчиком, а он — травой у дороги.
Но, как ни странно, он пользовался невероятным успехом у девушек. Даже в компании, состоящей из одних девчонок, Шу Юньфэй умудрялся влиться в коллектив. Говорили, что после распределения по классам во втором классе количество чатов с девушками, в которых он состоял, росло как при митозе — с одного до двенадцати, и он был очень занят…
— Какие новости? — Лу Чжаоюань наконец поднял голову с парты.
Шу Юньфэй сочувственно посмотрел на Сян Чэня:
— Ну, про твои трусы… короче, все уже знают… Сян Цветочек.
Сян Чэнь вспыхнул до корней волос.
— Да как… как… — он заикался от ярости. — Как это стало известно! После того как подожгло, я до самого класса прикрывался, кроме вас троих — е-мое, переведенный —
Этот крик не успел сорваться с его губ, как Лу Чжаоюань прервал его хлопком по плечу.
Лу Чжаоюань нахмурился:
— Хватит, нет доказательств, зачем болтать? Хочешь его задеть?
Сян Чэнь вытаращил глаза:
— Брат Лян, ты на чьей стороне, на моей или на его?
Лу Чжаоюань посмотрел на Чжу Ланьсина. Тот, сидя на другой стороне прохода, смотрел прямо перед собой, уставившись на парту светлыми глазами.
Что там интересного? Только выдает себя.
Лу Чжаоюань хмыкнул:
— Я на стороне доказательств, доволен?
Он потянулся, и его короткая школьная форма задралась, обнажив полоску кожи цвета пшеницы. Затем он отодвинул стул, взял стакан и направился к кулеру.
Кулер стоял в конце коридора, как раз в противоположном конце от туалета.
После первого урока возле кулера было немноголюдно. Когда небрежная фигура Лу Чжаоюаня скрылась за углом, Чжу Ланьсин невольно ускорил шаг и тоже свернул за поворот.
Внезапно чья-то рука перегородила путь и метнулась к его голове.
Зрачки Чжу Ланьсина слегка сузились, но прежде чем он успел среагировать, рука прошла в миллиметре от его щеки и ударилась о стену.
Лу Чжаоюань спросил:
— Зачем ходишь за мной?
http://bllate.org/book/26205/3136862
Готово:
