Когда Арло прибывал сюда, он вовсе не думал, что Юань Хуай сможет полностью переделать больше сотни энергетических блоков класса D.
Он даже не верил, что у Юань Хуая вообще получится это сделать; а если бы и вышло, то итоговый показатель вряд ли сильно превзошел бы штатный порог энергетических блоков класса D в шесть тысяч мегаватт. Обладай Юань Хуай и впрямь столь великим искусством, с чего бы ему ютиться на этой нищенской Звезде Чэньши?
Поэтому Арло не стал давать Юань Хуаю права выбора и сразу назначил срок выдачи заказа через месяц — по сути, лишь затем, чтобы посмеяться над Юань Хуаем, а заодно хоть немного утешиться после потери пятидесяти миллионов и баснословных трат на ремонт боевого корабля.
Хотя его непослушного младшего брата так заворожила способность Юань Хуая собственноручно модифицировать энергетические блоки, что тот наотрез отказался уходить и застрял в Академии Пустошей, превратив их временных союзников в нечто вроде партнеров, перегибать палку было нельзя.
Но слегка поддразнить его — вовсе не великое дело.
Боевой корабль космических пиратов, украшенный нелепым флагом с сердечком, плавно опустился на открытую площадку Академии Пустошей — как раз на то самое место, где в прошлый раз осталась огромная воронка от рухнувшего корабля.
Проделанная Юань Хуаем дыра в корпусе уже была залатана так искусно, что теперь и следа не осталось от прежних разрушений.
Арло спустился по трапу, мысленно предвкушая, как бы посильнее и незаметнее уязвить Юань Хуая. Его густые усы подергивались — пират явно предвкушал забавное зрелище.
Едва ступив на землю, он заметил выбегающего навстречу из небольшого здания глупого младшего брата. Прижимая к груди несколько энергетических блоков класса D, тот закричал издалека:
— Старший брат! Старший брат, взгляни! Только посмотри! Все блоки класса D полностью переделаны! Энергия, что хранится внутри них, превосходит показатели блоков класса B! Невероятно!
Шаг Арло замедлился, а усы на лице затряслись еще сильнее.
— Да как такое возможно?
Подойдя ближе, Херл тут же протянул брату один из блоков для проверки.
На корпусе значилась всё та же буква D, но поверхность изделия струилась дивными золотистыми узорами, сиявшими ярче, чем те линии на модифицированном блоке класса F, который Арло увидел в самый первый раз.
Стоило лишь взглянуть на внешний вид этого энергетического блока класса D, как у Арло тут же пропали из головы слова о неудаче Юань Хуая.
Следом за Херлом из здания показались Чэн Си и Кай Мо. В руках Чэн Си держал тот самый контейнер для энергоблоков, который Арло передал Юань Хуаю в самом начале.
Арло то и дело заглядывал за спины Кай Мо и Чэн Си, но самого Юань Хуая так и не обнаружил.
Чэн Си, казалось, давно разгадал мысли Арло. Подойдя ближе, он с улыбкой произнес:
— Все дальнейшие вопросы — о ценности энергетических блоков, распределении прибыли и прочих условиях нашего сотрудничества — мы с Кай Мо обсудим с тобой лично.
Арло поднял голову и потрепал себя по усам: хотя он был еще в самом расцвете сил, привычка эта делала его похожим на старика.
— А где Юань Хуай?
Чэн Си продолжал улыбаться, и от этой улыбки пирату стало только досаднее:
— У Старшего Хуая есть дела поважнее.
Сам же Юань Хуай, у которого были дела поважнее, преспокойно спал в своей комнате. Всего за какой-то месяц он превратил пустую поначалу комнату в полностью обжитое помещение, а в самом дальнем углу даже установил огромную резную кровать с балдахином, застеленную лучшими шелковыми перинами — так, чтобы в любой момент можно было прилечь на мягкое и удобное ложе.
Юань Хуай отличался нравом ленивым, и с годами эта черта проявлялась в нем всё ярче.
Закончив переделку энергетических блоков класса D с помощью Массива Сбора Духовной Энергии, он созвал Кай Мо, Чэн Си и остальных, и под их изумленными взглядами переложил все переговоры с Арло на их плечи.
И дело было не только в самих переговорах: последующий сбор финальной оплаты и прочие мелкие хлопоты он тоже поручил им.
Подобное поручение служило знаком особого доверия, которое Юань Хуай выказал Кай Мо и остальным.
Вообще-то Юань Хуаю не было никакой нужды выказывать подобное доверие, ведь жизни всех этих людей находились в его руках, и он мог бы поступать с ними как заблагорассудится, не ведая преград. Но он так не поступил.
Хотя он долгие годы беззаботно жил в Мире Бессмертных, пользуясь всеобщим уважением и почетом, Юань Хуай никогда не опускался до подлости и мародерства в мутной воде.
Он был ленив, горд, а порой и вспыльчив, но никогда не совершал ни единого ничтожного поступка.
Пока Кай Мо и остальные сопровождали Арло на переговоры, Юань Хуай от скуки перевернулся на кровати и задумался о дальнейшей схеме лечения для Хай Чэня, Кай Мо и остальных.
Для Кай Мо, Чэн Си и Ини курс целебных ванн подходил к концу.
После завершения этого финального курса дальнейшее погружение в целебные отвары уже не смогло бы залечить их старые внутренние травмы.
К счастью, их тела уже заметно окрепли и были готовы к началу основного лечения.
Это стало понятно еще тогда, когда они научились ощущать прохладную духовную силу, разлитую в воздухе, однако Юань Хуай все же предпочел действовать наверняка и тянул до самого последнего момента.
До начала Межпланетного студенческого турнира мехаcha оставалось меньше полугода. Изначально, согласно плану Юань Хуая, времени на исцеление Кай Мо, Чэн Си и Ини должно было хватить с избытком, но сегодня утром — еще до прибытия Арло в Академию Пустошей — учебное заведение получило официальное уведомление из Управления по делам курсантов.
В послании говорилось, что в следующие выходные на Звезде Чэньши пройдет предварительный отборочный турнир — исключительно местный, приуроченный к грядущему через полгода общегалактическому состязанию мехаcha.
Если бы подобные отборочные проводились на любой другой планете, в этом не было бы ничего удивительного. Но когда на такое решалась столь заброшенная и бедная окраинная планета, как Звезда Чэньши, невольно возникали нехорошие подозрения.
Звезда Чэньши мала и бедна, на всей ее поверхности ютились всего две академии: Академия Пустошей, где едва набиралось несколько учеников, и Академия Осколков Звезд — сборище преступников под вывеской учебного заведения. Какое тут могло быть устроено состязание?
Обдумав всё как следует, Юань Хуай слез с кровати, опустился на круглый соломенный футон, достал свою Пилюльную Печь и свалил целую гору трав прямо на пол, принимаясь за отбор ингредиентов и параллельно размышляя над рецептом пилюль.
Он не до конца знал обо всем, через что пришлось пройти Хай Чэню и остальным, но судя по их прошлым разговорам, нападение космических пиратов на Академию Пустошей было далеко не рядовым налетом.
Пираты явились туда вовсе не ради наживы — они пришли за их жизнями.
— Тук-тук… — раздался внезапный стук в дверь.
Юань Хуай даже не шелохнулся: лишь слегка щелкнув пальцем, он заставил створку бесшумно распахнуться.
На пороге показался Хай Чэнь в инвалидном кресле. Въехав внутрь, он не стал заводить разговор с порога.
Раз он молчал, Юань Хуай тоже не спешил обращаться к нему, продолжая сосредоточенно перебирать травы и возиться с Пилюльной Печью.
Если Кай Мо, Чэн Си и Ини уже были готовы к полноценному лечению, то состояние Хай Чэня по-прежнему оставалось сложным.
Мало того, что ему нельзя было прерывать целебные ванны, ему требовалось ввести в рацион особые лечебно-оздоровительные супы для восстановления организма, и он пока даже не мог принимать пилюли — слишком мощная энергия лекарства могла лишь ухудшить его состояние и подвергнуть жизнь смертельной опасности.
Юань Хуай не стал расспрашивать о цели визита: со вчерашнего дня они почти не разговаривали друг с другом. Впрочем, никакой преднамеренности в этом не было — они просто не пересекались.
Закончив с отбором трав, Юань Хуай отставил печь в сторону, повернулся к молчаливо сидевшему рядом Хай Чэню и спросил:
— Что-то нужно?
Хай Чэнь покачал головой, опуская взгляд на кучу трав перед Юань Хуаем.
В глазах обычного человека эта груда выглядела не более чем обычной сорной травой.
Но сколь бы сильным ни было его любопытство, Хай Чэнь не позволял себе лишних расспросов: раз Юань Хуай молчал, он ни за что не стал бы допытываться сам.
Тогда Юань Хуай извлек из рукава небольшую жаровню, водрузил на нее глиняный горшочек — в котором в целебных настойках неизменно томилось содержимое из его Пространства семени горчицы — щедро плеснул туда духовной родниковой воды и принялся варить суп.
— Юань Хуай.
Хай Чэнь слегка подался вперед.
В руке Юань Хуая блеснул маленький ножик: он тонкими ломтиками нарезал мясо неизвестного зверя прямо над глиняным горшком.
Лезвие было невероятно острым, движения мастера — стремительными, и кусочки получались прозрачными и тонкими, словно бумага.
— Никакого уважения к старшим. Разве ты не должен называть меня Старшим Хуаем, как все остальные?
Хотя сам Юань Хуай не то чтобы сильно дорожил этим прозвищем, ему хотелось, чтобы Хай Чэнь обращался к нему так же, как и остальные.
В ответ Хай Чэнь не стал менять форму обращения и вновь повторил:
— Юань Хуай.
Юань Хуай накрыл горшочек крышкой. По комнате тут же разнесся тонкий, едва уловимый аромат: он не бил в нос, но от одного его запаха мысли в голове прояснялись, а усталость отступала.
Повернувшись к гостю, Юань Хуай — поскольку он сидел на футоне, а Хай Чэнь в кресле — задрал голову, глядя собеседнику прямо в глаза, так что тот взгляд позволил ему разглядеть взгляд Хай Чэня во всей полноте.
— Хай Чэнь, сколько мне лет, по-твоему?
Хай Чэнь ответил без запинки:
— Знаю. Тысяча девятьсот девяносто восемь.
Юань Хуай поджал одну ногу, оперся локтем о колено, подпер ладонью подбородок и лукаво улыбнулся:
— И ты веришь?
Хай Чэнь кивнул:
— Верю.
Юань Хуай приподнял бровь:
— Ты что, веришь абсолютно всему, что я скажу?
Хай Чэнь без малейших колебаний произнес:
— Верю.
Внутри Юань Хуая вновь шевельнулось странное, необъяснимое чувство. Решив больше не испытывать терпение парня, он отвернулся и снова уставился на глиняный горшок.
Приоткрыв крышку, он увидел, что бульон приобрел густой молочно-белый оттенок, а опущенные туда травы и мясные ломти давно растворились.
Бросив в варево еще несколько причудливых мелких цветочков, Юань Хуай поднялся на ноги и вновь завалился на мягкую резную кровать.
Повернувшись к Хай Чэню спиной, он пробормотал сонным, чуть хриплым с утра голосом:
— Маленький мальчик-пилюльщик, присмотри как следует за лекарственным супом. Как пройдут ровно пять часов, выпей его сам и можешь быть свободен.
Получив согласие, Хай Чэнь умолк. Он продолжал сидеть неподвижно, большей частью глядя на глиняный горшок, лишь изредка бросая быстрый взгляд на отвернувшегося Юань Хуая, после чего тут же отводил глаза.
Время шло, за окном сгустились сумерки, и в дверь постучали Кай Мо с остальными.
Стоило раздаться стуку, как дверь сама распахнулась. Увидев на пороге Хай Чэня, Кай Мо изумленно выдохнул:
— Хай Чэнь, ты чего здесь…
Хай Чэнь приложил худые пальцы к губам, призывая их к тишине, и слегка отодвинулся, освобождая проход.
— Ну как прошло? — тихо спросил он.
При упоминании об этом на лице Кай Мо промелькнуло возбуждение. Чэн Си держался спокойнее: подражая Хай Чэню, он тоже заговорил вполголоса:
— Энергии в этих блоках класса D оказалось слишком много, и она слишком ценна. Любая назначенная цена выглядела бы нелепо, поэтому в итоге решили отдать их на аукцион. Прибыль поделим в пропорции восемь к двум, причем Арло берет себе всего двадцать процентов.
Хай Чэнь кивнул и перевел взгляд на Юань Хуая, по-прежнему лежавшего на кровати спиной к ним:
— Есть ли какие-нибудь новости со Столичной планеты?
Чэн Си не ожидал, что Хай Чэнь заговорит об этом в присутствии самого Юань Хуая, и невольно покосился на постель.
Юань Хуай лежал неподвижно и тихо, но Хай Чэнь едва заметно кивнул Чэн Си.
Лица Кай Мо и Чэн Си разом посерьезнели, и они тихо произнесли:
— В последнее время не удается перехватить никаких сигналов, это выглядит странно… И эти отборочные на следующей неделе… Похоже, все это нацелено именно на нас.
Перекинувшись еще несколькими словами шепотом, Кай Мо и Чэн Си удалились.
Хай Чэнь остался сидеть на прежнем месте, неотрывно глядя на глиняный горшок, испускавший пряный аромат. Как только истекли ровно пять часов и огонь под жаровней погас сам собой, парень осторожно приподнял крышку, перелил загустевший навар в миску и медленно выпил.
С каждым глотком теплая волна разливалась внутри, омывая все его внутренние органы.
Даже опустошив миску, Хай Чэнь не сдвинулся с места. Он продолжал сидеть в тишине, больше не глядя на пустую посуду, и теперь уже совершенно не таясь смотрел на спину отдыхавшего Юань Хуая.
В комнате постепенно темнело. Юань Хуай, не менявший положения весь вечер, в темноте приоткрыл глаза. Медленно моргнув, он отчетливо почувствовал на себе чужой взгляд — Хай Чэнь неотрывно следил за ним.
Спустя долгое время Юань Хуай снова смежил веки.
Так Хай Чэнь просидел неподвижно всю ночь. И когда на востоке забрезчил бледный рассвет, он вдруг резко опустил голову, уставившись на собственные ноги, а пальцы, лежавшие на подлокотниках инвалидного кресла, сжались до побелевших костяшек.
Только что он отчетливо почувствовал легкий укол боли в ногах. И хотя мимолетное ощущение тут же растаяло, Хай Чэнь был уверен: это не было игрой воображения.
Спустя почти три года после того, как его ноги отнялись, он наконец-то что-то почувствовал.
Солнце поднялось над горизонтом, и лучи теплого света хлынули сквозь окно, заливая комнату и окрашивая густые красные глаза Хай Чэня ярким пламенем, словно кто-то зажег внутри них огонь.
Юань Хуай, проспавший почти сутки, наконец неторопливо поднялся. Лениво опершись рукой о постель, он тряхнул каскадом гладких, струящихся черных волос.
Сонно прищурившись, он посмотрел на Хай Чэня, и в его голосе звучала едва уловимая утренняя хрипотца, смешанная с насмешливой лаской:
— Доброе утро, маленький мальчик-пилюльщик.
Хай Чэнь разжал кулаки, встретился взглядом с Юань Хуаем и чуть тронул губы улыбкой:
— Доброе утро.
Солнце поднималось всё выше.
http://bllate.org/book/26190/3135364
Готово:
