Чжуан Суань и его спутники остановились в самой роскошной местной пятизвездочной гостинице. Как только автомобиль плавно затормозил, швейцар открыл дверь и помог выгрузить багаж — гостям не пришлось о нём беспокоиться.
Стоило подъехать туристическому автобусу, из которого одновременно высыпало человек двадцать-тридцать, как персонал тут же принялся методично переносить вещи на большие багажные тележки. Каждому выдали багажные бирки, чтобы впоследствии чемоданы доставили в положенные номера. При входе в вестибюль швейцар учтиво шагнул навстречу и на беглом китайском поинтересовался пожеланиями гостей.
Дело было вовсе не в особом дружелюбии этой страны к китайцам или невероятной выучке персонала. Просто в последние годы граждане Китая стали часто ездить в Европу, и позволить себе пятизвездочный отель могли только состоятельные люди. Чтобы повысить качество обслуживания, отель нанял несколько студентов из Китая, подрабатывающих швейцарами.
Эти студенты, неожиданно столкнувшиеся с целой делегацией, путешествующей от компании, не преминули расспросить обо всём и узнали, что столичный застройщик, специализирующийся на элитном жилье, прибыл за границу ради изучения знаменитых проектов премиум-класса. Столь масштабный подход и поистине перфекционистское отношение произвели на студентов глубокое впечатление, даже если сами они никогда не смогли бы позволить себе такую недвижимость, и превратились в изрядную тему для разговоров с друзьями и родственниками на родине.
Хотя проект элитного жилья Девелоперской компании Цяньцю Ваньдай в Пекине пока представлял собой лишь участок земли, выкупленный за огромные деньги, концепция роскоши уже исподволь разошлась по кругам состоятельных и образованных соотечественников. В те времена, когда в стране еще не существовало масштабного сбора больших данных и умных смартфонов, подобное изящное сарафанное радио работало гораздо точнее и эффективнее назойливой, неконтролируемой телерекламы.
Чжуан Суань бросил руководителю группы:
— Мой помощник Бай плохо себя чувствует. На сегодня в любом случае был запланирован отдых и адаптация к смене часовых поясов, так что позаботьтесь об остальных. Я пока отведу помощника Бай в медицинский центр отеля.
Бай Юэсянь и слышать об этом не хотел. Он прекрасно знал свой недуг: в чемодане лежали обезболивающие, стоило их выпить, как боль сразу проходила. Зачем утруждать генерального директора Чжуана и тащиться к врачу? Совершенно незачем доставлять лишние хлопоты, да и медицинские услуги за рубежом, как он слышал, стоят баснословных денег. Тратить такие деньги впустую он вовсе не собирался.
Поскольку Бай Юэсянь упирался, Чжуан Суань решил, что тащить его в медицинский центр силой было бы неуважительно, поэтому ему оставалось лишь проводить больного в свой просторный бизнес-люкс, где за ним было бы удобнее ухаживать.
Однако у порога Бай Юэсянь наотрез отказался заходить внутрь:
— Директор Чжуан, я же говорил, всё в порядке, я пойду отдохну в свой номер. Не переживайте, к вечернему сбору я точно буду в форме и не пропущу световое шоу.
Чжуан Суань на мгновение замер, глядя на извилистый коридор и удаляющуюся решительную фигуру Бай Юэсяня, и ощутил легкую тоску. Когда Бай Юэсянь упорно цеплялся за него, пытаясь обсудить рабочие отчеты, Чжуан Суань до смерти боялся этого и хотел сбежать. Но когда тот слег от недуга, его попытки держаться из последних сил и терпеть боль казались донельзя притягательными.
Больной, изнемогший красавец, которого невозможно добиться — неужели в этом крылось столь невероятное очарование?
Вернувшись в свой номер, Чжуан Суань поспешил перерыть багаж. Конечно же, Чжуан Нин положила ему немало экстренных лекарств.
Из-за постоянных поездок по делам за границу Чжуан Нин знала, как там неудобно болеть от любой мелочи. Даже богачи могут обратиться в частные клиники, но заграничные больницы требуют предварительной записи, да и врачи принимают пациентов только в установленные часы. Пока подойдет твоя очередь по записи, болезнь либо пройдет сама собой, либо перекинется во что-нибудь похуже.
На этот раз Чжуан Суань уезжал на целых полмесяца, колеся по множеству стран, поэтому было неизбежно столкнуться с акклиматизацией и мелкими хворями. Чжуан Нин специально проконсультировалась со специалистами и собрала аптечку первой помощи, укомплектованную самыми эффективными лекарствами на все случаи жизни.
Чжуан Суань вспомнил, как в реальном мире путешествовал по десяти европейским странам налегке, имея при себе всего два-три комплекта одежды, а все головные боли и недомогания лечил исключительно горячей водой, преодолевая их через силу. Какая же у него была убогая жизнь! Теперь же у него не только лекарства лежали в полном порядке, но и два огромных чемодана со всевозможной одеждой и вещами. Каждый день он мог надевать новые наряды, причем одежда для экскурсий и официальных деловых встреч была строго разной.
Просто невероятно: распорядитель, разбиравший его вещи, знал вкусы книжного Чжуана Суаня лучше самого хозяина. Всё было подобрано под конкретные ситуации, с учетом климата и особенностей каждого города. Боясь, что он запутается, каждый комплект одежды и аксессуаров упаковали отдельно и снабдили бирками.
Ему оставалось лишь слепо следовать указаниям на бирках — брать и надевать.
Жизнь богачей, оказывается, может быть такой утонченной и изысканной! Жаль только, что у него всё было собрано настолько безупречно, что не оставалось ни единого повода потратить дополнительные деньги.
Поразмыслив, Чжуан Суань сменил дорожный костюм, на скорую руку ополоснулся в роскошной ванной комнаты отеля, и уже через десять минут, благоухая свежестью и переодевшись в повседневную одежду, прихватил пакет с чудо-лекарствами. Узнав на ресепшене номер комнаты Бай Юэсяня, он с абсолютно невозмутимым видом направился туда.
Бай Юэсяню было плохо, а у Чжуан Суаня как раз нашлись нужные лекарства — разумеется, следовало проявить участие. Проявить заботу о подчиненном, поднять или укрепить романтические отношения с персонажем сюжета.
Бай Юэсянь уже проглотил привычную дешевую таблетку обезболивающего и запил ее горячей водой, чувствуя, что тошнота и боль немного утихли, как вдруг Чжуан Суань лично пожаловал к нему, да еще и принес целый пакет дорогих лекарств.
С тех пор как он уехал из родных мест поступать в университет, прожив в Пекине почти восемь лет, Бай Юэсянь никогда не испытывал подобной заботы и тепла. Когда-то он рано съехал из общежития, сняв дешевую комнату в деревушке городского типа, где за водой для умывания приходилось ходить на первый этаж со своим тазом, а общим туалетом пользовалось множество людей.
Экономя на всем, он мог позволить себе лишь крошечное личное пространство за тонкими дверями, где в тишине занимался любимым делом. Но взамен он лишился товарищей по учебе, и некому было справиться о его здоровье или проявить ласку.
Отец умер рано, мать потеряла рассудок и была неспособна к общению. По праздникам он мог лишь звонить лечащему врачу матери, чтобы осведомиться о ее состоянии, и в ответ слышал лишь однотипные новости об отсутствии улучшений или даже ухудшении дел. Если бы в свое время провинция не предоставила ему, лучшему выпускнику, особые льготы, и лечение оплачивалось из своего кармана, врачи бы давно посоветовали родственникам отказаться от больной.
Бай Юэсянь держал всех сокурсников на расстоянии вытянутой руки, ни с кем не сближаясь по-настоящему. Он учился блестяще, и все его дни, свободные от пар, уходили на подработки или выполнение одиночных заказов. Он привык никого не утруждать, а окружающие лишь издали восхищались им, не смея подойти ближе.
Исключением был младший сокурсник по имени У Тянью, который проявлял настойчивую инициативу, связывался с ним и задавал самые разные вопросы. Быть может, потому, что они действительно обсуждали лишь научные темы? Младший У был умом под стать его идеалу. Именно поэтому Бай Юэсяню следовало держаться от него подальше и не позволять никому раскусить его странные наклонности. На родине однополые отношения всегда оставались под запретом. К тому же младший У был единственным продолжателем рода в трех поколениях, и вся семья ждала, когда он поскорее женится на девушке и подарит им внуков.
— Что такое? Эти лекарства не подходят? — Чжуан Суань редко видел Бай Юэсяня в таком растерянном состоянии. Неужели болезнь была настолько серьезной? Всегда собранный и деловой, сейчас он выглядел изможденным, а его движения казались такими заторможенными, будто он мог рассыпаться от малейшего прикосновения.
— Директор Чжуан, я уже выпил свои лекарства, боюсь, принимать что-то еще нельзя — они могут подействовать во вред. Я не медик и не смею пить всё подряд. — Бай Юэсянь быстрым движением смахнул выступившие в уголках глаз слезы и вернулся в реальность. Только что он бессовестно витал в облаках! Напротив него сидел ослепительный директор Чжуан, который сам пришел навестить его и проявить заботу, а он в этот момент смел думать о ком-то другом? Какое непозволительное легкомыслие!
Но по неизвестной причине — возможно, болезнь и впрямь затуманила разум — Бай Юэсянь вдруг брякнул:
— Директор Чжуан, скажите, а вы…
Сорвавшееся с языка слово оставило в голове пугающую пустоту. Зачем он это спросил? Разве его теперь же не уволят и не отправят первым же рейсом обратно в аэропорт?
Чжуан Суань никак не ожидал, что холодный бессердечный злодей так быстро растеряет всю рассудительность из-за болезни и с ходу задаст столь интимный вопрос! Что ж, раз так, можно воспользоваться моментом и продвинуть сюжет:
— Раз уж ты спросил, скрывать не буду. Я действительно предпочитаю мужчин, особенно таких талантливых и красивых, как ты.
В комнате работал кондиционер, но Бай Юэсяня бросило в жар, словно у него поднялась температура. Только что всё было хорошо, и после лекарства желудок почти перестал болеть, почему же сердце вдруг так заколотилось, а по всему телу разлился зной?
Бай Юэсянь опустил взгляд, не смея встретиться с честными глазами Чжуан Суаня, и неловко произвел:
— Директор Чжуан мастер пошутить.
— Не бойся, я не собираюсь пользоваться твоим беспомощным положением. — Чжуан Суань выразил свои намерения с еще большей непринужденностью, ведь он сам опасался, как бы этот коварный злодей не вздумал воспользоваться болезнью в корыстных целях. В книге описывалось, что интеллект и эмоциональный интеллект Бай Юэсяня зашкаливали, он отличался крайним коварством и с легкостью играл чувствами пушечного мяса.
Чжуан Суань вовсе не планировал ввязываться в какие-то чувства вне рамок сюжета, чтобы не получить душевную травму. Поэтому, даже чувствуя, что уровень симпатии Бай Юэсяня к нему, похоже, чуточку подрос, он всё равно держал оборону.
Лекарства переданы, слова сказаны, задерживаться дольше Чжуан Суань не решался. Он боялся остаться подольше и действительно поддаться очарованию этой красоты, потерять голову и впрямь «воспользоваться случаем», обидев Бай Юэсяня.
— Отдыхай как следует. Если вечером все еще будешь чувствовать себя плохо, не усердствуй — здоровье дороже. Ребята из информационного отдела захватили аппаратуру, потом посмотришь запись, — утешительно бросил Чжуан Суань.
— Директор Чжуан, я правда в порядке, — тихо произнес Бай Юэсянь. А когда Чжуан Суань уже направился к выходу, он вдруг снова подал голос, умоляюще проговорив: — Директор Чжуан, если у вас нет других срочных дел, не могли бы вы побыть со мной еще пару минут?
— ? — мысленно изумился Чжуан Суань. Выходит, это холодный злодей попал под влияние красоты? Какую же игру он ведет?
— Директор Чжуан, вообще-то я тоже очень восхищен вами. Мне нравятся мужчины, и раз уж вы тоже не против меня, можем ли мы попытаться… — Раз уж зашел разговор, Бай Юэсянь решил поставить всё на карту. Доверившись собственному сердцу, он произнес то, чего прежде никогда не осмеливался сказать никому.
Чжуан Суань на секунду остолбенел, а затем улыбнулся:
— Ты хочешь сказать, что хотел бы завязать со мной отношения? Такие… близкие отношения?
Лицо Бай Юэсяня залилось краской, но он твердо кивнул.
— Ты же знаешь, что в нашей стране подобные отношения не принято выставлять напоказ. Если тебе нужны лишь деньги, и ты притворяешься, будто я тебе нравлюсь, лишь бы быть со мной из милости — тогда возиться с этим точно не стоит.
В книге всё так и было: несчастное пушечное мясо прекрасно знало, что Бай Юэсянь любит другого, но всё равно навязывалось ему, сохраняя отношения и теряя всякое достоинство. Чжуан Суань был уверен, что на такое унижение он не способен, поэтому предпочитал расставить все точки над i с самого начала.
Бай Юэсянь — человек умный и рассудительный, раз уж он сейчас находился на чьем-то содержании, то к подобным сделкам по взаимному согласию должен относиться легко.
Огонек надежды, горевший в глазах Бай Юэсяня, мгновенно погас. На его лице проступила вымученная, но вполне приличная улыбка, и он произнес голосом, в котором почти не слышалось боли:
— Директор Чжуан прав, я просто пошутил. Надеюсь, я не доставил вам неудобств.
Чжуан Суань подумал, что эти слова звучали куда более естественно, с облегчением распахнул дверь и, не огляраясь, вышел.
http://bllate.org/book/26184/3134726
Готово:
