Спустя столько лет Гу Дэбай наконец вспомнил басню про мальчика, который кричал волки, услышаннную им в пятилетнем возрасте.
Забыл ли он о своей белой луне, перепутал ли что-то, спорол ли чепуху о воспоминаниях, из-за чего всё пошло наперекосяк — Ци Минь никогда не держал на него зла и не ставил под сомнение его слова прямо в лицо, а порой даже с пониманием решал больше не ворошить прошлое.
Но стоило ему случайно сказать правду… как её тут же сочли неуклюжим оправданием?
Пока он пребывал в шоке, Ци Минь уже подтянул за ручку свой небольшой чемодан и, весело переговариваясь с прибежавшим Юань Е, направился к вертолёту.
Юань Е не слышал их разговора о вдовстве. Хоть парень был тем ещё язвенником, среди всей этой компании он являлся лучшим корешем Гу Дэбая. В его глазах эта история была не более чем тёмным пятном в биографии самого Гу Дэбая: сам он мог сколько угодно подкалывать друга по этому поводу, но выносить сор из избы перед посторонними — это уж зависело от обстоятельств.
Поэтому, едва догнав их, Юань Е с железобетонной уверенностью отрезал:
— Невозможно! В сердце моего брата Гу никогда не было никого другого — ни живых, ни мёртвых, ни нарисованных!
Ци Минь с улыбкой кивнул:
— Вот как? Похоже, он и правда однолюб.
Гу Дэбай: «…»
— Ай, старый, за что ты меня щипплешь?! — завопил Юань Е.
— Ха-ха, — Гу Дэбай изобразил нечто вроде улыбки, мысленно пообещав задать ему трепку позже.
Что же касается недоразумений, за которыми стояла чистая правда — этого он не боялся. В худшем случае он заставит Фан Куая выдать ту самую старую запись. Опозориться так опозориться, кто кого боится.
Вертолётов было три. Поскольку внутреннее убранство оказалось чересчур роскошным, десяток с лишним человек разделили по группам. Когда Ци Минь подошёл к площадке, свободные места оставались лишь в двух машинах.
Гу Дэбай привел Ци Миня к одной из них и уже собирался представить его, как сидевший внутри мужчина в светлых солнцезащитных очках и с заметным налётом интеллигентности опередил его. Поднявшись со своего места, он шагнул навстречу:
— Неужели это учитель Ци? Какая удача, не прошло и двадцати четырёх часов с тех пор, как я подписался на вас, а я уже вижу вас вживую.
Ци Минь вежливо и учтиво пожал ему руку, несколько удивившись:
— Спасибо за любовь к моему творчеству. Впрочем, не стоит быть столь официальным — раз уж мы выбрались вместе отдохнуть, значит, все мы друзья.
Гу Дэбай тут же представил его со стороны:
— Это тот самый человек, который всех нас сегодня собрал. Господин Сюй, Сюй Шулян.
Бросив быстрый взгляд на господина Сюй, а затем на остальных, Гу Дэбай громко объявил:
— А это Ци Минь, музыкальный художник, мой парень.
Ци Минь снова добавил слова благодарности за предоставленную возможность присоединиться к этой поездке.
— Нас ждёт еще много людей, давайте сначала тронемся в путь, а познакомимся уже на месте, — прищурившись, с улыбкой произнёс господин Сюй. Его узкие, слегка приподнятые к вискам глаза придавали лицу какую-то двусмысленную, андрогинную красоту.
Центральный вертолёт предназначался специально для Гу Дэбая, и в нём как раз хватало мест на троих. Хотя по роскоши и плавности хода он уступал салону первого класса, внутри имелись удобные диваны, а также полный набор различных напитков и закусок.
Помимо Юань Е, там находился ещё один человек — надвинув на глаза маску для сна, надев наушники и кепку, он спал мёртвым сном. Юань Е тут же пояснил шепотом:
— Это суперзвезда, у него джетлаг. Разбудим, когда прилетим.
Убедившись, что все устроились, Гу Дэбай уже собирался закрыть дверь, как чья-то рука легла на дверной косяк, останавливая его, и следом внутрь шагнул Сюй Шулян.
Юань Е изумился:
— Разве ты не должен лететь на переднем вертолёте?
Господин Сюй даже глазом не моргнул:
— Решил пересесть в последний момент. Преследую кумира.
С этими словами он принялся выпроваживать Юань Е, требуя поменяться местами. Сперва Юань Е упирался, но стоило господину Сюю бросить фразу: «Не хочешь меняться со мной — иди к Фан Куаю, а Фан Куай сядет на моё место», как Юань Е тут же предал свои принципы и испарился.
Господин Сюй с довольным видом устроился напротив Ци Миня.
Гу Дэбай выпрямился, и на его лбу залегли складки. Он привёз Ци Миня на отдых и меньше всего хотел, чтобы тот даже сейчас забивал себе голову работой.
Ци Минь тоже сел ровно, но церемониться не стал и спокойно отказался:
— Я не звезда.
На лице господина Сюя отразилось удивление:
— Вы прямо как в прессе. Потрясающе.
Будучи выходцем из богатой семьи, он повидал немало всяких знаменитостей и людей из шоу-бизнеса. Большинство из них вели себя перед камерами и за кулисами совершенно по-разному, всего лишь отыгрывая созданный пиар-компаниями образ. Он никак не ожидал, что Ци Минь в жизни окажется ровно таким же холодным, каким казался в сети.
Опасаясь недомолвок, Ци Минь пояснил:
— И становиться кумиром я не планирую. Господин Сюй может звать меня просто по имени и общаться как с другом.
Сюй Шулян неожиданно радостно улыбнулся:
— Тогда и ты зови меня по прозвищу, как остальные, к чему эти церемонии с «господином».
— Кхм-кхм, — Гу Дэбай кашлянул, прерывая их разговор. — Я тут принёс тебе подарок.
Сюй Шулян взял коробку и распаковал её прямо на месте.
Внутри лежал какой-то сплошной чёрный ком. Ци Минь даже не понял, что это такое, и уже начал тревожиться, но, едва разглядев вещь, Сюй Шулян искренне заахал, не в силах сдержать восторг. Он принялся во все глаза разглядывать предмет с неподдельным интересом и даже сделал несколько снимков на камеру.
— Надо же, сумел откопать такую вещь. Я её в сети-то видел всего разок-другой, — повозившись с подарком, господин Сюй убрал его после взлёта вертолёта. — За такое старание так и быть, отбивать у тебя человека я не стану.
Гу Дэбай едва не рассмеялся от злости:
— Ты ещё собрался кого-то отбивать? Ци Минь вообще-то в отпуске, о работе мы не говорим.
Ци Минь слегка растерялся:
— Не стоит быть настолько суровым, я ведь не то чтобы сильно знаменит.
— Ты что, до сих пор не в курсе? — изумленно воскликнул господин Сюй. — Ты же в одночасье стал популярен.
— С чего бы? — Ци Минь удивился ещё сильнее. Он действительно собирался выпустить новый трек в ближайшее время, но главная композиция ещё даже не была официально представлена — в сеть слили лишь тизер-трейлер. Как она могла взлететь?
Гу Дэбай вытащил телефон, проверил его и, обнаружив, что показатели блога Ци Миня взлетели до небес и уже не идут ни в какое сравнение с прошлыми, тут же расплылся в улыбке:
— Это называется «глаза народа зорки».
Господин Сюй покачал головой:
— Скорее, это глаза младших братьев твоего директора Гу такие зоркие.
У самого Гу Дэбая в блоге тоже набралось немало подписчиков. Будучи богатым красавчиком, который терпеть не может, когда незнакомцы называют его папашей или мужем, он добился того, что фанаты стали величать его не иначе как Старшим Братом.
Именно Старшим Братом, а не просто братишкой — от этого веяло какой-то загадочной уличной романтикой.
Ци Минь тоже не удержался и заглянул в телефон, убедившись, что львиная доля трафика действительно шла по ссылке с репоста Гу Дэбая. В сети даже начали строить «разумные предположения», будто в этот раз Ци Минь просто купил у директора Гу рекламное место.
— Гу Дэбай… — увидев всё это, Ци Минь вдруг почувствовал, что задолжал слишком крупную услугу. — Спасибо, что помог с продвижением.
Воспользовавшись тем, что поблизости находились посторонние, которые ничего не знали, Гу Дэбай похлопал его по плечу:
— Разве помогать друг другу с раскруткой для влюблённых — не самое обычное дело?
Ци Минь молча опустил взгляд в знак согласия, протянул руку к мини-холодильнику, достал оттуда стакан ледяного фруктового чая со льдом, а затем обернулся к Гу Дэбаю:
— Ты что будешь?
Гу Дэбай указал на самый дальний отсек холодильника:
— Колу? Нет-нет, давай без газировки. Сливовый сок.
Господин Сюй постучал пальцем по подлокотнику кресла:
— Там ещё есть мохито, на нижней полке.
— Тогда мохито.
Наблюдая за их обменом репликами и за тем, как стакан с мохито перекочевал прямо в руки Ци Миня, господин Сюй постепенно нахмурился в недоумении:
— Спрошу напрямую — если это не секрет, как долго вы уже вместе?
Гу Дэбай:
— Больше полугода.
Ци Минь:
— Пять месяцев и восемьнадцать дней.
Они произнесли это в один голос, тут же замерли и переглянулись.
Гу Дэбай просто прикинул примерный срок и автоматически округлил в большую сторону, тогда как Ци Минь всё это время вёл точный подсчёт. Ещё в машине он открывал на телефоне текстовый документ, чтобы проверить дату вплоть до каждого дня.
Сообразив, в чём дело, Гу Дэбай улыбнулся.
Кто бы мог подумать, что Ци Минь помнит всё до таких мелочей? Разве не проявление глубокой заботы и внимания?
Господин Сюй тоже удивился:
— Ого, приличный срок…
Он-то думал, что они встречаются максимум пару месяцев.
Он водил знакомство с Гу Дэбаем уже лет семь-восемь — ещё со школьной скамьи, правда, они учились в разных классах и параллелях.
Но даже при этом он помнил: после совершеннолетия Гу Дэбай полюбил коктейли, однако порой находил обычные напитки слишком приторными, а чистый алкоголь — вредным для мышления. Особенно когда дело касалось мохито или чего-то подобного, он всегда просил выдавить внутрь побольше свежего сока лайма.
Впрочем, вкусовые пристрастия и гастрономические привычки Юань Е и Фан Куая господин Сюй помнил точно так же. Собирая друзей на эту долгожданную встречу, он заранее распорядился припасти в вертолёте любимые напитки и закуски каждого.
Свежие лаймы тоже лежали рядом с мохито, но Ци Минь даже не шелохнулся — судя по всему, он об этом не знал.
Зато Гу Дэбай… человек, которого Сюй Шулян считал наименее приспособленным к заботе о ком-либо, абсолютным чурбаном и растеряхой, сейчас вовсю старательно вылавливал из стакана лед.
Кусочков льда во фруктовом чае было многовато — изначально они служили для поддержания температуры, но было очевидно, что Ци Минь не собирается их глотать и будет лишь изредка надкусывать дольки свежих фруктов. Гу Дэбай же аккуратно и бережливо выловил изо льда всё до последнего кусочка, бормоча себе под нос, что от сильного холода портится желудок.
Взгляд господина Сюя задумчиво скользнул между ними.
— Не думал я, Гу Бай, что в тебе прорежутся такие заботливые, нежные, внимательные нотки. Кто не знает, подумал бы, что в тебя вселился чужой дух. Неужели в этот раз ты и правда влетел по полной?
— Что ты мелешь, я всегда был внимательным.
От таких слов рука Гу Дэбая дрогнула. Последний кусок льда, который он как раз подцепил, сорвался и брякнул прямо на одежду Ци Миня, оставив за собой дорожку из влажных капель, замерших аккурат на брюках.
Бросив «ничего страшного», Ци Минь протянул руку, чтобы стряхнуть влагу. Но вертолёт качнуло, палубу слегка тряхнуло, и оставшаяся льдинка снова соскользнула вниз, за воротник штанов, прямо к паху.
— Ссс…
Стояло жаркое лето, и на нём были надеты лишь тонкие брюки в один слой.
Господин Сюй молча отвёл глаза, уставившись в пространство перед собой и притворившись слепоглухим.
— Дать тебе салфетку?
— Секунду…
— В чём дело?
— Он уже растаял.
— …
Они умолкли, глядя друг на друга. Ци Минь кое-как стёр мокрые следы с одежды и наконец смог сделать глоток своего фруктового чая.
В оставшееся время пути все трое то и дело перебрасывались ничего не значащими фразами. Ци Миню уже не хотелось спать: раз уж решено было не выстраивать отношения кумира и фаната, он начал общаться с господином Сюем как с обычным знакомым, попутно выудив из него массу историй об их школьных годах.
— Надо же, вы учились в одной средней школе.
— Ага, мы выпустились рано. Тогда ещё практиковалось разделение на гуманитарные и естественнонаучные классы, — заметив, сколь сильно Гу Дэбай переживает за гостя, Сюй Шулян без утайки выкладывал всё подряд. — Мы с ним вообще познакомились в школьном клубе. В фотокружке.
— Какая прелесть, увлекаться фотографией со средней школы, — Ци Минь бросил взгляд на Гу Дэбая и вежливо похвалил его.
— В те времена он снимал вовсе не пейзажи, ему больше нравилось портретное фото, — при этих словах Сюй Шулян расхохотался. — Вот только желающих позировать ему как моделей почти не находилось. Всё, что у него получалось — это коллекция нелепых гримас нас, одноклассников. Мы вечно гонялись за ним, пытаясь задать трепку.
— Неужели совсем никого не было?
Ци Минь чутко прищурился, не ожидав, что здесь обнаружится подвох. Всего несколько дней назад Гу Дэбай тащил его делать совместные снимки, уверяя, что в студенческие годы нащёлкал целую кучу фотографий своей белой луны, которая служила его личной эксклюзивной моделью, но сокрушался, что у них не осталось ни единого парного фото.
Раз уж тот человек был его личной моделью, по идее, об этом должны были знать все участники фотокружка.
Гу Дэбай тут же поспешил вклиниться:
— Кто сказал, что никого? Была! Просто я тебе не рассказывал.
— Верно, один человек всё-таки был, — Сюй Шулян напряг память и действительно припомнил кое-кого, хотя выражение его лица при этом стало несколько странным.
Гу Дэбай облегченно выдохнул: он сам уже не помнил, был ли кто-то на самом деле, так что решил, будто господин Сюй просто подыгрывает ему из вежливости.
Ци Минь моргнул, промолчал и отвернулся к окну.
Может, он зря накручивает себя?
Господин Сюй, издавна славившийся своей наблюдательностью, заметил перемену в его выражении лица, а также самодовольный вид Гу Дэбая, который словно говорил: «Ну вот, я наконец восстановил репутацию». И от этого ему стало жутко обидно за друга.
Какая к черту репутация? Разве гордость может быть важнее собственной жены?!
— Ци Минь, ты только не ревнуй, — поспешно пояснил Сюй Шулян. — Тот, кто соглашался позировать Гу Дэбаю, вовсе не был писаной красавицей. И привлекал он его далеко не своей харизмой, просто Гу Дэбаю нужно было на ком-то отрабатывать навыки съёмки.
Ци Минь остолбенел:
— Как такое возможно… То была его белая луна, неужели это не прекрасный человек?
— Это был наш руководитель фотокружка, лысеющий мужик в возрасте. Он просто смертельно боялся, что под руководством таких кривых рук Гу Дэбай окончательно разучится фотографировать и опозорит кружок на всю школу, вот и разрешил бесплатно потренироваться на себе.
Гу Дэбай: «…»
Ци Минь: «Что…»
Ошеломлённый Ци Минь перевёл взгляд на Гу Дэбая.
Гу Дэбай:
— Всё совсем не так, как ты думаешь!
http://bllate.org/book/26179/3134257
Готово:
