Всё плохо, просто хуже некуда.
После появления Хэ Чжэнцина У Тун отчетливо почувствовал, что атмосфера вокруг них стала совершенно не той.
— Кто это, Дундун? Ты знаком с ним?
Хэ Чжэнцин подошел ближе и повторил вопрос.
У Тун:
— …Сосед по лестничной площадке?
— Почему я раньше об этом не знал?
Да с чего бы тебе о нем знать раньше?!
— Сосед по лестничной площадке и по совместительству парень, — произнес Янь Цзыань.
— Это тот самый друг, о котором ты говорил? Хэ Чжэнцин? Разве вы не пару дней назад случайно встретились, Дундун? Как вы успели так быстро стать друзьями?
— Откуда ты знаешь, что мы случайно встретились…
— Я спросил у управляющего, и он мне рассказал.
У Тун:
— …
Ах ты, управляющий!
— Парень? — взгляд Хэ Чжэнцина потемнел, он бросил быстрый взгляд на Янь Цзыань. — Вы сошлись, пока ты страдал амнезией? Ты бросаешь меня из-за него?
В этой короткой фразе содержался огромный объем информации.
У Тун примерно догадывался, что творится в голове у Хэ Чжэнцина. Хотя он и не знал, сколько времени, по мнению Хэ Чжэнцина, они не общались, но завести нового парня в столь короткий период времени посреди этой мнимой амнезии — должно быть, выглядело так, будто он… выглядело так, будто…
Да черт побери, как это выглядело, он и сам уже не понимал.
Хэ Чжэнцин, казалось, хотел сказать что-то еще, но у него зазвонил телефон. Он взглянул на экран, ответил на звонок и обменялся пара фраз — судя по содержанию, собеседником был кто-то вроде его агента. Повесив трубку, он повернулся к У Туну:
— Прости, я не смогу тебя проводить.
— Я буду очень скучать по тебе, давай в следующий раз найдем время.
Он держался так, словно сидящего рядом Янь Цзыаня вообще не существовало.
Янь Цзыань даже глазом не моргнул, прощаясь с Хэ Чжэнцином, но У Тун все равно чувствовал, как под поверхностью бурлят скрытые течения.
— Второго раза не будет.
— …Что?
Янь Цзыань не стал отвечать У Туну. Вместо этого он повернулся к стоявшему неподалеку Фэн Жаню:
— Простите, профессор, что заставил вас стать свидетелем этой неловкой сцены.
— Думаю, на этом мы распрощаемся, — сказал он. — Пойдем вместе обратно, у меня есть пара вопросов к тебе.
Вторая половина фразы предназначалась У Туну, и нетрудно было догадаться, о чем именно пойдет речь.
— Ой, ну что вы, какая неловкая сцена, — мягко отозвался Фэн Жань.
— Но разве не лучше будет, если мы сначала вернемся в университет?
— Что?
— Тот проект… Хотя дедлайн только послезавтра, мне кажется, будет лучше завершить его пораньше. Тогда останется время на проверку и устранение возможных ошибок.
Янь Цзыань ни о чем не догадался, на мгновение засомневался, а затем тяжело вздохнул и погладил У Туна по голове:
— Тогда тебе придется возвращаться одному. Будь осторожен по дороге, береги себя.
У Тун, чудом избежавший катастрофы, был просто неспособен сказать «нет».
То, что он не начал бешено кивать, уже можно было считать чудом. И хотя существовало выражение «отсрочка не отменяет расплаты», кто же упустит шанс передохнуть, пока выпала такая возможность?
Придет время — переправимся через реку, а там и решение придумаем, потом придумаем.
Фэн Жань его «спас», так что У Тун тут же проникся к нему искренней благодарностью. Когда он поднял взгляд, их глаза встретились, и Фэн Жань легко улыбнулся ему.
При таком красивом профессоре еще бабушка надвое сказала, станут ли студенты на его лекциях внимательно слушать или же вовсе потеряют способность к учебе.
…
Вернувшись домой, У Тун испустил долгий, полный облегчения вздох и бесформенной лужицей осел на диване, не в силах пошевелить ни единым пальцем.
Он покосился на телефон — на экране висело новое сообщение от Янь Цзыаня.
По сути, там было всё то же самое: наставления беречь себя по дороге домой и быть осторожнее, но главным было последнее предложение.
[Как только закончу дела, сразу приду к тебе.]
У Тун: Не надо приходить, я боюсь.
Он еще ничего не рассказал Тань Ваню об этой ситуации.
Он был уверен, что Тань Вань станет злорадствовать, не проявив ни капли сочувствия, и лишь упьется зрелищем чужого позора.
Зрелище пострашнее, драмы побольше — вот и все его нехитрые радости.
У Тун невольно цокнул языком.
Проблема не была решена, но с какого края к ней подступиться, он понятия не имел.
Только он отложил телефон, как тот снова завибрировал.
Это было не сообщение в мессенджере, а обычная СМС.
…СМС?
У Тун сперва подумал, что это спам или какая-то очередная реклама — кроме этого, ничего по СМС в наши дни уже никто и не присылал.
Он лениво скользнул по экрану взглядом и понял, что содержание совсем не соответствует его ожиданиям.
[Когда ты с ним расстанешься?]
Номер был незнакомым.
У Тун даже повеселел от такой наглости. Этот парень явно ошибся адресом! Одно-единственное предложение заставило его додумать в голове черт знает сколько сценариев.
[Вы ошиблись номером.]
Написал он в ответ.
После этого У Тун собирался пойти умыться и наконец лечь спать, но, вернувшись из ванной, с удивлением обнаружил, что этот странный тип снова ответил.
И содержание снова оказалось совсем не тем, на что он рассчитывал.
[?]
[Я не ошибся номером, о чем ты говоришь?]
[Ты уже устал от меня?]
[Я так сильно по тебе скучаю, сегодня чуть не сорвался. Держать себя в руках становится слишком тяжело. Ты не собираешься вознаградить меня и утешить?]
…Что это за бред? Письма интимного характера?
Хотя в сообщении не было ни единого пошлого или откровенного слова, У Тун отчетливо уловил странный, щекотливый подтекст.
Я же сказал, что вы ошиблись номером!
И вот так самозабвенно строчить простыню текста в пустоту — собеседнику совсем не стыдно, а неловкочему-то было самому У Туну.
Он уже собирался снова что-нибудь написать в ответ, как телефон снова вибрировал, принимая новое сообщение.
[Целую неделю мы ничего не делали, неужели ты совсем не скучаешь? У Тун?]
У Тун: !?Блин?!
Он был потрясен до глубины души. Уставившись на экран телефона так, будто перед ним материализовалось нечто совершенно невообразимое.
Раз в тексте прозвучало его имя, казалось, ошибки действительно не было.
Но… черт возьми, он понятия не имеет, кто этот человек! Это абсолютно незнакомый номер!!
К тому же звучало всё это чертовски двусмысленно: что значит «ничего не делали», что именно они делали раньше и с кем он вообще мог чем-то таким заниматься?!
[Ты кто такой, твою мать?!]
У Тун в упор вглядывался в экран, ожидая ответа, но телефон хранил гробовое молчание — больше никаких сообщений не поступало.
Тогда в его голове промелькнула мысль: возможно, он и правда не знает этого человека, но вот этот неизвестный его отлично знает. И теперь сложилась классическая ситуация «враг в тени, а я на свету» — собеседник нагло пользуется тем, что У Тун не имеет ни малейшего понятия о его личности, и потому чувствует себя столь безнаказанно.
Просто великолепно… с чего это сегодняшнее солнышко светит так ярко?
У Тун больше не хотел ломать голову над этой бесконечной чередой свалившихся на него проблем. Натянув одеяло прямо с головой, он решил просто уснуть.
…
…
— Ха-ха-ха-ха-ха!! Ты серьезно? Ты правда получил такое СМС? Где, где, дай-ка сюда, дай взглянуть!
— Ой, ну любовную драму с треугольником я еще мог себе представить, но чтобы дошло до таких СМС — я точно не ожидал, это слишком смешно.
В конце концов У Тун всё же выложил Тань Ваню всю историю, и реакция друга в точности совпала с его худшими ожиданиями.
— …Чего ты ржешь, злорадствуешь тут сидишь?
У Тун едва не приложил его кулаком.
— Ты что говоришь-то, какое злорадство? Просто у твоего обаяния чертовски бурный расцвет.
— Тц, сплошной букет паршивой романтики.
— А вот и нет, а вот и не угадал, — возразил Тань Вань. — Паршивая романтика — это когда к тебе клеятся сплошные неадекваты или те, кто тебе даром не сдался, а у твоих ухажеров статус такой, что хоть в космос запускай.
— Каких еще «ухажеров» во множественном числе? — запротестовал У Тун. — Всего двое же.
Множественное число употребляется, когда их три или больше.
— Всего-то? — Тань Вань издал удивленный звук. — Говорю тебе, за такие слова люди могут и побить.
— К тому же, — продолжил он, швырнув телефон обратно на стол (на экране всё еще красовалось то самое СМС сомнительного содержания, присланное прошлой ночью), — ты уверен, что их всего двое?
— …Что ты имеешь в виду?
— Да вот, — протянул Тань Вань. — Ты же сам знаешь про свою странную особенность… нет, погоди, скорее уж конституцию организма? Тот топ-звезда уже попался на удочку, так, может, ты и на улице успел кому-то в душу запасть?
— Я же говорил, еще вилами по воде писано, болезнь это вообще или нет! — возмутился У Тун, однако чувствовал себя неуверенно и попытался защититься: — И даже если отбросить всё, допустим, всё так, как ты говоришь — откуда у всех подряд мой номер телефона?!
Разве можно в ходе бурных фантазий еще и точный номер телефона додумать?
Хэ Чжэнцин вообще был в курсе, где он живет.
…Черт, почему от этих размышлений становится только страшнее?
Тань Вань потрогал подбородок и задумчиво произнес:
— Если считать от Янь Цзыаня до Хэ Чжэнцина, прошло несколько лет затишья, и тут бац — обострение! А между ними и следующим кандидатом прошло совсем ничего… Дружище, да у тебя уровень культивации растет не по дням, а по часам.
— Может, мне тоже стоит начать защищаться… Ой, стоп, в отличие от классических симптомов, вокруг тебя крутятся сплошные выдающиеся личности. Исключая меня, разумеется.
У страдающих эротоманией людей объекты их вымышленных романов обычно обладают высоким социальным статусом — по крайней мере, они должны стоять выше самого больного.
Но в случае с У Туном всё работало наоборот: его словно «благословили небеса», перевернув всё с ног на голову.
У Тун пригрозил:
— Ты точно нарываешься на жестокое избиение.
— Ничуть.
— Просто мне кажется, что как ни посмотри — это ненормально. В больницу идти бесполезно, может, и правда стоит найти кого-нибудь знающего?
— Кого «кого»?
Врачи бессильны, к кому еще обращаться?
— Моя тетушка знакома с одним даосом, — сообщил Тань Вань.
Это заявление застало У Туна врасплох.
— Ты серьезно веришь в подобное?
— Ой, уважение к непознанному должно быть у каждого, в конце концов, сходишь проверишься. Ручаюсь, он не какой-нибудь уличный шарлатан. Если веришь мне, я попрошу тетю тебя свести — говорят, он весьма толковый, и никаких грабительских «платежей за прием». Посмотреть ничего не стоит, неужели ты хочешь и дальше всю жизнь жить как на иголках?
Поколебавшись пару секунд, У Тун решил, раз уж Тань Вань так настаивает…
— Тогда… почему бы и не попробовать.
У него были собственные мозги, и облапошить его на деньги было не так-то просто. К тому же ситуация и впрямь выглядела мистической, а других вариантов у него всё равно не оставалось.
— Только этот даос не факт, что свободен, так что настраивайся на долгое ожидание.
Насмеявшись, Тань Вань внезапно стал чуть серьезнее.
— Но в любом случае, в последнее время тебе лучше быть осторожнее. С такими-то сообщениями…
— Я понимаю.
— Вот и отлично!
Тань Вань хлопнул У Туна по спине.
— Время перерыва на исходе, болтовню заканчиваем, пора возвращаться к трудам праведным.
У Тун взглянул на экран телефона — ни единого нового сообщения.
Хотя Янь Цзыань вчера наговорил ему всякого, больше он не объявлялся. Утром, идя на работу, У Тун бросил косой взгляд на соседнюю дверь — похоже, хозяина дома не было, только утром прилетело голосовое сообщение о том, что в университете снова возникли какие-то срочные дела.
Выдающийся студент и впрямь был загружен так, что носа не поднять.
Мысленно вздохнув, У Тун наслаждался редким покоем и не видел в этом ничего плохого.
В первой половине дня в магазин поступил крупный заказ на доставку, от которого управляющий сиял как начищенный медный таз. Адрес доставки находился в близлежащем киношном городке.
— Наверное, какая-то звезда угощает всю съемочную группу. Подумать только, моя скромная лавка тоже дождалась такого события! — воодушевленно гадал управляющий.
В прошлый раз к ним заглядывала знаменитость — глядишь, после выхода сериала на экраны поток посетителей увеличится и дела пойдут в гору? М-м, прелесть какая.
— Сбегай-ка туда, Удун, сможешь выручить?
— Без проблем.
У Тун закатал рукава, уже приготовившись к выходу, как вдруг вспомнил о «предательстве» управляющего, которое случайно выдал Янь Цзыань.
Не став ходить вокруг да около, он прямо в лоб задал вопрос.
Управляющий оказался девушкой, и мыслил, разумеется, иначе. Услышав вопрос, она тут же рассмеялась:
— Да человек просто переживает за тебя! Разве об этом нельзя сказать?
— Чего тут скрывать-то? Вот расскажи мне, а я уж сохраню твой секрет, ладно?
Вряд ли от этого будет толк.
У Тун сохранил на лице абсолютно каменное выражение.
Судя по всему, Янь Цзыань успел охмурить не только его родителей, но и, неведомо когда, управляющего.
Будучи точно таким же любителем красивых лиц, он прекрасно понимал разрушительную силу этой внешности — ни о какой тайне речи быть не могло, в этой жизни ему точно не суждено сохранить секреты.
В конце концов, тяжело вздохнув и смирившись с неизбежным, он оседлял свой мини-скутер и покатил развозить заказ.
У Тун не увлекался ни звездами, ни шоу-бизнесом, а потому закономерно не испытывал ни малейшего интереса к киностудии. Добравшись до периметра и едва переступив порог территории, он издалека заметил частокол из объективов фотокамер, тут же вспомнил о Хэ Чжэнцине, и голова у него пошла кругом. Мысль была одна: доставить заказ, оставить пакет и немедленно смыться.
Но уйти ему не дали.
Потому что кто-то окликнул его по имени.
И этим человеком оказался не кто иной, как сам Хэ Чжэнцин.
— У Тун? — он все еще был в сценическом костюме. Непонятно, каким образом умудрившись заметить его среди толпы, он прямиком направился к нему, а затем уставился на стакан с чаем с молоком в его руках.
— Ты пришел навестить меня на съемочной площадке?
— …Нет, я просто привез доставку.
Хэ Чжэнцин и без того привлекал к себе всеобщее внимание, и сейчас каждый взгляд на съемочной площадке был прикован к нему. Когда же он подошел вплотную к У Туну, тот моментально оказался в центре всеобщего ажиотажа.
Ощущая на себе массу любопытных и недоверчивых взглядов, У Тун понял, что у него болит уже не голова — ее просто разрывало от боли.
— Устал? Пойдем, присядем, отдохнешь.
Произнес Хэ Чжэнцин.
Стоило этим словам слететь с его губ, как У Тун отчетливо услышал, как в окружающих взглядах прорезался абсолютный шок.
У Тун:
…
Умоляю, дайте мне уйти!!
http://bllate.org/book/26176/3134029
Готово:
