Забрезжил рассвет. Гора Юньцуй, храм Фокун.
Женщина в белой куртке и серых брюках стояла на горной тропе, уперев ладони в колени, и тяжело дышала. Немного отдышавшись, она посмотрела на вершину. В уставших глазах вспыхнул свет, и она снова двинулась вперёд.
Поднялся ветер, разнёс протяжный звон колокола. Буддийские песнопения волнами уносились к небу, неся с собой желания людей.
— А вы, благодетельница? Чего хотите вы? — лысый мужчина в монашеской рясе, с чётками на запястье, сложил ладони перед грудью.
— Я хочу, чтобы он был в безопасности. — Женщина нежно улыбнулась.
— Больно?
Женщина закрыла глаза руками и рухнула на колени. Слёзы просочились между пальцами, тело задрожало, потянув за собой боль во всех ранах.
— Люди…
Голос мужчины вместе с его фигурой удалился, словно всё было сном.
— Капитан Фан, свинина с зелёным перцем у тебя выглядит очень вкусно. Дай пару кусочков? Я тебе курицу с грибами отдам, — Цинь Чэнь ел своё, но смотрел в тарелку Фан Юя.
Еда в столовой управления не была какой-то особенно вкусной. Но для уголовных полицейских, которые каждый день мотались по городу, не могли есть по расписанию и часто набивали желудок лапшой быстрого приготовления, она тянула на роскошный пир.
Подойдя с подносом, Цинь Чэнь сразу устроил безумный заказ:
— Свинину хуншао, рыбу на пару, куриные крылышки, жареную утку с отварной курицей…
А закончив, не забыл прихватить йогурт и яблоко.
Фан Юй, напротив, набрал пресной лёгкой еды: помидоры с яйцом, жареную зелень и единственное мясное блюдо — свинину с зелёным перцем. Она показалась ему слишком солёной, он съел всего пару кусочков и сосредоточился на супе из чёрной курицы. Услышав просьбу Цинь Чэня, просто подвинул весь поднос к нему.
— Ты бессмертный, что ли? Как можно так мало есть? Живёшь, питаясь ветром и росой?
Цинь Чэнь с грохотом вычистил всё до последней крошки. В серебристом металлическом подносе отражалось задумчивое лицо Фан Юя.
— Яблоко будешь? — Цинь Чэнь поднёс яблоко к его губам.
— Как думаешь, какова вероятность убийства из-за отношений? — Фан Юй нахмурился, взял Цинь Чэня за запястье и отодвинул яблоко. Фраза прозвучала без контекста, но Цинь Чэнь понял.
— Хотя у Лю Кан-сюна дома всё парное — две зубные щётки, две пары тапочек, женская одежда, — я думаю, вероятность невелика. По сравнению с любовной драмой его игровой долг представляет куда большую угрозу жизни.
— Спросим Сюньэр и узнаем. — Фан Юй согласно кивнул, но брови не разгладились. — Год назад, когда я задерживал Лю Кан-сюна, он был крупным, но силы почти не имел. Просто рыхлый толстяк. Откуда взялась эта нечеловеческая сила?
Цинь Чэнь не ответил. Глаза были чёрными как ночь.
— Брат Цинь, ты обязательно хорошенько защищай нашего капитана Фана! — Фэн Линь с детства был образцовым социалистическим юношей: не ходил по барам, не пил, не курил, единственным увлечением были «Гандамы». Для него бар был страшнее наводнения и хищных зверей. От одной мысли, что холодное, непорочное лицо Фан Юя окажется в прокуренном шумном баре, маленькое сердце не выдерживало. Это же как Танский монах, вошедший в Пещеру паучих!
— Маленький Линь, не переживай. Я не позволю этим кокетливым демоницам снаружи осквернить нашего капитана Фана! — Цинь Чэнь был одет в чёрный костюм с острыми лацканами, на ногах — туфли CL, волосы зачёсаны назад, а на ушах, для полного разврата, красовались две клипсы. Конечно, весь этот образ он оплатил сам.
К этому времени его фотография уже облетела всё управление. Людей, которые его знали, хватило бы, чтобы окружить Нинчжоу кольцом.
На его фоне Фан Юй выглядел пугающе просто: обычные чёрные брюки и белая рубашка. Но стоило увидеть его лицо — и всем становилось безразлично, во что он одет. Его лицо само по себе было оружием! Когда есть такая внешность, действительно можно делать что угодно!
Свет в баре напоминал опрокинутую коробку красок. Разноцветный неон безумно мигал в такт музыке. Запах сигарет и алкоголя бил в нос, волны голосов и музыки накатывали на уши одна за другой.
Цинь Чэнь положил руку Фан Юю на плечо и притянул ближе к себе, не позволяя задеть ни одного раскованно танцующего мужчину или женщину вокруг. Они только сели у края танцпола, как хозяин бара уже подбежал, закивал, затёр ладони и спросил, чего господа желают.
Цинь Чэнь закинул ногу на ногу, невзначай показав полоску красной подошвы. На запястье руки, лежавшей на плече Фан Юя, блеснули часы. Хозяин бара прищурился и узнал Richard Mille. Тереть ладони стал ещё усерднее.
— Капитан Фан, что любишь пить? Я угощаю. — Цинь Чэнь наклонился к его уху. Тёплое дыхание коснулось ушной раковины, и кончик уха Фан Юя мгновенно покраснел.
— Виски. — Фан Юй отвернул голову, отодвинулся, но Цинь Чэнь тут же обнял его обратно.
— Johnnie Walker. — Цинь Чэнь махнул рукой, и хозяин бара пулей умчался за напитками.
— Значит, крепкое любишь, капитан Фан, — протянул Цинь Чэнь. Даже короткая фраза у него извивалась восемнадцатью горными поворотами, звуча мягко и многозначительно.
Вокруг гремели голоса. Они шептались в тёмном углу. От тепла Цинь Чэня Фан Юю стало жарко, он расстегнул две пуговицы, и тонкие ключицы начали то появляться, то исчезать в полумраке.
— В баре восемь охранников. Они отвечают за вход, патрулирование и камеры. В пределах видимости четыре камеры, в целом заведение выглядит работающим нормально. Наше предположение, что Лю Кан-сюн принимал какой-то препарат для увеличения силы, здесь, скорее всего, подтвердить не получится. Остаётся поговорить с Сюньэр. — Фан Юй откинулся на диван, слегка запрокинул голову и закрыл глаза, обдумывая дело.
— Идут, идут.
Хозяин вернулся не только с выпивкой, но и с несколькими девушками.
Фан Юй приоткрыл глаза и указал на одну.
Хозяин мгновенно понял:
— Сюньэр, останься. Остальные — к другим столикам.
Цинь Чэнь посмотрел на Фан Юя сияющими глазами, как огромный охотничий пёс, и подумал: «Недаром гений расследований! Элита полиции! Кошмар преступников! Гордость города! С одного взгляда понял, кто Сюньэр!»
— Ты оглох, а я нет. Она сидела за соседним столом, и я слышал, как её назвали, — Фан Юй посмотрел на его совершенно бесценное выражение, объяснил и снова закрыл глаза.
— Ты в порядке? — спросил Цинь Чэнь.
На Сюньэр была тонкая полупрозрачная кофта с длинными рукавами. Под тканью кожа была покрыта сине-фиолетовыми синяками. В тёмном свете бара их почти не было видно. Впрочем, даже если бы кто-то заметил, никому не было бы дела.
— Красавчик, ты такой добрый. Со мной всё нормально, просто мужчина грубоват, — Сюньэр закурила. Она давно работала в баре и умела понимать людей. Сразу заметила, что Цинь Чэнь и Фан Юй пришли расспрашивать и лично ею не интересуются.
— Мужчина?
— Ну да, Лю Кан-сюн. Вы ведь его ищете? Два дня трубку не берёт, на сообщения не отвечает. Хоть вы мстить пришли, хоть долг выбивать — от меня ничего не узнаете. Я и сама с ним связаться не могу.
— У тебя есть другие мужчины?
— Ха-ха-ха-ха! — Сюньэр расхохоталась так, будто услышала лучшую шутку в мире, и наклонилась вперёд. Чёрные волнистые волосы задрожали. — У нас с ним и отношений-то официальных не было. Он щедрый. Пока он моя опора, мне в баре жить полегче. Вот и всё.
— В Лю Кан-сюне было что-нибудь необычное?
— Ну… — Сюньэр кокетливо прищурилась. — Силы много. И в том деле он посильнее обычных мужчин. Красавчик, судя по тебе, ты ведь тоже не промах…
— Кхе-кхе. — Фан Юй сделал глоток и поперхнулся. Глаза затянуло влагой.
У Цинь Чэня перехватило дыхание. Он легко похлопал Фан Юя по спине. Тепло ладони сквозь тонкую рубашку проникло к позвоночнику и разлилось по всему телу.
— О-о, ты же знаешь, этот красавчик тоже о-го-го, да? — Сюньэр перевела взгляд с Цинь Чэня на Фан Юя и обратно и выдала ошеломляющую фразу.
Фан Юй закашлялся ещё сильнее.
— Кхе-кхе-кхе-кхе-кхе-кхе…
http://bllate.org/book/26100/3140562
Готово:
