Среди трещин Чу Цзи увидел невероятно толстую зеленую лиану.
На этой лиане гроздьями висели белые бугорки — они напоминали сбившиеся вместе крупные ягоды винограда или увеличенные в десятки раз яйца насекомых и с первого же взгляда казались крайне отвратительными.
Лиана безумно вонзилась вниз, и повсюду, куда она дотягивалась, трещины стали стремительно расползаться. Не оставив им почти никакой возможности среагировать, под грохот содрогающейся пещеры две огромные скалы рухнули сверху.
Чу Цзи в тот же миг бросился к стоявшему неподалеку защитному костюму. На Ледяной Равнине, будь то освещение или обогрев, обойтись без него было невозможно, к тому же внутри находились все запасные припасы.
Обломок скалы рухнул в опасной близости от его бока, во все стороны полетели осколки и пыль, а в ушах раздался рык Тяньлана: — Ты жить надоело!
Действия Чу Цзи были предельно быстрыми: в тот самый момент, когда он обнял защитный костюм, он перекатился в сторону, чудом избежав падения еще одного каменного обломка.
Лиана над головой все еще безумно удлинялась, отращивая бесчисленные ответвления: от первоначально единственной их стало уже шесть или семь.
Видя, что самый дальний конец пещеры вот-вот окончательно обрушится, Чу Цзи быстро поднялся на ноги, обхватил Тяньлана за шею и сурово крикнул: — Чего ты застыл, ждешь смерти?!
Со всех сторон непрерывно сыпались камни. Тяньлан взбросил Чу Цзи себе на спину и бросился вперед.
Костер в пещере уже был засыпан и потушен падающими обломками. В кромешной тьме можно было расслышать лишь грохот рушащихся камней да тяжелое дыхание Тяньлана.
Даже обладая способностью Мутанта волчьего народа видеть в темноте, в столь опасной обстановке при малейшей неосторожности можно было запросто получить ранение.
Тем более что Тяньлан и без того был тяжело ранен и еще не оправился.
Проход впереди был сплошь завален мелкими и крупными обломками, каждый шаг давался с огромным трудом. Камни то и дело падали на тело Тяньлана, и в этот момент он почувствовал, как припавший к его спине человек прижался всем телом, защищая его уязвимые места и несколько еще не заживших ран на спине.
Дыхание Чу Цзи касалось его уха — легкое, почти заглушаемое воем ветра. Взгляд Тяньлана слегка дрогнул, и он произнес: — Не обращай на меня внимания, береги себя.
Однако Чу Цзи не сдвинулся с места.
Тяньлан на мгновение замолк и тихонько усмехнулся.
Ветер продолжал свистеть в ушах, самый опасный участок пути остался позади. Едва он собрался вынести Чу Цзи на своей спине из зоны обрушения, как в следующее мгновение еще один огромный валун пару раз качнулся и внезапно рухнул сверху.
В мгновение ока Тяньлан стремительно перекатился вперед. Чу Цзи крепко вцепился ему в шею, и человек с волком, сбившись в один ком, пролетели по сыплющимся камням больше десятка метров вперед, пока наконец не остановились.
Чу Цзи быстро поднялся на ноги. На его теле прибавилось множество кровоточащих ран, но возиться с ними времени не было. Убедившись, что здесь пока безопасно, он первым делом включил прожектор на защитном костюме.
Пространство вокруг наконец снова осветилось. Чу Цзи оглянулся: рухнувшие валуны наглухо завалили путь назад.
К счастью, груда камней и свод пещеры образовали нечто вроде устойчивого треугольного пространства, и трещины с обрушением, дойдя до этой границы, дальше не распространялись.
По ту сторону завала по-прежнему не прекращался шум. Времени на передышку у них не было, и человек, и волк неотрывно смотрели на нагромождение камней перед собой. Критическая ситуация могла обостриться в любой момент, терять бдительность было еще рано.
В таком напряжении прошло неизвестно сколько времени, пока грохот за завалом окончательно не стих. Чу Цзи перевел внимание на себя и только тогда почувствовал, что все его конечности почти онемели от холода.
Хотя они всё еще находились в пещере, это место было не столь глубоким, к тому же из-за отсутствия тепла от костра температура воздуха резко упала.
Чу Цзи попытался пошевелить онемевшими пальцами, повернулся к Тяньлану и спросил: — Сильно ранен?
Его голос звучал слегка хрипло. Тяньлан покачал головой, не отрывая от него прямого взгляда: — Не ранен.
Чу Цзи проследил за его взглядом и опустил глаза: одежда на нем была разодрана в нескольких местах упавшими камнями, а сквозь самые глубокие порезы уже проступила кровь.
Особенно сильно пострадали руки: защищая Тяньлана, Чу Цзи содрал кожу на суставах пальцев о падающие осколки, и его некогда белые пальцы теперь были сплошь в крови и мясе — при первом взгляде это зрелище казалось пугающим.
Тяньлан разглядывал его руки добрых несколько секунд, прежде чем спросить: — Разве ты не боишься боли? Почему же, когда тебя так избило камнями, ты не убрал руки?
— А что поделать, если боюсь? — Чу Цзи пошевелил пальцами, и на его губах мелькнула ленивая улыбка. — Если бы я их убрал, разве камни не упали бы на тебя? Получи твои раны повторное повреждение, разве все те лекарства, что я потратил раньше, не пошли бы прахом?
— ...Осталось ли еще прежнее лекарство?
— Есть.
Произнеся это, Чу Цзи расстегнул защитный костюм, однако, пошарив внутри, обнаружил, что, судя по всему, из-за тряски на волчьей спине флакон с лекарством случайно выпал где-то по ту сторону завала — то место, где он лежал раньше, теперь было совершенно пустым, там не осталось абсолютно ничего.
Человек и волк некоторое время молча стояли неподалеку друг от друга, пока Тяньлан не произнес тихим голосом: — Протяни руку.
Чу Цзи поднял руку и небрежно бросил: — Что ты собрался делать?
— В дикой природе раненые волки вылизывают собственные раны. В волчьей слюне содержится лизоцим, который обладает определенным противовоспалительным и бактерицидным действием.
Закончив объяснение, Тяньлан замолчал и устремил на него неподвижный взгляд: — Разумеется, ты можешь отказаться.
Чу Цзи в ответ поинтересовался: — У волков на языке есть шипы?
— Нет.
Чу Цзи тихонько усмехнулся, и в его глазах мелькнул лукавый огонек: — Тогда с чего бы мне отказываться?
В его словах определенно был смысл.
Тогда Тяньлан опустил голову и легонько лизнул его окровавленную тыльную сторону ладони.
Его язык был очень мягким, и при первом соприкосновении с озябшей рукой его температура показалась почти обжигающей. Место, по которому прошлась шершавая… нет, мягкая волчья пасть, охватило приятное покалывание и легкая дрожь; Чу Цзи не привык к такому и машинально дернул руку назад.
Движения Тяньлана замерли, он поднял глаза и спросил: — Больно?
Чу Цзи покачал головой: — Не больно. Просто немного… странно.
— Я-то думал, что от вылизывания ран должно быть очень приятно. По крайней мере, боль должна немного утихнуть.
При столь близком рассмотрении в темно-зеленых глазах Тяньлана мерцал непередаваемо чистый, яркий блеск.
Посмотрев на него какое-то время, Чу Цзи не удержался, протянул руку и взъерошил густую шерсть на его шее: — И правда приятно, влажно, мягко и даже чуточку щекотно.
http://bllate.org/book/26072/3121871
Готово:
