Он вмиг растерялся, не зная, что хуже: быть ошибочно принятым за девушку или пережить такое унижение, когда амбала с шестью кубиками пресса несут на руках, словно невесту.
Пока он колебался, Цзо Юньхэ заговорил, и его голос, тронутый легкой улыбкой, донесся сквозь слои одежды:
— Ничего страшного, учитель, просто в особые дни ему нездоровится, вот и стал немного капризным. Простите, если это вас позабавило.Поняв, что именно мелет Цзо Юньхэ, Цзян Хуай почувствовал, как волна жара в одно мгновение окатила всё его тело. Что этот наглец вообще несет?! Назло ему грудная клетка, к которой прижался Цзян Хуай, непрерывно дрожала от сдавленного смеха, и эта веселая вибрация передавалась прямо в его собственную грудь.
Сгорая от стыда и злости, чувствуя себя совершенно загнанным в угол, Цзян Хуай опустил голову, отвернулся и впился зубами в ключицу этого мерзавца, причем его слегка заостренный клык пришелся как раз на самое уязвимое место.
— Цы.Цзо Юньхэ шумно втянул воздух и через ткань школьной формы осторожно коснулся рукой головы, которая всё ещё утыкалась ему в ключицу.
— Прости, это я ляпнул не подумав.
В его голосе не было и намека на упрек — он легко признал свою вину, и в этом жесте сквозило мягкое баловство.
Цзян Хуай перестал сердиться еще в тот момент, когда впервые впился зубами в его плечо. Он и сам не ожидал от себя такого поступка, а раз уж Цзо Юньхэ даже не рассердился, ему стало еще неловче. Смущенно разжав челюсти, он попытался сделать вид, будто ничего не произошло, и снова сесть прямо.
Сидевший впереди водитель весело рассмеялся:
— А девчушка-то у тебя с норовом!
Цзян Хуай замер на полпути, выпрямляясь. Опустив взгляд, он прицелился и с боевым кличем во второй раз впился зубами в то же самое место — точка в точку совпав с прошлым следом.Водитель не удержался и бросил еще один взгляд на них через зеркало заднего вида. Улыбка на лице сидевшего паренька стала шире, и он, не снимая школьной формы, прижался подбородком к тому, кто прятался под ней. Столкнувшись взглядами с водителем, он вовсе не смутился и беззвучно прошептал несколько слов одними губами.
Тц-тц, нынешняя молодежь. Водитель отвел взгляд, легко прочитав по губам: «Он стесняется».
— Дядя Фу, пожалуйста, позовите доктора Тан.
Наконец добравшись до дома, Цзо Юньхэ бережно опустил парня на диван, после чего снял со сковывавшей движения головы Цзян Хуая форменную куртку.
Лицо Цзян Хуая раскраснелось, на макушке неподвижно торчали кошачьи ушки. Из-за того, что он прятался в духоте школьной формы, волосы от пота стали влажными и прядка за прядкой прилипли к лицу, а в темных глазах стояла влага. Уголки его глаз приподнялись, а окружающий их алый румянец ярким отражением запечатлелся в глазах Цзо Юньхэ.
Цзо Юньхэ внезапно представил себе свадебный обряд, когда жених поднимает красную фату. Его пальцы невольно дрожали, становясь все горячее, но заметив нахмуренные брови Цзян Хуая, он тут же спросил:
— Где болит?
Цзян Хуай словно только что пришел в себя. Его взгляд скользнул по мебели и наконец остановился на Цзо Юньхэ. Поймав этот взгляд, Цзо Юньхэ машинально выпрямил спину.
— Правая нога немного чувствуется, не болит.
Цзян Хуай поджал губы и, все еще думая о том, что произошло в такси, нервно скомкал в руке ткань школьной формы Цзо Юньхэ.
Сидевший перед ним Цзо Юньхэ на мгновение замер, а затем его черные глаза наполнились улыбкой, засиявшей, подобно озерной глади. Уголки его губ чуть приподнялись, и он одарил Цзян Хуая улыбкой, сливающейся с его угольно-черными волосами в поистине прекрасную картину.
Прекрасно понимая, что Цзо Юньхэ насквозь видит его попытки хорохориться, Цзян Хуай до крайности разозлился, но из-за этой едва заметной, мягкой улыбки Цзо Юньхэ так и не смог заставить себя рассердиться на него.
— Я же говорю, не болит.Неизвестно, кому именно были адресованы эти слова, но Цзян Хуай пробормотал их хриплым, срывающимся голосом. Котские ушки на его макушке вдвоем забавно задрожали, а лицо вновь приняло то самое выражение, какое было при их первой встрече, только вот румянец на щеках стал еще ярче и гуще.
Свет пал на пол, словно поднимающееся солнце и утренний туман, превратившись в мягкий фон для этой картины абсолютного уюта.
Знаешь ли ты, до чего покраснел прямо сейчас? — Цзо Юньхэ внезапно захолось подражать уличным хулиганам и отпустить какую-нибудь пошлую шуточку в адрес этого соблазнительного и ничего не подозревающего юного красавца.
Раздался звук открывающейся входной двери. Цзо Юньхэ проглотил слова, которые уже почти сорвались с языка, и повернулся, вставая, чтобы встретить врача.
— Спасибо.
Два тихих, хриплых слова долетели до слуха Цзо Юньхэ, и он не удержался — на его обычно холодном и отрешенном лице вновь расцвела улыбка.
— Доктор Тан, будьте добры, осмотрите его правую ногу.
— Хорошо, второй молодой господин.
Доктор Тан немало удивился кошачьим ушкам на голове Цзян Хуая, но прекрасно знал о весомом положении второго молодого господина семьи Цзо, поэтому не стал говорить лишнего. Он сразу прошел к больному, оставив в гостиной только Цзо Юньхэ и Дядю Фу.
Дядя Фу покачал головой и вдруг с улыбкой произнес:
— Давно я не видел, чтобы второй молодой господин так искренне радовался.
Услышав слова Дяди Фу, Цзо Юньхэ помимо воли перевел взгляд на Цзян Хуая. В его потемневших глазах отражался только Цзян Хуай. Цзо Юньхэ лишь коротко бросил в ответ:
— Мм.
Рука, лежавшая на спинке дивана, на мгновение сжалась в кулак, а затем медленно разжалась.
Сидевший на диване Цзян Хуай словно почувствовал этот взгляд. Он повернулся и посмотрел на Цзо Юньхэ. Его персиковые глаза, таявшие в лучах рассеянного света, казалось, источали мириады звезд. Он выглядел то как искусительный демон, то как не подозревающий о своей привлекательности ангел. Цзян Хуай одарил Цзо Юньхэ лучезарной улыбкой, а затем тут же отвернулся обратно.
Глядя на затылок Цзян Хуая, Цзо Юньхэ снова резко сжал пальцы в кулак. В глубине его души бушевали бури, а взгляд окончательно потемнел.
Цзян Хуай ровно устроился на диване, вспомнив недавнее уведомление. Поворачиваться к Цзо Юньхэ он перестань именно потому, что долгое время молчавшая система внезапно подала голос.
[Динь!
Прогресс покорения достиг проходного балла.
Прогресс покорения теперь доступен для проверки.
Цель текущей задачи по доминирующей эмоции обновлена.]
[Проверить.] Цзян Хуай обрадовался. Значит, то, что его привезли домой, дало шанс повысить уровень благосклонности?
[Текущий прогресс покорения: 60%. Доминирующая эмоция: одержимость.]
Глава 5. Школа (4)
— Доктор Тан, что с его ногой?
Цзо Юньхэ сделал два шага вперед. Он увидел, что с ног Цзян Хуая сняли обувь и носки, закатанные штанины оставили красные следы на голенях, а белые лодыжки покоились на черной обивке дивана. Его пальчики на ногах слегка поджались, каждый выглядел кругленьким и невероятно милым.
Взгляд Цзо Юньхэ стал смутными и тяжелыми. Ему безумно захотелось испачкать эту белизну какими-нибудь другими красками, однако внешне он по-прежнему держался воплощением благородства и добродетели. Никто в этот момент не смог бы догадаться, какой ужасный демон скрывается за этой безупречной оболочкой, словно сошедшей с небес.
— Второй молодой господин, это... — Доктор Тан начал говорить очень медленно, словно тщательно подбирая слова.
— Говорите прямо.
Цзо Юньхэ перевел взгляд на лицо доктора.
Цзян Хуай посмотрел на собственную стопу — ровно в этот момент он услышал тревожный сигнал системы.
http://bllate.org/book/26012/3114557
Готово:
