— Опять ошибка.
— Даже тригонометрию не понимаешь, а еще смеешь называть себя умным?
— У тебя в голове только драки?
— Подобную задачу мы разбирали буквально только что, не прошло и пяти минут, как ты все забыл напрочь.
— Учитель идет.
Голоса в голове сливались с реальностью, и Сюй Дунчжи с видом мученика уткнулся лицом в согнутые локти.
Да гори оно все синим платем, он же сейчас помрет от переутомления, учеба — это вообще не его, его стихия — выходить за ворота школы и устраивать с кем-нибудь драки.
— Учитель идет.
Голос из сна повторился, и Сюй Дунчжи отмахнулся, словно от назойливого комара:
— Не ори, я и так проснулся, с чего бы мне тебя все еще слышать.
Затем он почувствовал, как соседний стул шевельнулся, и прямо у самого уха раздался холодный голос:
— Я говорю, учитель пришел. Сюй Дунчжи, вставай, урок начинается.
На задних рядах раздался громкий скрип! Ученики с передних рядов тут же обернулись.
Школьный отличник почему-то сидел с раскрасневшимся лицом, а его стул был отодвинут почти на полметра в сторону.
— Че это с ним?
— Хз. Сбежать с урока хочет, наверное, привычное дело.
Сбежать еще чего придумал, да кто в здравом уме станет сбегать сразу после звонка на урок, он что, дурак?
Среди всеобщего гула затесалось и несколько завистливых реплик:
— Эх, когда же у меня будут такие же оценки, как у отличника Чжао.
— Да может, в Первой средней школе просто варианты контрольных полегче? До экзамена за семестр еще далеко, рано завидовать.
— Ты шутишь, что ли? Если бы я смог занять первое место в Первой средней школе, я бы во сне от смеха проснулся.
Тц, Сюй Дунчжи прикусил щеку и, пряча глаза, передвинул стул обратно. Деваться было некуда — в переднюю дверь вошел Брат Чэнь.
— Ты... перестань ко мне приставать, — пробормотал Сюй Дунчжи, вспомнив только что услышанные слова одноклассников.
Эти лица врезались ему в память: они поступили в школу не по бблату, да и учились вполне прилично.
Наверное, тем, у кого хорошие оценки, проще найти общую тему для разговора? Поболтать там про тригонометрию или вроде того?
На сердце было немного тяжело: на парте у Чжао Вэньчэня лежала контрольная, которую тот привез из Первой средней школы, и вся она была испещрена красными галочками.
Какая жуть, как же стыдно. Он поспешно прикрыл учебником собственный лист, сплошь усеянный крестиками.
— Я к тебе не приставал. — Чжао Вэньчэнь тоже убрал свою контрольную, и его бледные тонкие пальцы легли на парту Сюй Дунчжи.
Сюй Дунчжи отдернул руку, даже не задумываясь:
— И не садись ко мне так близко.
Чжао Вэньчэнь понизил голос:
— Период течки уже прошел, и тебе больше не больно? Не позволяешь мне прикасаться к тебе, тогда к кому ты хочешь прикоснуться?
Слова сорвались с языка, и, судя по всему, он сам понял, что перегнул палку — этот птенец феникса наверняка разозлится.
И точно, подняв глаза, он увидел, что левая щека Сюй Дунчжи едва заметно надулась и тот смотрит на него с крайним недовольством.
Он ведь вовсе не это имел в виду, почему Чжао Вэньчэнь вечно ничего не понимает?
Они ведь не в романтических отношениях, и помимо физического контакта между ними не должно быть никаких других, ведь это Чжао Вэньчэнь первый перешел черту.
А теперь этот человек ведет себя так агрессивно, будто это Сюй Дунчжи во всем виноват.
Впрочем, остатки здравого смысла у него еще сохранились, и, чтобы не нарушать дисциплину в классе, он ответил очень тихо:
— Пусть я немного глуп, но это не значит, что позволю себя обижать. Ты ведешь себя неразумно, с какой стати на меня нападать?
Вчера вечером тот мысленно обозвал его дураком раз десять, он же все слышал, просто сдержался и не стал спорить.
Брат Чэнь объяснял материал очень громко, полностью заглушая эту тихую стычку на задней парте.
— Я был неправ. — Чжао Вэньчэнь опустил взгляд и тихо извинился, уловив в голосе Сюй Дунчжи едва заметную обиду.
Птенец феникса был капризным, но не вздорным, и его самого удивило, что эта мелочь принесла ему облегчение.
Эмоции Сюй Дунчжи в последнее время были крайне нестабильны, он шмыгнул носом и глухо предъявил претензию:
— Неискренне.
— Дай руку. — Это было не предложение, а требование.
Сказав это, Чжао Вэньчэнь перехватил руку Сюй Дунчжи, державшую учебник, и крепко переплел их пальцы под крышкой парты.
На самой парте он продолжал записывать лекции левой рукой.
Кому досталась вся польза от столь близкого контакта, сомневаться не приходилось: Сюй Дунчжи ощущал ледяную прохолоду чужих пальцев, чувствуя, как его собственные метания постепенно сходят на нет.
Его ресницы легко дрогнули, а взгляд опустился на переплетенные руки.
Рука, державшая его, была очень красивой: крупная, с двумя вздувшимися венами на тыльной стороне и отчетливыми суставами пальцев, она легко и полностью могла обхватить его ладонь...
— Итак, теперь ответ очевиден, в результате определенно выбираем третью четверть, — неожиданно повысив голос, произнес Брат Чэнь, заставив Сюй Дунчжи вернуться в реальность.
Он мельком глянул на доску: без сомнений, это была задача, которую он решить не сможет.
Он и правда дурак.
Погрузившись в мрачное уныние, он подпер рукой подбородок и уставился в пустоту. Даже Ян Тунцзи спереди мог ответить на два-три вопроса, а он открывал учебник — и не узнавал ни единого термина.
Если так пойдет и дальше, его наверняка исключат из школы...
— Очнись. — Голос Чжао Вэньчэня прозвучал одновременно со звонком на перерыв.
Сюй Дунчжи рефлекторно попытался выдернуть руку, но та не сдвинулась с места.
— М? — озадаченно склонил он голову.
Чжао Вэньчэнь кивнул в сторону преподавательского стола, и Сюй Дунчжи послушно перевел туда взгляд.
В поднятой руке Брата Чэня красовался хорошо знакомый предмет — диктофон.
— Задержу вас на две минуты, я уже принял решение относительно наказания в адрес Лян Су. — В голосе Брата Чэня звучала непреклонная уверенность.
— В диктофоне записаны доказательства того, как ученик Лян Су оклеветал Сюй Дунчжи. Как преподаватель старшей школы, где на первом месте стоит учеба, я обязан нести ответственность за каждого ученика.
— Подобное поведение — несомненная ошибка. Здесь я требую, чтобы ты принес Сюй Дунчжи извинения и в свободное время написал искреннее покаянное письмо. Учитывая, что это твое первое нарушение, от дисциплинарного взыскания ты освобождаешься.
— И еще кое-что. — Выдав длинную речь, Брат Чэнь закончил все одной фразой: — Молоко для Сюй Дунчжи и Чжао Вэньчэня принес я. Если у кого-то есть вопросы насчет происхождения продуктов, милости прошу в мой кабинет, поговорим начистоту.
— Слышал? — Чжао Вэньчэнь только теперь разжал пальцы. Его веки слегка опустились, а во взгляде появилось чуть больше мягкости, чем обычно. — Наш Брат Дун намного умнее этого типа, и раз он теперь научился искать помощи со стороны, это просто замечательно.
http://bllate.org/book/25994/3111906
Готово: