Говорят, эти два старика — тоже частые гости Золотой Арены. Их узнавали и без масок: они приходились кровными родственниками чиновникам Федерального бюро расследований, их клан обладал немалым влиянием, а из-за высокого положения никто не смел им перечить. На Золотой Арене они привыкли вести себя практически вседозволенно, и даже если бы их истинные личности раскрылись, связываться с ними всё равно никто бы не отважился.
В конце концов старик по прозвищу Старый Ли поставил точку, выкупив за двадцать пять миллионов это Небесное Очищающее Чудовище, цена которого намного превосходила его истинную стоимость. Он тут же расплылся в улыбке, отчего морщины на его лице разгладились, и с чрезвыичайно самодовольным холодным хмыканьем съязвил:
— Старик Чжао, похоже, этот шанс прорваться к высшему уровню омега достанется только нашему роду. Благодарю тебя от лица моего внука, ха-ха-ха-ха-ха!
Услышав это, Чжао хотел было поднять ставку, но стоявший рядом управляющий удержал его. Ему оставалось лишь холодно хмыкнуть, отвернуться и замереть в глубоком гневе, пока дворецкий усовещивал его самыми добрыми словами:
— Родоначальник мой, мы ведь пожаловали сюда ради той драгоценности! Тратить столько денег здесь — себе дороже...
Ли Мянь с интересом наблюдал за этим фарсом:
— С чего это вдруг эти два бессмертных старика тоже вышли в свет? На старости лет устроить такую грызню из-за какой-то кости... Впрочем, ладно, вся та рухлядь, что водится в их роду, как раз и годится лишь на то, чтобы подбирать подобный мусор.
Ли Эр отозвался:
— Говорят, они оба тоже пожаловали ради той драгоценности, утверждают, что намерены взять её во что бы то ни стало.
Ли Мянь усмехнулся:
— Губа не дура. Посмотрим, хватит ли у них на это жизни.
— Ладно, а теперь перейдем к последнему, заключительному лоту сегодняшнего аукциона. Полагаю, большинство из вас пришли именно за ним. Прежде чем мы начнем, позвольте мне сделать еще одно подробное представление, — аукционист слегка поклонился в знак извинения, затем изящным шагом повернулся, взмахом руки привлекая всеобщее внимание, и на сцене раздался отчетливый механический скрежет. После этого центральная часть пола зависла в воздухе, и снизу стал медленно подниматься огромный железный клетчатый вольер, накрытый золотой тканью. По материи были намалеваны какие-то причудливые и жуткие заклинания, от одного взгляда на которые по спине невольно пробегал холодок.
Когда клетка поднялась полностью, аукционист легко улыбнулся, повернулся к собравшимся и под их полными ожидания взглядами заговорил:
— Полагаю, вы все уже слышали об этом. Верно, этот финальный лот — последняя из ныне живущих в этом мире Девятихвостых Сюаньмао. Род Сюаньмао обладает несравненным умом, способным перевернуть саму партию судьбы. Нынешняя поимка стоила жизней почти трех сотен наших ловцов, и лишь чудом нам удалось его обуздать. Как всем известно, по слухам, один хвост Девятихвостого Сюаньмао способен заменить жизнь или спасти её — он вернет вас с того света, даже если вы уже испустили дух. Парное культивирование с ним способно сделать железы еще более совершенными, очистить феромоны и даже преобразить энергию желез. Наконец, существует поверье, что если истощить все девять хвостов этой Сюаньмао и использовать её в качестве котельного плода для варки пилюль, можно возвыситься до Материнского Омега...
Аукционист намеренно сделал паузу, заметив, как взоры сидящих внизу людей разгораются всё сильнее и они смотрят на специальную клетку так, будто одержимы демонами, после чего слегка улыбнулся и продолжил:
— Именно по этой причине со времен прошлого кальпарочного цикла люди безжалостно истребляли Девятихвостых Сюаньмао, едва не приведя их к полному вымиранию. И вот, спустя почти сто лет забвения, мы наконец обнаружили следы Сюаньмао в одном из подземных дворцов в морской пучине.
Едва эти слова затихли, аукционист взмахнул рукой, и расшитая заклинаниями золотая ткань слетела долой. Все устремили взгляды на клетку, затаив дыхание.
В тесной клетке лежал совершенно обнаженный мужчина. Девять кошачьих хвостов за его спиной иссохше жались друг к другу, всё его тело было покрыто бесчисленными ранами разной величины — самая глубокая обнажала кость, повсюду виднелись следы крови. На нем также были намотаны бумажные талисманы, а на шее, запястьях и щиколотках звякали массивные железные кольца. Казалось, он еще сохранял некое подобие сознания: находясь в полубессознательном состоянии, он всё же хмурил брови и держал глаза закрытыми. Излишне бледная кожа подчеркивала правильные черты лица, а неземная, потрясающая красота казалась совсем не человеческой. Часть его тела покрывала тонкая черная шерсть, алые тонкие губы и густые респы слегка подрагивали от жгучей боли, заставляя окружающих задыхаться от восторга.
В тот самый миг, когда они это увидели, у некоторых внизу покраснели глаза — можно сказать, они явились сюда ради него одного. Они тут же принялись с жадными, слюнявыми ухмылками плотоядно разглядывать человека в клетке, желая немедленно броситься вперед и завладеть им.
Ли Мянь сначала равнодушно потягивал вино, но, разглядев лицо человека внизу, резко вскочил. Лицо его помрачнело, а винный бокал в руке с треском разлетелся вдребезги от чудовищной силы, залив ему всю руку кровью.
Ли Эр тут же бросился делать перевязку, но был остановлен властным жестом. На лице его господина читалось такое неверие, будто собиралась страшная буря, примешанное к кипящей ярости. Мрачный, темнее тучи, он молча стоял у панорамного окна, сжав кулаки так крепко, что казалось, будто он изо всех сил старается сдержать себя.
Ослабевшая Девятихвостый Сюаньмао лежала на полу, но, словно почувствовав что-то, подняла взгляд в сторону Ли Мяня, находившегося на втором этаже. Их взгляды встретились сквозь стекло, и у Ли Мяня на мгновение замерло сердце, да так болезненно, что перехватило дыхание.
Не колеблясь ни секунды, он отдал приказ:
— Передай на Золотую Арену: на этом топе я зажигаю небесную лампаду, немедленно освободите его.
Ли Эр на секунду опешил, а затем произнес:
— Господин, многие прибыли сюда именно ради этой Сюаньмао, если вы зажжете небесную лампаду, боюсь, это вызовет...
Не успел он договорить, как мощная рука вцепилась ему в горло. Задыхаясь, он успел заметить багровые глаза Ли Мяня, в которых бушевало невиданное безумие:
— Достань мне его любой ценой! Мне нужен только он! Ты меня понял?
Затем последовал взмах руки, и Ли Мянь сошел вниз, не задерживаясь ни на мгновение. Ли Эр осел на пол, непрерывно кашляя. Внезапно перед его внутренним взором промелькнул образ Сюаньмао из клетки, словно прорвало плотину давних воспоминаний, и его зрачки сузились до предела: неужели это был он —
Ну и как, есть тут кто? Почему тут так тихо?
Глава 11
— Послушай, господин И, а твои подчиненные в курсе, что за закрытыми дверями ты на самом деле скрытный мазохист? — Янь Цань, неторопливо вытирая руки влажной салфеткой, продемонстрировал четко очерченные суставы пальцев.
Фэн И на мгновение замер, затем опустил голову и понимающе усмехнулся:
— И в какой же момент ты это раскусил?
Янь Цань перевел на него взгляд, продолжая протирать руки, лишь слегка покачал головой:
— Во-первых, твои ранения выглядели слишком фальшиво. При такой потере крови, как у тебя, ты бы уже давно отправился навестить Владыку Преисподней. Общий объем крови взрослого мужчины составляет четыре-пять тысяч миллилитров, а ты расплескал плазму уж слишком неправдоподобно.
Во-вторых, отношение твоих людей к тебе ничуть не изменилось. По идее, когда тебя, простого заложника, небрежно швыряют на пол, первой реакцией твоих подчиненных было бы поймать тебя, и это тебя уже выдало.
В-третьих, тебе действительно не стоило нанимать этого дурака на роль твоего похитителя: на каждое слово у него приходилось по восемьсот лишних движений. Ты вообще знаешь, каково самое базовое правило человека, долгое время занимающего высокое положение? Невозмутимость. А у него ее явно не наблюдалось. К тому же, когда я помогал тебе выйти за дверь, он был до отвращения... возбужден? Даже слепой заметил бы, что с вами что-то не так.
Фэн И: — ...
— И ты сделал столь уверенный вывод всего по нескольким мелким деталям? — удивился Фэн И.
— Конечно нет, — Янь Цань уголки губ тронула легкая усмешка. — Секунду назад я еще не был уверен, но теперь — вполне. Кстати говоря, весь этот монолог я только что выдумал на ходу.
Фэн И немного помолчал, а придя в себя, нашел это весьма забавным:
— Ты оказывается просто водил меня за нос, ну и хитрый же ты лис.
— На войне все средства хороши, этот принцип ты должен понимать лучше меня. Я всего лишь мелкая сошка, которая хочет лишь спокойно зарабатывать себе на кусок хлеба. Но раз уж ты сам меня задел, изволь подготовиться к тому, что я дам отпор. — Голос Янь Цаня звучал спокойно, а слова казались шуткой.
— Твой ответный удар — это попытка втащить всю Золотую Арену в ту федеральную бездонную яму? А я-то думал, ты просто безумно любишь меня, раз так отчаянно цепляешься за меня. — Фэн И приподнялся, похоже, в самом благодушном настроении, однако взгляд его оставался глубоким и темным.
— А может, и так, — Янь Цань пожал плечами. — Как я уже говорил ранее, возможно, у меня Стокгольмский синдром: я могу как любить тебя, так и ненавидеть. В конце концов, ты отравил меня такой отравой, из-за которой я хлебнул немало лиха.
— Отравил? — Фэн И склонил голову набок с легким недоумением. — Погоди-ка, я уточню: ты имеешь в виду тот случай, когда я тебя пометил?
— А по-твоему, для Альфы приятно, когда его снова и снова метят точно такой же Альфа? — в тон ему парировал Янь Цань, и в его голосе прозвучала угроза.
— К тому же я навел справки: на всей Золотой Арене нет ни единого человека по имени Фэн И. Зато в Университете Цинбэй имеется профессор с точно таким же именем, который вдобавок взял отпуск на целый месяц подряд. Скажи-ка, и это тоже простое совпадение? — Янь Цань медленно развернулся и легким движением швырнул использованную салфетку прямо в лицо Фэн И.
Фэн И задрал подбородок, с наслаждением позволяя шелковой салфетке скользить по щеке, и даже подобрал ее, чтобы упоенно вдохнуть аромат.
— До чего же у меня сообразительный молодой господин, от тебя ничего не скроешь.
— Да ты и не собирался ничего от меня скрывать, — фыркнул Янь Цань. Он не был дураком: все действия Фэн И вовсе не предполагали никакой защиты от него, более того, тот с самого начала выкладывал ему всё как на духу, вовсе не собираясь чинить препятствия, и даже словно бы поощрял его продолжать расследование.
Истинная цель этого пока оставалась неясной, но ему претило само ощущение того, что его кто-то контролирует.
Одевшись с иголочки, Янь Цань в одностороннем порядке завершил этот разговор, надел маску и толкнул дверь, собираясь выйти.
Заметив это, Фэн И уныло развернулся и жалобно протянул:
— Куда это ты собрался? Хочешь бросить меня одного? Натешился и теперь бросаешь? Где это видано — так поступать с людьми? Я ведь сопровождал тебя в самых безумных утехах, едва отойдя от тяжелых ран, проявил бы хоть капельку сочувствия!
— Не умеешь использовать фразеологизмы — замолчи! — бросил через плечо Янь Цань, не в силах больше слушать этот бред.
Фэн И послушно умолк, целиком зарывшись в одеяло так, что наружу выглядывали лишь глаза. Обеими руками вцепившись в край одеяла, он моргал, глядя на Янь Цаня, и медленно проговорил:
— А когда ты вернешься? Вернись пораньше, я боюсь темноты в одиночестве.
Янь Цань окинул взглядом роскошное убранство комнаты, залитой мягким теплым светом, и прищурился:
— Господин И, мне объявить о вашей истинной личности на весь мир?
Услышав столь недвусмысленную угрозу, Фэн И проявил редкую сообразительность и молча натянул одеяло с головой.
Сквозь закрытую дверь донеслось, как А Юань окликнул: «Молодой господин», после чего шаги обоих стихли вдали.
Как только дверь затворилась, в комнате воцарилась абсолютная тишина. В теплом и ярком помещении всё еще витал густой шлейф переплетенных феромонов — насыщенный и пьянящий. Фэн И глубоко вдохнул его, и улыбка больше не сходила с его губ.
Он с самого начала затеял эту ловушку, рассчитывая, что тот поведется, но никак не ожидал, что Янь Цань окажется настолько умным: мало того что он раскусил план, так еще и попутно помог разобраться с Чжан Шо.
Тот звонок действительно поступил в ожидаемое время, однако Чжан У получил указания заранее, поэтому, едва на том конце провода прозвучало: «Это Хэй Ша? Та сделка, о которой говорили раньше, наступила»,
Чжан У ответил коротко, как и было велено:
— Что требуется сделать?
— Устрой для меня небесную игру, но от имени Земных Змей, а затем передай в Федерацию, что Чжан Шо пойман и данные утекли.
http://bllate.org/book/25897/3095207
Готово:
