— Какая машина тебя подрезала? Если хочешь, давай позвоним в управляющую компанию, поднимем записи с камер и подадим на него в суд, — спросил Ху Цин у Лу Дина.
— Кажется, это был черный Бентли. Ладно, не стоит поднимать шум, — Лу Дину сказал Ху Цинку, что его подрезали, хотя на самом деле та машина была от него далеко. Он просто отвлекся на звонок и перепутал педаль газа с тормозом.
Черный Бентли?
Бо Си смутно припомнил, будто видел кого-то на черном Бентли, но сейчас никак не мог вспомнить, кого именно. Впрочем, Пекин такой большой, людей на таких машинах точно больше одного-двух, так что необязательно, что это кто-то знакомый.
— Садись сначала ко мне в машину, остальное я улажу, — Ху Цин велел Лу Дину садиться. Тот хоть и не был невероятно популярной звездой, но и полным новичком, которого никто не знает, не являлся, так что в подобных ситуациях ему лучше по возможности не светиться.
К счастью, он влетел в бетонный столб.
Ху Цин про себя выругался, думая: с чего это он вообще связался с таким ненадежным человеком?
Умудриться врезаться в столб прямо на парковке — у такого типа нужно немедленно отобрать права. Вернувшись в компанию, надо будет предупредить остальных, чтобы этому болвану больше ни в коем случае не давали садиться за руль, не то случись что в будущем, компании снова придется всё разгребать.
Ху Цин связался с администрацией здания. Прибывшие сотрудники осмотрели искореженную машину и, обнаружив, что столб пострадал несильно, требовать компенсацию не стали. Затем он вызвал эвакуатор, чтобы отвезть машину Лу Дина в ремонт, и вдобавок заказал такси, чтобы отправить Лу Дина домой.
Всё это время Лу Дина прятался в машине Ху Цина, полностью потеряв волю и инициативу.
— Наказание какое-то, — за последние годы Ху Цин лично, во всех деталях вел лишь одного Бо Си, и чужие заботы его почти не волновали — он уже успел позабыть, до чего же хлопотными могут быть эти избалованные создания. Пережитое происхождение вывело его из себя.
— Хочешь, я поведу? — спросил его Бо Си.
— Администрация только что скинула мне запись с камер. Он еще утверждал, что его какая-то машина подрезала! На видео Бентли был в нескольких метрах от него, а этот просто взревел мотором и со страху чуть душу не выпустил, — Ху Цин пристегнул ремень безопасности и выругался: — И тот тип на Бентли тоже больной на голову, бесится среди бела дня.
Бо Си отнесся к этому философски:
— Главное, что все живы и здоровы.
— Сегодня моя вина, плохо всё организовал. Братуха найдет тебе другого, на сей раз сто процентов надежного — такого, который не врезается на машине в бетонные столбы, — Ху Цин выглядел невероятно расстроенным. Если бы сегодняшнего кандидата ему порекомендовал кто-то другой, он бы за такое сватовство материл человека на чем свет стоит.
И надо же было такому случиться, что этого драконьего фрукта он выбрал сам.
— Ничего страшного, давай пока притормозим, — Бо Си особого энтузиазма не проявил.
— Я обязан подобрать тебе кого-то нормального, чтобы ты не думал, будто я намеренно подсунул тебе драконий фрукт, чтобы отравить тебе жизнь, — выехав с парковки, Ху Цин продолжил: — Если бы твои требования были хоть капельку проще, всё решалось бы куда легче. С твоей-то внешностью и манерами, если захочешь завести роман, во всем шоу-бизнесе сможешь выбирать кого угодно!
— Разве у меня так много требований? — не понял Бо Си.
— Какой сейчас сумасшедший темп жизни! У большинства людей просто нет времени и сил шаг за шагом сближаться с человеком и узнавать его. Подумай сам: сначала они общаются, если удается найти общий язык — пару раз сходят в ресторан, присматриваются друг к другу, проверяют чувства, потом определяются, назначают свидания, ждут, пока всё само собой придет к развязке… В общем, на это уходят месяцы, — Ху Цин принялся продвигать Бо Си свои взгляды на романтические отношения. — Стоит хоть на каком-то этапе оплошать — и всё, любовь не сложилась, начинай сначала, а это снова несколько месяцев.
Бо Си немного подумал:
— Несколько месяцев — разве это долго?
На съемки дорам уходит по полгода, что такое пара месяцев?
— Как ты можешь говорить так? Твое время бесценно, почему это месяцы не срок? — возразил Ху Цин.
— Людям предстоит прожить вместе много лет, потратить несколько месяцев на то, чтобы узнать друг друга — это совсем не долго.
Прожить вместе много лет…
Тут Ху Цин потерял дар речи — в конце концов, у него самого ни одни отношения от начала и до конца не длились дольше нескольких месяцев. Но в представлении Бо Си любовь заключалась не в том, чтобы затащить кого-то в постель, а в том, чтобы прожить вместе жизнь.
После такого Ху Цин уже не смел соваться со случайными знакомствами.
Как бы снова не сесть в лужу, как сегодня.
— Тот человек, который тебе приснился… кто он? — ожидая зеленого сигнала светофора, внезапно спросил Ху Цин.
— Какой сон… — Бо Си включил дурака.
— Тот сон, с которым ты просил меня разобраться у мастера. Кто тот человек, что поцеловал тебя во сне?
— Забыл, — Бо Си совсем не горел желанием об этом говорить.
Он сейчас изо всех сил старался всё забыть!
— Раз тебе приснилось, что этот человек целует тебя, это значит…
— У нас с ним вряд ли что-то получится, — Бо Си прервал рассуждения Ху Цина.
— Судя по всему, он идеально подходит под твои вкусы, раз уж приснился тебе в эротическом сне.
— Это был не эротический сон, а всего лишь очень вежливый поцелуй, — запротестовал Бо Си и тут же вспомнил, что позже ему снился совсем другой — куда менее вежливый — сон.
Красный сменился зеленым, и машина тронулась с места.
Бо Си снова вспомнил, как встретил Хэ Цзиньняня в оранжерее, и ему захотелось спросить у Ху Цина, почему тот тоже знаком с хозяином чайной. Но они только что обсуждали тему того сна, и заводить разговор про Хэ Цзиньняня прямо сейчас было немного боязно.
— С чего ты взял, что с ним ничего не выйдет? Он натурал, у него уже есть пара? — поинтересовался Ху Цин.
— Понятия не имею, просто у нас с ним нет судьбы, — была бы судьба, разве в прошлой жизни их пути практически не пересекались бы?
Хэ Цзиньнянь добавил его в WeChat шесть лет назад и с тех пор ни разу не написал. К тому же он считал парня слишком молодым: если судить по возрасту из прошлой жизни, Бо Си исполнялось тридцать, и он был ровно на десять лет старше нынешнего Хэ Цзиньняня.
Машина подъехала к парковке жилого комплекса Бо Си. Ху Цин заглушил мотор, но двери разблокировать не спешил.
— Я его знаю? — Ху Цин уставился на Бо Си.
Бо Си поленился ломать комедию и горько усмехнулся:
— Новый обладатель кинопремии.
— А, — Ху Цин умолк.
С этим человеком всё действительно было непросто.
Будь тот артистом их компании или даже представителем другой агенции, при связях Ху Цина в кругу киношников было бы легко навести справки; если бы только объект не был убежденным натуралом, свести их не составило бы никакого труда.
Но Хэ Цзиньнянь — другое дело.
Двадцатилетний молодой актер, получивший главную кинонаграду, с первоклассным актерским мастерством и блестящим будущим.
Поставив себя на его место, Ху Цин понимал: если бы в год, когда Бо Си получил свою первую кинопремию, к нему кто-то подкатил с романтическими предложениями, он бы придушил этого наглеца собственными руками, а потом еще и на куски покрошил.
— Я пошел, — Бо Си знаком попросил разблокировать двери, а затем толкнул дверцу и направился к лифту. Ху Цин проводил его взглядом до самого лифта и еще добрую минуту просидел в задумчивости, прежде чем развернуться и выехать со стоянки.
Надо же, и вправду Хэ Цзиньнянь. Шутка, брошенная им на банкете после церемонии награждения, попала в самую точку. Вкус у их Бо Си отменный, вот только… с удачей чуток не повезло.
То ли из-за жалости, то ли из-за чувства вины — а может, и от того, и от другого разом, — Ху Цин решил искупить свою оплошность. Он задумал вытащить пару оторванных, но знающих меру парней и сводить Бо Си развеяться.
Но стоило Бо Си увидеть присланное им фото с кубиками пресса, как он отказался без единой секунды колебаний.
— Да мы просто выпьем, потреплемся, честно слово — никаких нарушений закона и норм общественной морали! — Ху Цин позвонил Бо Си.
— Брат, мне нужно ложиться спать пораньше и вставать с петухами, развлекайтесь без меня, — Бо Си остался непреклонен.
Ху Цин не сдавался и собирался уговаривать дальше, как вдруг телефон Бо Си завибрировал — пришло сразу несколько сообщений. Открыв чат, он увидел фотографии собакенов, отправленные Лу Дином, вдобавок к текстовому сообщению с вопросом, свободен ли он завтра, чтобы пойти посмотреть на щенков и котиков.
По сравнению с накачанными парнями от Ху Цина, Бо Си и в самом деле куда больше хотел посмотреть на кошек и собак.
Правда, идти к Лу Дину домой ему не хотелось: раз уж первая попытка провалилась и продолжать общение желания нет, легкомысленное согласие на приглашение могло породить лишь ненужные недомолвки.
— Брат, у кого-нибудь из твоих близких знакомых дома есть собаки? Я хочу посмотреть на собак, — обратился Бо Си к Ху Цinu в трубку.
— Должны быть. Подожди, я спрошу, — Ху Цин тут же сбросил вызов.
Бо Си изначально не питал особых надежд: знакомых, держащих собак, наверняка хватало, но чтобы отношения позволяли заявиться с визитом да еще и время подходило идеально — такое совпадение случалось нечасто.
Однако Ху Цин был человеком не простым.
Тем же вечером он перезвонил Бо Си.
— Помнишь режиссера фильма, от участия в котором ты пару дней назад отказался? У него дома целая стая кошек и собак. Я с ним договорился, завтра утром отправлю тебя к нему, — Ху Цин, похоже, был очень занят — в трубке отчетливо слылся гул ночного клуба.
Бо Си ничего не стал говорить и повесил трубку.
В тот же вечер он отправил своему личному помощнику Сяо Чжану крупный красный конверт, а заодно перевел денег, попросив того купить немного консервов для домашних животных и лакомств.
Сяо Чжан радостно принял красный конверт, разузнал все подробности и велел сразу закинуть купленное в машину Ху Цина, чтобы не перегружать лишней беготней с передачами.
На следующий день в полдень Ху Цин привез Бо Си к воротам особняка режиссера.
— Мы с режиссером Тан знакомы сто лет, чувствуй себя как дома. Я с ним уже обо всем договорился, он тебя и накормит, — Ху Цин познакомил их, выгрузил из машины консервы с лакомствами, сунул всё им в руки и бросил Бо Си: — Развлекайся хорошенько, после обеда я за тобой заеду.
Бо Си приоткрыл рот, собираясь возразить, но тот уже запрыгнул в машину. Он же просто сказал, что хочет посмотреть на кошек и собак, а этот привез его сюда как ребенка в детский сад — бросить на перевоспитание почти на целый день?
— Этот Ху Цин прямо как со взрывпакетом в заднице — вечно несется куда-то сломя голову, вечно в мыле, — режиссер Тан выглядел лет на пятьдесят, но держался очень дружелюбно. В прошлой жизни они уже работали вместе, так что Бо Си был с ним хорошо знаком.
— Простите за беспокойство, — Бо Си с коробкой консервов последовал за режиссером Тан вглубь особняка.
— О чем ты говоришь, какая церемонность? Мой дом всегда рад таким молодым людям, как вы.
Бо Си замер, сочтя эту фразу немного странной, но раздумывать над ней было некогда. И лишь когда он с коробкой в руках вошел в гостиную и увидел там нескольких незнакомых парней и девушек, Бо Си наконец понял истинный смысл этих слов.
Режиссер Тан действительно держал нескольких котов и собак, вот только все они были из приюта — сплошь больные или увечные. А сидевшие в гостиной молодые люди оказались ветеринарами-волонтерами из того же приюта, которые как раз пришли на плановый осмотр.
Заметив Бо Си, те заметно удивились — разумеется, они его узнали. Две девушки, судя по всему, были его фанатками: они кусали губы, сдерживая улыбки, и явно порывались подойти поздороваться, но стеснялись.
Увидев это, Бо Си опустил коробку с консервами и первым вежливо поприветствовал их.
— Ты умеешь мыть собак? — спросил режиссер Тан у Бо Си.
— Я смотрел в интернете, могу научиться, — поспешно отозвался Бо Си.
— Тогда ступай в ту комнату, помой Сяо Хэ, — режиссер Тан принял его пальто и указал на самую дальнюю комнату на первом этаже. Похоже, он решил увести Бо Си подальше, чтобы парня не обступили зеваки в гостиной.
http://bllate.org/book/25863/3089805
Готово:
