Лю Жун вспомнил, как Лукас упоминал об особом обращении с ороками на черном рынке, и постепенно всё понял.
Шэнь Даньши пояснила:
— Нижняя часть хвоста пернатого змея — это важнейшее оружие для нападения и брачный инструмент, а также его смертельная уязвимость. В ходе ранней эволюции оставшиеся без хвоста пернатые змеи, если не предпринять никаких мер, быстро погибали.
Единственный способ выжить — впасть в безопасном месте в состояние спячки для восстановления хвоста. Поскольку без спячки наступает смерть, в процессе эволюции этот вид приобрел способность: при любых обстоятельствах, стоит лишь лишиться хвоста, тело погружается в состояние зимней спячки, пуская все ресурсы на заживление раны.
Тот, кто создал этот хвост, воспользовался этой физиологической особенностью пернатых змей: он содрал кожу и плоть с нижней части хвоста, оставив лишь кости и нервы, чтобы тело пернатого змея постоянно находилось в состоянии спячки и регенерации. Но искусственное тело оказалось похоже на тюрьму и, наоборот, заблокировало восстановление хвоста, из-за чего он застрял в полуживом состоянии спячки.
— Такой метод используют действительно только те, кто создает «Цветок Вечной Жизни», — Шэнь Даньши подбирала слова, надеясь выразиться мягче, но не преуспела. — Жестоко и злонамеренно.
Лю Жун, не отрывая глаз, продолжал смотреть на Фейние:
— Значит, нет ни единого шанса?
Когда он задал этот вопрос, в его сердце словно образовалась пустота. Возможно, дело было в том, что Фейние оказался первым человеком, с которым он познакомился в этой вселенной, и Лю Жун долгое время наблюдал за ним; а может, потому, что Фейние спас его, и ему вовсе не хотелось, чтобы Фейние вот так погиб.
Он видел живого, полного сил Фейние — свирепого, решительного, безжалостного, — так что ему было немного трудно вообразить Фейние лишенным всяких признаков жизни.
Шэнь Даньши нахмурилась в раздумьях, а спустя мгновение подняла на него взгляд:
— Что ж, если не рассматривать эвтаназию, тогда давай разработаем план лечения.
Лю Жун улыбнулся, словно почувствовав облегчение:
— Если что-то понадобится, сразу говори мне.
Шэнь Даньши опустила голову и еще немного поизучала аналитический отчет, выданный X01:
— Прежде чем мы продолжим, я всё же должна сказать тебе: сейчас лечебный раствор оказывает на него минимальное воздействие. Так бывает только с теми, кто находится на пороге смерти, поэтому даже при лечении надежды мало. Результат, скорее всего, сведется к тому, что он естественным образом угаснет во время процедур, либо же, даже если его удастся выжить, у него останется определенная степень повреждения мозга. Тебе не стоит возлагать слишком больших надежд на лечение, но пока ты не сдаешься, я буду помогать изо всех сил.
Лю Жун не сводил глаз с Фейние:
— Я не сдамся, в любом случае нужно попытаться.
— Хорошо, — Шэнь Даньши обвела на аналитическом отчете два места. — Здесь есть защита от несанкционированной разборки, нужно, чтобы инженер взглянул. А вот эта соседняя сопряженная структура чем-то напоминает некое устройство контролируемого высвобождения лекарств. Его рана заживает в лечебном растворе донельзя медленно, я подозреваю, что это могут быть какие-то препараты пролонгированного действия, вмешивающиеся в процесс лечения.
Лю Жун поманил пальцем X01, и «инженер» X01 автоматически приступил к более тщательному сканированию и осмотру нижней части тела Фейние.
Шэнь Даньши убрала отчет и произнесла:
— Учитывая его текущее состояние, я могу предложить два варианта лечения. Первый — более консервативный: увеличить дозировку лечебного раствора, и если терапия подействует и он обретет определенный запас прочности, мы перейдем к следующему шагу. Второй — более радикальный: сначала удалить биомитический протез хвоста, чтобы активировать собственную способность пернатого змея к самоисцелению. Если второй вариант увенчается успехом, ситуация будет выглядеть весьма оптимистично.
Тщательно обдумав услышанное, Лю Жун ответил:
— Тогда давай объединим: увеличим дозировку лекарства, и одновременно я постараюсь демонтировать протез.
Выслушав его, Шэнь Даньши беспомощно улыбнулась:
— Похоже, у меня есть не самая приятная новость.
Надев резиновые перчатки, она приподняла хвост Фейние, прижала его к месту стыка, пошевелила сочленение и указала Лю Жуну:
— Конструкция таких «Цветков Вечной Жизни» крайне коварна. Подобные места обычно намертво заблокированы защелками, и защита от разборки здесь наверняка не одна-единственная, которую мы видим сейчас. Снять его напрямую практически невозможно. Если хочешь быстро убрать протез, остается только отрезать его целиком чуть выше по длине.
Сказав это, Шэнь Даньши бросила взгляд на показатели жизненных функций Фейние в реальном времени:
— Проблема в том, что в его нынешнем состоянии он может не выдержать подобных манипуляций. Я предлагаю пока повременить, какое-то время проводить консервативное лечение в лечебной капсуле, а там посмотрим на обстановку.
Лю Жун сжал онемевший кончик хвоста Фейние в районе протеза и слегка помял его:
— Не обязательно, что его нельзя разобрать. Что с этим делать, я придумаю, а ты пока займись для него первым вариантом. — Он постучал пальцем по металлическому туловищу X01: — Мне нужна детальная трехмерная модель всего протеза и схема его разборки по частям.
Сигнальный огонек на голове X01 мигнул, давая понять, что задача ясна.
Шэнь Даньши больше ничего не говорила и принялась смешивать лечебный раствор более высокой концентрации.
*
У X01 ушло три стандартных космических дня на то, чтобы заново построить модель протеза в хвостовой части Фейние. Как и говорила Шэнь Даньши, структура искусственного тела оказалась монолитной и без единой мертвой зоны: все стыки были связаны между собой так, что стоило потревожить хотя бы один порт, как это вызвало бы цепную реакцию торможения, заставив огромный массив препаратов, хранившихся внутри протеза, мгновенно высвободиться.
Что касается лекарств, содержащихся в дозаторе протеза, Шэнь Даньши уже по результатам анализов крови вычислила их точный состав: это был препарат быстрого действия, являющийся антагонистом генов регенерации пернатого змея. К нему была привязана сигнализация демонтажа: стоило кому-то попытаться разобрать протез, как все лекарства выбросились бы наружу мгновенно, и сверхдоза медикаментов разрушила бы способность организма к восстановлению, приведя к неминуемой смерти.
Хорошая новость заключалась в том, что тот, кто всё это спроектировал, возможно, не предполагал, что настанет день, когда кто-то непременно захочет демонтировать этот протез, и тем более не ожидал, что кто-то вздумает спасать умирающего пернатого змея. И хотя растворенное в крови лекарство не имело противоядия, оно не было скрыто на молекулярном уровне, а значит, его можно было отфильтровать и вывести из организма посредством гемодиализа.
Уже на второй день в лечебной палате установили аппарат для диализа. Шэнь Даньши скорректировала состав лечебного раствора, чтобы ускорить обмен веществ и способствовать выведению из тела Фейние изначально находившихся там медикаментов.
Плохая новость состояла в том, что первоначальной задумкой создателей «Цветка Вечной Жизни» было сохранение образцов ороков на протяжении сотен и тысяч лет. Устройство, сдерживающее и контролирующее непрерывное высвобождение лекарства, работало по принципу регулирования концентрации, и запаса препарата внутри дозатора хватило бы по меньшей мере на пятьсот лет. Если следовать изначальной скорости высвобождения, пришлось бы ждать пять столетий, прежде чем перейти к следующему этапу лечения.
К счастью, у дозатора имелся изъян, который трудно было назвать полноценным дефектом: устройство регулировки концентрации в любой момент отслеживало уровень лекарства в крови, и стоило ему зафиксировать, что концентрация упала ниже поддерживающей дозы, как аппарат выбрасывал огромную порцию препарата, пытаясь вернуть целевые показатели.
Опираясь на этот принцип, Лю Жун разработал устройство-обманку. Концентрация препарата внутри этого устройства была подвергнута молекулярной обработке, позволяющей результатам анализа неизменно показывать нулевой уровень лекарства. Стоило встроить его в месте поступления препарата из дозатора в кровь, как мониторинг дозатора стал бы постоянно сигнализировать о переизбытке концентрации, вынуждая его непрерывно выпускать всё новые порции лекарства.
При помощи этого приспособления на полную откачку всех медикаментов ушел бы всего один месяц. А когда лекарство будет полностью выведено, разбирать протез станет гораздо безопаснее.
После того как устройство-обманка было имплантировано в тело Фейние, лечение официально вступило в первую стадию, а процедурный процесс стабилизировался. Шэнь Даньши перестала проводить в лечебной палате круглые сутки, переключившись на график регулярных обходов — теперь она заглядывала туда строго дважды в день, утром и вечером.
Лю Жун же дневал и ночевал в палате. Поскольку для демонтажа протеза требовалось выполнить массу подготовительных работ, а он не хотел раскрывать никому информацию о том, что Фейние находится здесь, всё приходилось делать своими руками. Например, прежде чем приступить к официальному снятию протеза, ему предстояло по кусочку удалить чешую и биомитическую кожу, наросшие на внешнюю часть протеза, чтобы обнажить металлическую основу.
Облаченный в выданный Шэнь Даньши белый медицинский костюм, защитные очки и изолирующие перчатки, Лю Жун извлек хвостовую часть Фейние из лечебного раствора. Он начал работу с кончика хвоста: манипуляторы X01, превратившись в яркий прожектор, освещали тело Фейние, а Лю Жун, вооружившись пинцетом и щипцами, пласт за пластом сдирал чешую и искусственную кожу.
— Эта чешуя выглядит совсем как настоящая, — подал голос X01.
Лю Жун бросил чешуйку в стоящий рядом лоток и посмотрел на ее острый нижний край:
— Должно быть, она и есть его собственная.
— Тот человек, который всё это сотворил... этот «странник»... — завис на секунду X01. — Зачем ему было так поступать? Если он пытался выбить местонахождение Звездного Ядра, в этом нет никакого смысла.
Лю Жун очень медленно счищал биомитическую кожу, подцепил очередной кусок и швырнул его в желтый медицинский бак для отходов:
— Неважно, кем был этот посторонний человек, о чем он думал — не имеет значения. — Он бросил взгляд на уровень лечебного раствора: — Долей-ка ему немного раствора.
Четыре опоры на корпусе X01 взмыли вверх, сформировав манипулятор, который схватил стоявшую неподалеку сменную емкость с лечебным раствором и опрокинул ее в заправочный отсек рядом с лечебной капсулой.
Емкость этого отсека была весьма велика, и по идее после заполнения ее должно было хватать надолго, но поскольку лечебный раствор для Фейние Шэнь Даньши смешивала заново каждый день, приходилось добавлять его небольшими порциями: расходовался — подливали снова.
Закончив заливать раствор, X01 подлетел к Лю Жуну и легонько постучал металлической клешней по его плечу:
— Тебе не кажется, что нынешняя сцена очень похожа на ту, когда вы встретились впервые? Тогда ты тоже добавлял ему лечебный раствор, а потом вы...
Лю Жун прервал работу, положил руку на колено и поднял на него взгляд:
— А потом мы что?
Уловив нотку опасности, X01 тут же захлопнул рот, его клешня мгновенно превратилась обратно в ножки, и он поспешно вернулся в свое исходное положение.
Лю Жун выглядел совершенно невозмутимым, словно ничего не произошло, и продолжал заниматься своим делом, однако его мысли на мгновение замерли. Спустя пару минут он опомнился и стукнул костяшкой пальца по плоской голове X01, отчего тот аж покривился в сторону.
— Мне, пожалуй, стоит отключить твое питание?
X01 поднял свободную лапу и закрыл ею глаза, изображая плач. К сожалению, облик, который он сам себе спроектировал, не имел ничего общего с миловидностью: восемь глаз, украшенных слезами, напоминали запятые, зависшие над головой, и вызвать сочувствие у окружающих были ну никак не способны.
Лю Жун сорвал салфетку для процедур и набросил ее на голову X01 — с глаз долой, из сердца вон.
Но он не мог отрицать: X01 и вправду разбередил в нем кое-какие воспоминания. Эти воспоминания казались легкими пушинками, парящими в воздухе и не имеющими никакого веса, но в то же время они образовали гигантское кольцо, затянувшееся вокруг него петлей и до сих пор не дававшее ему понять, как же относиться к тому первому знакомству с Фейние.
Тогда он словно рухнул прямиком в огромную мешалку, попав в причудливый и безумный мир, и даже не успел толком погрустить об утрате, как на него обрушилась череда новых проблем.
Мало того, самой первой «проблемой», с которой он столкнулся, оказался сам Фейние — проблема эта была донельзя сложной и совершенно не желала слушать чужих слов.
К счастью, он привык решать проблемы.
Глава 7. Следы, погребенные под бураном ①
Если не считать того мимолетного взгляда посреди бури, официальная первая встреча Лю Жуна с Фейние произошла вскоре после того, как Лю Жун пришел в себя.
http://bllate.org/book/25848/3088623
Готово:
