Но он просчитался.
Даже если его будут избивать, он не станет плакать.
Взгляды двух людей скрещивались всё дольше, словно они пытались заглянуть сквозь чужие глаза в самую сокровенную, недосягаемую душу друг друга.
У Юань Фана защипало веки, на то, чтобы таращиться, больше не оставалось сил. Расслабившиеся веки сделали его взгляд чуть мягче, и он уставился на эти невероятно красивые, словно сошедшие с картины миндалевидные глаза.
Несправедливо.
Ему приходилось задирать голову, и это утомляло куда сильнее.
А Чэнь Му стоило лишь чуть опустить веки — легко и непринужденно.
Впрочем, судя по всему, Чэнь Му точно не заплачет. Предпочтя не проваливать задание и не продолжать пялиться друг на друга подобно парочке дураков, Юань Фан решил действовать.
Его личность раскрыта, достоинство растоптано — подумаешь, пара слезинок, ему теперь всё равно.
Для Юань Фана заплакать не составляло труда.
Брови Чэнь Му едва заметно дрогнули. Глаза Юань Фана покраснели, словно вокруг них и до самых внешних уголков прошлись румянами; его зрачки чуть качнулись, во внутренних уголках глаз проступило немного усилий, и на самом дне тут же заплескался яркий, чистый блеск влаги.
В прошлый раз он видел лишь то, что глаза Юань Фана намокли, но теперь отчетливо наблюдал весь процесс целиком.
Как слезы собирались в этом человеке, в этих глазах, пока наконец не перестали помещаться, и крупные капли внезапно не скатились вниз.
Оставив две четкие влажные дорожки на его мужественном лице.
Заяц: [Задание выполнено.]
Юань Фан тут же яростно вытер слёзы и, круто развернувшись, зашагал к стене.
Чэнь Му какое-то время стоял на месте неподвижно.
Он вдруг обнаружил, что слёзы очень идут этому лицу.
Вероятно, из-за того, что выпало столь неловкое задание, Юань Фан не устраивал никаких пакостей вплоть до нового появления Зайца — оба провели этот день на редкость мирно.
Заяц: [Сегодня задание не на привязку.]
Заяц: [Но сегодня вас ждет новый игровой формат.]
На экране появились два ряда перевернутых карточек с заданиями.
Заяц: [Участник номер один, пожалуйста, выберите свою карточку.]
Чэнь Му наугад вытянул одну. Карточка перевернулась, и на ней предстали строгий костюм и кожаный хлыст.
Заяц: [Участник номер два, пожалуйста, выберите свою карточку.]
Юань Фан тщательно, со вкусом подошел к выбору. Карточка перевернулась: на лицевой стороне красовались облегающий топ без бретелек, короткая юбка, черные чулки на подвязках и ошейник с бубенчиком.
Глава 7
Юань Фан уставился на выпавшую ему карточку и неуверенно произнес: — Это еще что…
Заяц: [Ваше сегодняшнее задание — надеть выбранную одежду. Отказ облачиться в нее будет засчитан как провал задания и повлечет за собой наказание разрядом тока, причем время воздействия увеличится вдвое по сравнению с прошлым разом.]
Для Юань Фана эти слова прозвучали подобно гросу среди ясного неба. Уголки губ Чэнь Му едва заметно приподнялись: подлецов небеса сами карают? Занятно.
Заяц: [Впрочем, сегодня есть еще и дополнительное задание, выполнив которое…]
— С какой стати мне досталось вот это! — Юань Фан уже совершенно не воспринимал то, что бормотал Заяц, не отрывая глаз от чересчур откровенного наряда на карточке. Заставить его надеть такое? Да еще и с удвоенным сроком ударов током? Это же смерть подобна!
— Здесь подстроено! Карты подтасованы! — завопил он, повернувшись к Чэнь Му. Обязательно подстроено! Иначе с какой стати тому достался нормальный приличный костюм, а ему — эта дрянь? Он не верит, тут точно не обошлось без жульничества.
Его взгляд метался между Чэнь Му и Зайцем на экране: — Да вы в сговоре! Твою мать. Да вы банда! Вы что, сговорились надо мной издеваться?!
Чэнь Му не испытывал никаких родственных чувств к отцу и понятия не имел, кто это, поэтому вовсе не возражал, чтобы Юань Фан его припомнил. На гнев Юань Фана он отреагировал с полным равнодушием, сосредоточившись лишь на упомянутом Зайцем дополнительном задании.
— Вы, шайка нелюдей, вонючие крысы и гнилые деревяшки, забившиеся в сточные канавы! Говорите, кто вы! Вылазьте! Посмотрим, прикончу я вас или нет…
Заяц: [Удача — тоже часть жизни.]
Заяц: [Перестань буянить.]
В этих словах сквозило какое-то странное ощущение: казалось, даже Заяц устал от Юань Фана, который заводился по любому поводу десять раз из двенадцати.
Заяц: [Если продолжишь шуметь, я займусь тобой.]
Юань Фан с затаенной обидой умолк и бросил на Чэнь Му свирепый взгляд. Тот родился с серебряной ложкой во рту, так что ему, конечно, везет. Кому тягаться с его везением, особенно такому неудачнику, как он сам…
Заяц: [Дополнительное задание можно выполнять, а можно проигнорировать. За неудачу наказания не будет, но тот, кто справится первым, получит одну цифру от пароля.]
Обе пары глаз одновременно расширились и уставились на него.
Код на дверном замке состоял из шести знаков, и выполнение задания позволяло узнать одну из цифр — искушение было слишком велико.
Заяц: [А теперь номер два отворачивается, а номер один смотрит свое дополнительное задание.]
Зайцы вновь преподнесли сюрприз: у каждого оказалось свое тайное дополнительное задание, в котором уже смутно угадывались первые нотки подковерной борьбы.
Юань Фан бросил на Чэнь Му презрительный взгляд, отвернулся и мысленно взмолился, чтобы тому досталось невероятно сложное задание! Обязательно до безумия унизительное!
Чэнь Му вгляделся в командную строку на экране: это…
Заяц: [Номер один отворачивается, а номер два знакомится со своим заданием.]
Обернувшись, они встретились взглядами: в глазах Юань Фана читалось любопытство вперемешку со стремлением заглянуть за завесу тайны, в то время как Чэнь Му оставался всё тем же глухим, безмятежным куском немой деревяшки.
Тут он услышал, как Юань Фан выругался: — Твою мать…
Заяц: [Задание началось. Если через десять минут одежда не будет надета, начнется воздействие.]
Кафельная плитка у стены опустилась, и Чэнь Му, не говоря ни слова, направился прямо туда, взял одежду и скрылся в ванной.
Юань Фан с тяжелыми шагами, словно на каторгу, приплелся к злосчастному наряду. Черные чулки на подвязках — о том, чтобы их надеть, он даже не помышлял, он и пальцем-то к ним не прикасался. Его коренные зубы скрипели от злости: тот, кто прячется за всем этим, пусть только попадись ему в руки, он заставит его пожалеть, что тот родился на свет!
Переполненный мрачной энергией, почти осязаемой в воздухе, он кое-как загреб вещи. В этот момент дверь ванной открылась, и оттуда вышел Чэнь Му — сшитый с иголочки костюм сидел на нем безупречно, выглядел он насквозь фатовато, но потрясающе привлекательно.
Юань Фан чуть не задохнулся: казалось, он сейчас скончается прямо здесь и сейчас.
Чэнь Му бросил взгляд на вещи в его руках: он решительно не мог вообразить, как при такой фигуре Юань Фан будет смотреться в этом наряде? Наверняка это зрелище выжжет глаза.
Юань Фан заметил его взгляд: — На что уставился, петух общипанный?!
Чэнь Му: — Да так, на петуха.
Юань Фан: ?
Эта гнилая деревяшка оскорбила его!
Чэнь Му уже вернулся к постели и принялся изучать небольшой кожаный хлыст: изящная рукоять, тонкое древко, гибкий кожаный наконечник, сложенный вдвое — такой от силы оставит легкий штрих, сильно не ударит.
Юань Фан покосился на хлыст, зажатый в крупной руке Чэнь Му: его собственное задание наверняка как-то связано с этой штуковиной.
С этими мыслями он скрылся в ванной и в отчаянии уставился на приготовленную одежду. Сделав три глубоких вдоха, он все-таки подцепил черные чулки двумя пальцами. В конце концов, его личина уже раскрыта, ни лица, ни гордости не осталось — сейчас главнее всего избежать наказания и как можно скорее выбраться наружу.
К тому же…
Стоит ему расправиться со всеми, кто знает его тайну и видел его в таком позоре, как он снова станет ослепительно богатым и уважаемым человеком.
Дверь ванной приоткрылась. Чэнь Му пришлось совершить над собой небольшое усилие, чтобы вообще взглянуть туда — редкий случай, когда в нем проснулось столь сильное любопытство. Его опущенные зрачки незаметно скользнули в сторону: сперва он увидел тугие стройные икры, затянутые в чулки. Чулки оказались тонкими, натянутыми почти до прозрачности, сквозь них смутно угадывалась гладкая кожа.
Фигура застыла на пороге, не делая ни шага.
Его взгляд медленно пополз выше, заметив сжатые в кулаки по бокам руки, но куда сильнее приковывали внимание сами чулки: они поднимались выше колен, плотно обхватив напряженные мышцы бедер, на границе резинки цвет ткани темнел, а от середины тянулась тонкая полоска, плотно прилегая к голой коже и уходя под короткую юбку.
Зрелище оказалось вовсе не таким выжигающим глаза, как воображал Чэнь Му.
В конце концов, ноги у того были длинными и прямыми, а в округлости угадывалась тренированная упругость; смугловатый оттенок кожи лишь добавлял здоровой пикантности.
Сжатые в кулаки ладони решительно разжались, и застывший в дверях человек возобновил движение: при каждом шаге плоть на бедрах казалось вот-вот выплеснется за края тугих резинок.
Чэнь Му отметил про себя, что чулки, судя по всему, оказались маловаты — размерчик Юань Фану подходил не слишком хорошо.
Взгляд скользнул еще выше: юбка оказалась слишком короткой, до неприличия… Не задерживаясь на этом участке, он без колебаний перевел взгляд выше, где в поле зрения ворвались рельефные мышцы живота. Топ без бретелек производил не такое сильное впечатление, как чулки, хотя была тут одна странная деталь: грудные мышцы, изначально ничем не примечательные, упакованные в эти две чашечки, выглядели…
Чэнь Му не собирался задерживаться взглядом на лице Юань Фана и уже собирался отвести глаза.
— Кхм, послушай… — неловко раздался голос Юань Фана.
В конце концов Чэнь Му рассмотрел Юань Фана с головы до ног: с точки зрения эстетики это не выглядело уродливо, а моральное удовлетворение от созерцания чужого позора с лихвой перекрывало легкое отвращение.
Юань Фан потряс в руке ошейник с бубенчиком: — Кхм, я сам не могу его застегнуть, помоги мне.
Переливчатый звон бубенчиков звучал чисто и приятно.
Чэнь Му молча смотрел на него. Юань Фан с совершенно невозмутимым видом выдержал этот взгляд и поторопил: — Живее давай, я ведь уже попросил.
Попросил о помощи — это я тебе еще льщу, так что не зазнавайся, раз уж я снизошел.
Невысказанные слова Юань Фана Чэнь Му мысленно дорисовал сам, но это не имело значения. Выходит, его задание заключалось в том, чтобы помочь надеть этот ошейник?
Чэнь Му поднял хлыст и легонько хлопнул им себя по ладони, а в черных зрачках промелькнул проницательный, игривый огонек.
Юань Фан на мгновение остолбенел. Чэнь Му редко бывал настолько пронзительным и ярким: сейчас, коротко стриженный, в черном костюме, с хлыстом, ритмично шлепающим по ладони, и на фоне того, как он сам выглядел в этот момент, Юань Фан живо почувствовал себя каким-то продажным мальчишкой из борделя под его началом или капризной шлюшкой, готовящейся принять наказание.
Его взбесила собственная фантазия: — Совсем берега потерял!
В гневе он вернулся к своей постели и по привычке лег спиной к Чэнь Му.
Звук хлыста мгновенно стих.
Оказывается, сзади на чулках тоже крепились те самые тонкие тесемки, натянутые на упругие округлости с захватывающим дух изгибом — казалось, сделай он вдох чуть глубже, и они лопнут.
Рука, сжимавшая хлыст, невольно напряглась.
Юань Фан же, уставившись на зажатый в ладони ошейник, лихорадочно размышлял над заданием: за него можно получить цифру пароля, упустить такое — значит совсем лишиться мозгов.
http://bllate.org/book/25833/3087295
Готово:
