Два помещения — одно на западе, другое на востоке — занимали самые лучшие места.
Он заключил пари с самим собой, поставив на пятидесятипроцентный шанс на победу.
Он поднял руку и нажал на кнопку звонка. В тот момент, когда дверь отворилась и показалось мужское лицо, а выражение чужих глаз выдало удивление, Ин Чаошэн понял, что ошибся дверью.
Он извинился, вежливо закрыл дверь и даже не почувствовал сожаления в душе.
Из рации донесся голос: подчиненный докладывал о ходе поисков. Они уже добрались до выхода, но человека пока не нашли, и теперь спрашивали, как поступить с тем, кого поймают.
Ин Чаошэн нашел это забавным и действительно усмехнулся:
— Никого нет?
Его начищенные туфли ступали по мягкому ковру с безжалостной, ледяной силой, и он с шутливой интонацией бросил:
— Как поступить? Зачем вы меня об этом спрашиваете? Разве в обществе, где правит закон, людей можно просто так выбрасывать в море?
В безлюдном и тихом коридоре Ин Чаошэн шагал шаг за шагом. Впереди мерцала зеленоватым светом вывеска служебного прохода. Он бросил на нее беглый взгляд, остановился и задал себе вопрос: «Если бы на моем месте был я, как бы поступил?»
*
Тань Цяньшу ждал.
На первой палубе пассажирской надстройки находилась самая большая площадка открытой палубы. Уже наступила ночь, лайнер сиял огнями, окна от самого верха до низа горели ряд за рядом, заливая всё вокруг теплым желтым светом.
На восьми аварийных выходах была усилена охрана, они патрулировали туда-сюда, рация работала наотмашь круглые сутки, с моря дул мягкий ветерок, а по бортам круизного судна смутно вырисовывались очертания спасательных шлюпок.
Инструктаж по технике безопасности в первый день посадки проносился в памяти, словно кинофильм, увиденные на схемах планы палуб четко и объемно возникали в голове, каждый выход был знаком до мелочей.
Жаль только, он просчитался в чужой эффективности: противник с предельной быстротой устроил строжайшую проверку у всех выходов, и провернуть такое теоретически мог разве что сам капитан, и никто другой.
Капитан?
Тань Цяньшу тут же отбросил эту мысль, он больше склонялся к тому мужчине, о котором упоминал Ли Янь — человеку, который прекрасно видел ложь собеседника, но не подавал виду.
Цель преследователя была ясна без лишних слов — он тоже охотился за этой видеозаписью.
Необходимость долго прятаться от камер видеонаблюдения немного раздражала Тань Цяньшу. Он выдохнул, и тут с лестницы донеслись звуки: оттуда появился сотрудник прачечной. Увидев его, тот сильно испугался, но тут же заговорил:
— Господин, это служебный проход. Ради вашей безопасности, пожалуйста, немедленно уйдите отсюда. Если вы столкнулись с трудностями, можете рассказать мне.
Тань Цяньшу потер переносицу, на его лице появилась усталая улыбка:
— Простите, мне немного нездоровится. В голове всплывают кадры из когда-то виденного фильма, и мне всё время кажется, что этот корабль вот-вот затонет, точь-в-точь как Титаник.
Сотрудник прачечной дернул уголком рта, изо всех сил сдерживая гримасу, и подумал про себя: откуда только берутся такие психи?
Однако хорошая подготовка помогла ему сдержаться, и он выдавил из себя натянутую улыбку:
— Вам не о чем беспокоиться, господин. Каждый из наших сотрудников прошел обучение, а на борту имеется достаточно спасательных шлюпок, так что подобное просто не может произойти. Ха-ха-ха, ха, ха.
— Вы можете отвести меня посмотреть на спасательные шлюпки?
— Э-э...
Перед его глазами протянули целую пачку чаевых — толстую-претолстую.
Проработав на судне долгое время, он прекрасно разбирался в том, кто и за что дает чаевые. На Западе была развита культура чаевых, в то время как выходцы из Азии давали их редко, но уж если раскошеливались, то делали это щедро.
Его взгляд невольно окинул собеседника оценкой, и в следующий миг до него дошло: перед ним богатенький психованной наружности.
Днем спасательные шлюпки использовали как судёнышки для переправы, и каждый пассажир успел покататься на них при посадке. Хотя они и являлись имуществом лайнера, особой ценности не представляли — в конце концов, никто не станет уносить спасательную шлюпку на себе и никто не сможет угнать ее тайком...
Он улыбнулся:
— Пожалуйста, следуйте за мной.
Тань Цяньшу попросил:
— Мы можем пойти по служебному проходу? Я не хочу снова подниматься по лестнице и делать лишний круг.
— Конечно.
Служебные коридоры на каждом этаже были похожи друг на друга, и от долгого пребывания здесь возникало странное ощущение: наверху не видишь солнца, внизу — не понимаешь, где право, а где лево. Сотрудник прачечной остановился:
— Мы на месте.
Они находились на ярусе выше спасательных шлюпок, по вертикали до них было меньше пяти метров. Сами шлюпки крепились по бортам судна на расстоянии шестнадцати-семнадцати метров от поверхности воды.
— Спасибо, я побуду здесь немного.
Получив чаевые, работник прачечной не собирался задерживаться. Он снова шагнул в служебный проход, направляясь в свою каюту. Над головой горел свет, с лестничных пролетов доносились шаги. Сначала он не обратил на них внимания, но, разглядев лицо приближающегося человека, опешил:
— Здравствуйте, босс.
Ин Чаошэн мазнул взглядом по форме сотрудника и поначалу лишь кивнул. Они разминулись плечом к плечу, но, спустившись на несколько пролетов вниз, Ин Чаошэн остановился и, словно озасенный вспышкой молнии, обернулся:
— Прачечная и жилые помещения находятся наверху. Что ты забыл здесь?
Ночной ветер усилился, приливные волны бились о рифы, воздух патал сыростью и соленой морской рыбой, густая тьма окутывала всё вокруг, и лишь у входа в проход мерцал слабый свет.
Спасательная шлюпка была прямо перед ним. Стоило обогнуть длинный коридор и спуститься еще на один пролет вниз, как он окажется у цели.
Тань Цяньшу ступил на пол. На его лице не было радости — лишь привычное хладнокровие. Трос, удерживающий шлюпку, был сделан из арматурной стали, на самом корпусе шлюпки имелся смотровой люк: стоило открыть его, чтобы забраться внутрь, а оттуда уже спуститься на воду. Это позволило бы еще сильнее сократить расстояние до моря, и при удачном раскладе ему потребовалось бы прыгнуть в воду с высоты всего метров двенадцати.
Такая высота всё еще находилась в пределах безопасного.
Он уже собирался повернуться и спуститься вниз, как многолетнее шестое чувство заставило его инстинктивно замереть и оглянуться. В тусклом свете у лестничного прохода виднелся зловещий силуэт: длинная, искаженная тень ползла по стене, причем в районе руки на тени выделялся бугорок — можно сказать, это была тень от поднятого пальца.
А можно было сказать, и от дула пистолета.
Огромная тень на стене казалась пробудившимся зверем. Острый черный контур отделился от стены, и голос приближающегося человека, всё еще звучащий с легкой усмешкой, непринужденно произнес:
— Добрый вечер.
Примечания автора:
Пасхалка:
Цзинь Цинъюнь в недоумении: Кто это стучит не в ту дверь?
Сюй Ванбо пожал плечами: Неважно.
И, повернувшись друг к другу, они принялись о чем-то шептаться.
Ха-ха-ха-ха-ха, товарищ Цзинь и товарищ Сюй в этот момент тоже находились на корабле.
Глава 3. Прыжок в море
Между ними оставалось чуть больше десятка метров. Под потолком тускло горели редкие лампы, позволяя обоим разглядеть друг друга лишь в общих чертах — фигуры скрывались в игре света и тени, являя взору лишь смутные силуэты.
Вдалеке на поверхности моря накатывала одна за другой волна, бушующий прибой с грохотом разбивался о берег, темная пенящаяся пучина с яростью швыряла воду, а свирепый ветер с одичалым завыванием трепал одежду.
До спасательной шлюпки по вертикали было всего пять метров, но ему предстояло преодолеть еще один пролет лестницы — путь, который в обычное время занимал каких-то десять секунд, сейчас казался непреодолимой пропастью.
Тань Цяньшу не замедлил шаг.
Стремительный, словно падающая звезда, он бросился вперед, и в мгновение ока очутился за углом. Из-за спины донеслись шаги — преследователь шел неторопливо и размеренно. Тань Цяньшу в упор уставился на угол, мышцы его щек напряглись, линия плеч и спины натянулась, превратившись в тугой лук.
Спустя несколько ударов сердца шаги смолкли, но из-за угла никто не появился — лишь неутомимо завывал ветер.
Только теперь Тань Цяньшу осознал: это была всего лишь игра кошки с мышкой, издевательство. У него не было сил разбираться в собственных чувствах, в голове пульсировала лишь одна мысль — о той тени, что он видел секунду назад.
Был ли у его противника пистолет?
Да. Теоретически на судах такого класса можно подать заявку на вооруженную охрану.
Рискнет ли тот открыть огонь в такой момент?
Они уже прибыли в порт, совсем рядом простиралась длинная береговая линия, с этой точки порой были видны даже песок пляжа и деревья, а катера морской полиции по-прежнему патрулировали водную гладь.
Безопасность относительна, но можно ли в данный момент полагаться на такую безопасность?
В одно мгновение он принял решение.
Прижавшись спиной к ледяной обшивке переборки, вдыхая витающий в воздухе соленый и резкий запах, Тань Цяньшу услышал, как голос мужчины донесся вместе с морским ветром:
— Вещица у тебя?
Отрицать это сейчас не имело никакого смысла, и Тань Цяньшу прямо и твердо ответил:
— Да.
На секунду повисло молчание. Тань Цяньшу напряг все свои чувства, пытаясь уловить малейшее движение снаружи. Он услышал неторопливый голос противника — в нем сквозило расслабленное предвкушение победы, а интонация звучала почти искренне:
— Отдай эту вещь.
Голос мужчины зазвучал чуть громче:
— Раз ты сам ее снял, то должен понимать, что она собой представляет. Позволь напомнить: эти сливки общества дорожат своей репутацией больше собственной жизни.
Слова сливки общества он произнес с едва уловимой усмешкой, смакуя их губами и зубами. Тань Цяньшу не был до конца уверен, послышалась ли ему насмешка, но в тот же миг снова раздался этот сдержанный смешок в голосе.
— Зачем тебе таскать за пазухой этот горячий картофель и навлекать на себя беду?
Выслушав его, Тань Цяньшу лаконично бросил:
— Сколько ты готов заплатить за нее?
Противник на миг умолк, а затем внезапно спросил:
— Сигареты есть?
Тань Цяньшу опустил взгляд, его пальцы скользнули в карман. Он курил, но лишь изредка, держась на безопасном расстоянии от любых вызывающих привыкание вещей. С момента посадки на корабль он выкурил всего пару сигарет, и в пачке еще оставалась большая половина.
— И одолжи огоньку.
Голос прозвучал снова, на сей раз в нем отчетливо слышалось требовательное доминирование.
Тань Цяньшу приоткрыл портсигар, бросил туда зажигалку и взмахом руки отбросил его в сторону. Коробочка с тяжелым содержимым описала дугу в темно-черном ночном воздухе, мужчина поднял руку и уверенно поймал ее. Раздался шуршащий звук, а за ним — отчетливый щелчок колесика о кремний.
Вспыхнул огонек. Тьма за углом была разорвана клочкастым светом, желтоватый язык пламени лизнул воздух и тут же погас, оставив после себя лишь мерцающую алым точку, то затухающую, то разгорающуюся вновь.
Повеяло запахом табака. На сей раз в голосе мужчины исчезла насмешка, сменившись пропитавшейся никотином хриплотой:
— Называй цену. А теперь отдай мне вещь.
Тань Цяньшу извлек карту памяти. Тонкая пластинка скользнула между его пальцами, он присел на корточки, прижав большой и указательный пальцы к полу, и резким щелчком отправил ее вперед. Корпус карты заскользил по полу, оставляя в темноте стремительный золотистый след, похожий на падающую звезду.
Он прижался спиной к переборке и, в тот самый момент, когда мужчина наклонился за картой, сорвался с места, точно дикий зверь из чащи!
Его целью было одно: мышцы под рубашкой напряглись до предела, и удар кулака со свистом рассек воздух, метко целясь врагу в переносицу. Всё произошло со скоростью молнии, но противник отреагировал мгновенно — резко откинув голову назад, он уклонился под невероятным углом, и кулак лишь мазнул по его подбородку. Сигарета выпала из рук на пол, алая точка рассыпалась искрами, словно капля крови.
Не достигнув цели с первого раза, Тань Цяньшу превратил кулак в ладонь и на автопилоте попытался поднять карту с пола. Мужчина издал из глубины горла издевательский звук, согнул колено и ударил носком туфли по карте памяти. Та проскользнула по полу на несколько метров вперед, золотистый отсвет метнулся и погас. Рука Тань Цяньшу рассекла воздух, а пальцы, черкнув о палубное покрытие, обожгло садрящей болью.
http://bllate.org/book/25830/3086963
Готово:
