— Ужин? — Цин Юй слегка растерялся.
— Забыл, что ли? — удивился Сяо Чжао, заметив озадаченное выражение на лице Цин Юя. — В рабочем чате же писали. Не читал?
— Прости, — придя в себя, Цин Юй достал телефон и заглянул в мессенджер. Сообщений было слишком много, и в последнее время он так закрутился, что совсем забыл проверить чат. Оповещение там действительно было. Поколебавшись между тем, пойти или нет, Цин Юй в конце концов кивнул и сказал Сяо Чжао: — Ладно, я сегодня вечером приду.
В обед Цин Юй всё-таки заглянул в больницу, правда, на этот раз не принёс с собой еду — нанятая сиделка уже всё приготовила. Когда Цин Юй вошёл, Мэн Чжичэн сидел на кровати с ноутбуком, а рядом с ним крутилась женщина средних лет с лейкой для цветов.
Судя по всему, это и была сиделка. На вид ей было около сорока, плотного телосложения, с чрезвычайно доброжелательным лицом.
Заметив, что дверь отворилась, Мэн Чжичэн и женщина одновременно повернулись к нему.
— Ой, так это же друг господина Мэна! — с улыбкой произнесла женщина, отставляя лейку в сторону. — Я пойду помою руки и подам вам обед.
— Угу, спасибо, тётя, — отозвался Мэн Чжичэн, а затем перевёл взгляд на Цин Юя. Закрыв ноутбук, он коротко бросил: — Садись, отдохни с дороги.
— Да я не особо устал, — машинально ответил Цин Юй, подходя ближе. Глядя на ноги Мэн Чжичэна, он спросил: — Сегодня всё ещё болит?
— Уже нет, — ответил Мэн Чжичэн и тут же попытался сбросить одеяло, чтобы с трудом встать с кровати. Заметив это, Цин Юй поспешил ему на помощь.
Мэн Чжичэн не стал церемониться и закинул руку на плечо Цин Юю. На словах он бормотал что-то вроде «извини, что утруждаю», но сам неотрывно смотрел на заднюю часть его шеи.
Оставшийся там след от поцелуя уже поблек и выглядел совсем некрасиво.
Как только его ноги заживут, он поставит там целый ряд новых.
Цин Юй не догадывался, о чём думает Мэн Чжичэн. В душе он уже решил твёрдо: его собственная сексуальная ориентация никоим образом не должна затронуть окружающих. Успокоившись на этот счёт, он начал вести себя с Мэн Чжичэном так же непринуждённо, как и раньше.
Доведя его до стола, Цин Юй отдвинул стул и помог сесть. Женщина-сиделка уже расставила на столе тарелки с ещё дымящейся едой.
— Ешьте быстрее, пока не остыло, — с улыбкой положив перед обоими одноразовые палочки для еды, сказала сиделка. — Я пойду мусор вынесу.
— Хорошо, спасибо, тётя, — кивнул Цин Юй. Он прекрасно понимал, что женщина просто не привыкла есть вместе с ними и нашла повод оставить его с Мэн Чжичэном наедине.
Сиделка вышла, прикрыв за собой дверь — на дворе всё-таки зима, нельзя, чтобы тянуло сквозняком.
— Вечером у нашего отдела корпоратив, — коротко сообщил Цин Юй, распечатывая палочки и протягивая их Мэн Чжичэну. — Вернусь, наверное, поздно.
— Ничего страшного, мне сегодня тоже нужно кое над чем поработать, — естественно приняв палочки, Мэн Чжичэн окинул взглядом стол: тушёная брокколи, палтус на пару, куриный суп, а рядом — нарезанные фрукты, в основном апельсины и киви, и две бутылки цельного молока.
Стоило признать, потраченные деньги окупились с лихвой. И фрукты, и блюда были подобраны идеально — всё для укрепления костей и скорейшего восстановления. Женщина подошла к делу с душой.
Цин Юй попробовал рыбу, нашёл её очень вкусной и съел ещё кусочек. Заметив это, Мэн Чжичэн подвинул тарелку ближе к нему со словами:
— Если нравится, ешь больше.
Цин Юй замер с палочками в руках, чувствуя себя неловко, и вернул рыбу на середину стола:
— Едим вместе, давай вместе.
После обеда Цин Юй выкроил минутку, чтобы набросать план задач на вторую половину дня, как вдруг лежавший на столе телефон дважды вибрировал. Цин Юй машинально взял его в руки.
Парень: Цин Юй, ты где?
Цин Юй ответил: В больнице.
Парень: Заботишься о своём раненом друге?
Цин Юй: Я просто заглянул проведать. В конце концов, мы наняли сиделку, чтобы она за ним ухаживала.
Парень: О, ну это здорово.
Цин Юй немного растерянно уставился на экран. Поколебавшись, стирая и переписывая слова, он осторожно напечатал: Ты злишься?
Парень: С чего бы? С чего мне злиться? Просто думаю — здорово. Ничего плохого в том, что ты заботишься о друге, нет.
Цин Юй: «……»
Это точно было проявление гнева.
Цин Юй не хотел ссориться, тем более что этот вопрос не решить в двух словах. Если посмотреть на ситуацию глазами его парня, то тот во всём прав; но если взглянуть с его собственной стороны — будь Мэн Чжичэн просто другом или человеком, целых три года заботившимся о его родителях, — Цин Юй никак не мог просто взять и отвернуться от него.
К тому же, за эти почти две недели та забота, с которой Мэн Чжичэн окружал его самого, не позволяла Цин Юю вот так запросто отдалиться.
На душе скребли кошки. Сжимая телефон, Цин Юй растерянно смотрел в экран. Он не знал, как распутать этот узел. Костяшки пальцев побелели от напряжения, и в конце концов он попытался всё объяснить парню:
— Мой друг три года заботился о моих родителях, а в последнее время помогал мне самому. Мне просто совестно оставаться в стороне, вот я и присматриваю за ним.
Собеседник тут же ответил: Значит, вы живёте вместе?
У Цин Юя дрогнула рука, он едва не выронил телефон и лишь спустя несколько секунд застучал по экрану: Нет.
Собеседник: Цин Юй, ты ведь никогда мне не лгал. Только попробуй соврать! Если я разозлюсь, это будет по-настоящему страшно.
Цин Юй совершенно не представлял, что ответить. Кончики пальцев дрожали, и он прикусил кончик языка, чтобы острая боль помогла собрать мысли в кучу. Сердце бешено колотилось в груди, но прошло немало времени, прежде чем он смог выдавить хоть слово.
Собеседник прислал вопросительный знак: Почему молчишь? Неужели и правда соврал?
— Цин Юй.
Заметив, что лицо Цин Юя заметно побледнело, Мэн Чжичэн испугался, что у того возникли какие-то проблемы по работе, и окликнул его. Однако в тот же миг плечо Цин Юя судорожно дёрнулось, и телефон с громким стуком шлёпнулся на стол.
Звонкий звук эхом разнёсся по палате. Опомнившись, Цин Юй тут же схватил аппарат обратно и выдавил из себя натянутую улыбку:
— Что такое?
Улыбка Мэн Чжичэна слегка померкла:
— Что-то случилось?
— Нет, ничего.
— У тебя только что было такое бледное лицо, — Мэн Чжичэн молча сжал пальцы в кулаки, но постарался выглядеть как можно непринуждённее. — Я уж думал, стряслось что-то серьёзное.
— О… да нет, всё в порядке, — ответил Цин Юй. Он снова опустил взгляд на экран, перечитал переписку с парнем и почувствовал себя ещё более виноватым. Ему не следовало лгать, не следовало лишать парня чувства безопасности.
Но…
Снова закусив губу, Цин Юй написал парню: Если ты злишься, не мог бы ты дать мне шанс всё объяснить?
Ответа не последовало.
Работать дальше Цин Юй уже не мог. Закрыв ноутбук, он виновато повернулся к Мэн Чжичэну. Стоило ему произнести первые два слова: «Я всё-таки съеду…», как он увидел крайне встревоженное лицо Мэн Чжичэна:
— Что в конце концов стряслось?
Цин Юй онемел.
— Это твой парень? Он против того, чтобы ты ухаживал за мной? Ничего страшного, Цин Юй, я же нанял сиделку, она вполне может справиться сама. К тому же ты сейчас очень занят, можешь вообще ко мне не приходить, — Мэн Чжичэн легко пожал плечами и непринуждённо улыбнулся. — Ничего со мной страшного не случилось.
— Я же просто навещаю тебя, это не трудно, — видя, насколько великодушно держится Мэн Чжичэн, Цин Юй почувствовал себя законченным неблагодарным чурбаном. Чувство вины захлестнуло его с головой. Поднявшись и убирая ноутбук в сумку, он сказал: — Мой парень ничего такого не говорил, к тому же он вернётся только через две с лишним недели. Вы наверняка отлично поладите.
Поладают они, как же!
Черт, он был готов зубы от злости стерпеть!
Мэн Чжичэн чувствовал, что больше не в силах притворяться. Внутри него клокотали ярость и мрачные мысли. Переборов себя в очередной раз и встретившись взглядом с Цин Юем, он натужно выдавил из себя улыбку:
— Да, мы обязательно… пре-крас-но… по-ла-дим.
Рабочая рутина тянулась монотонно и скучно. Закончив дела, Цин Юй вместе со всем отделом отправился в заранее забронированный ресторан. Все ели, пили, болтали о всякой всячине и делились планами на жизнь после Нового года.
Пара рюмок алкоголя быстро ударила в голову, а вокруг все только и делали, что шумно пили и подначивали друг друга: «Да ладно, если напьёшься, прямо здесь и останемся ночевать!». К тому же Цин Юй от природы не умел отказывать людям, а потому, поддавшись всеобщему веселью, незаметно для себя уговорил целую бутылку фруктового вина.
На вкус вино оказалось сладким, совсем не таким крепким и жгучим, как он ожидал, и Цин Юй, не удержавшись, приложился к бутылке ещё пару раз.
Кто-то рядом рассмеялся:
— А говорил, что не пьёшь! В следующий раз давай крепкой водки попробуем, вот это вещь!
— Чего в следующий, давай уж в этот раз!
Сяо Чжао шутливо отмахнулся:
— Хватит вам. Он впервые в жизни пьёт, не спаивайте человека, а то кто заставит потом сверхурочно работать?
Все дружно заржали, и тема заглохла.
Для первого раза алкоголь всё же давал о себе знать. Тело изнутри приятно покалывало жаром, а щеки горели румянцем. Растирая ладонями лицо, Цин Юй извинился перед коллегами:
— Я отойду на улицу, немного проветрюсь.
— Тебя проводить?
— Не нужно, — с улыбкой отказался Цин Юй.
Он направился к выходу, а оказавшись на улице, сразу поспешил в уборную. Плеснув в лицо холодной воды, он посмотрел на своё отражение в зеркале, немного постоял в тишине, а затем вытер щеки бумажной салфеткой.
Бросив салфетку в урну, Цин Юй вышел в коридор и на самом повороте нос к носу столкнулся с куда-то спешившим человеком. Оба испуганно отшатнулись.
— Вы в поря… госпожа Юй?
Осознав, кто перед ним, Цин Юй поспешил поддержать девушку. Она была одета довольно легко, сильно накрашена, а её открытые руки мелко дрожали. Сначала Цин Юй подумал, что её знобит от холода, но, заметив знакомые черты лица и слёзы на щеках, резко замер.
Юй Синь тоже остолбела, явно не ожидав встретить здесь кого-то из знакомых.
Сзади послышался топот множества шагов.
Заметив, как Юй Синь затряслась и попыталась броситься бежать, Цин Юй понизил голос и мёртвой хваткой вцепился в неё:
— За тобой погоня? Иди со мной.
Юй Синь всхлипнула, собираясь что-то сказать, но не осмелилась. Услышав приближающийся топот, она даже перестала сопротивляться и позволила Цин Юю затащить себя в туалет.
Находясь за границей, Цин Юй уже видел подобные сцены — чаще всего дело было в каких-то старых счётах с недоброжелателями. Однажды он уже пытался помочь, но когда человек, которого он выручил, повернулся против него, Цин Юй зарёкся лезть не в своё дело. Однако сейчас они были на родине, к тому же перед ним находился знакомый человек, и спящие где-то на дне души остатки сочувствия вновь дали о себе знать.
http://bllate.org/book/25787/3083101
Готово:
